Страница 36 из 147
- Бу сделано! - бодро отозвался шофер.
Ворон вытащил мобильный и нажал шесть кнопок.
- Коля? Привет, дорогой, Гнездилов говорит. Нужен завтрак на шесть персон. Плотный. Отбивные с картошечкой, салатик, бутерброды. Вина не нужно. Лучше кофе. Действуй, родной, действуй. Через четверть часа подъедем.
Действительно, через четверть часа "Шевроле-Блейзер" и "девятка" притормозили на углу улицы Новаторов и возрожденной из забытья Крестовоздвиженской (бывшей Урицкого). Здесь, в бывшем хозмаге, где когда-то был потрясающий выбор гвоздей и шурупов, вот уже несколько лет располагался ресторан "Филумена", который старожилы упрямо именовали "Шурупом".
Швейцар с бородищей, расчесанной на две стороны в подражание адмиралу Макарову, почтительно поклонился господину Гнездилову, сунувшему ему в ладонь полтинник. Вышибалы, у одного из которых на щеке просматривалась свежая ссадина, тоже изобразили приветливые улыбки, хотя получилось у них это неважно. Должно быть, сказывалась бессонная ночь.
Распорядитель Коля, в алом пиджаке, при бабочке на слегка помятой рубашке, с выражением совершеннейшего почтения и преданности на упитанном личике, залепетал:
- Борис Андреевич, милости просим! Прошу, господа, прошу проходить...
На втором этаже в отдельном кабинете уже был накрыт стол на шесть персон, а также стояли в ожидании распоряжений две стройненькие официанточки.
Пока Ворон с пятью сопровождавшими завтракал, у машин оставалось еще трое. Их должны были сменить те, кому Ворон велел побыстрее ворочать челюстями. Одному из сторожей было поручено приглядывать за коробкой, упакованной в толстый, металлической расцветки кейс типа "президент".
Вот он-то и обратил внимание на то, что на противоположной стороне Крестовоздвиженской, у ларька, остановилась "девятка" с тонированными стеклами. Ларек работал, и в том, что водитель, выйдя из машины, сходил за сигаретами, ничего особенного не было. Так же, как и в том, что после этого машина отъехала от тротуара, проехала несколько метров до перекрестка, развернулась и, промчавшись мимо "Филумены" и припаркованных около нее машин, свернула за угол, на улицу Новаторов. Охранник Ворона автоматически отметил, что номер "девятки" был нездешний, а из соседней области.
- Приперся за семь верст киселя хлебать... - заметил он, обращаясь к дремлющему на сиденье водителю "Шевроле".
- Кто? - зевнув, произнес тот.
- Да так, думаю про себя. Народ из области в область мотается, бензин жжет. Все ищет, где чего дешевле взять, а потом дороже продать...
- Жить-то надо, - зевнул водитель. - Это нам зарплату вовремя платят. А работяги лапу сосут. Вот и крутятся помаленьку. Тем, у кого машины есть, еще ничего. Хоть покалымить можно.
- Ну, этот, на "девятке", не бедненький. Торгаш наверняка. Судя по прикиду.
- Вон, ребята идут. Сейчас жрать пойдем.
Действительно, на ходу дожевывая пищу, к машинам возвращались трое охранников. Проголодавшиеся поспешили в ресторан, поднялись на второй этаж, где трапезничал Ворон.
- Ну как? - спросил он у того, кто отвечал за коробку, - Передал чемоданчик?
- С рук на руки, как положено.
- Тогда жуй, подкрепляйся.
Позавтракав, Ворон оделил полтинничными бумажками официанток, погладив их по спинкам и ниже. Затем в сопровождении спутников спустился к машинам.
- Так, - сказал он, занимая место на заднем сиденье "Шевроле" и поглядывая на часы, - всего-то без пяти восемь. Быстро управились. Не спеша поедем. Не гони зря, Васек.
- Как скажете, Борис Андреевич.
Город уже помаленьку просыпался, оживал. Пошли автобусы, покатили грузовики. Шлюхи в одиночку и парами, позевывая, шли по домам. Бабки с пивом и воблой занимали позиции на бойких местах. Алкаши спешили к ним на "похметологические" сеансы. Бомжи выползали из своих нор и рассасывались по рынкам и толкучкам, постепенно наполнявшимся народом. Работяги и служащие впихивались в городской транспорт, не заботясь об оплате проезда. Кое-где еще виднелись на стенах мокрые и расползшиеся плакаты с физиономией седовласого президента: "Голосуй или проиграешь!". Проголосовали...
Справа вывернула "девятка", та самая, с затемненными стеклами и номером из соседней области. Охранник, приметивший ее в первый раз, и теперь обратил на нее внимание. Она ушла было вперед, но потом остановилась у тротуара и оказалась сзади. Через пару минут она снова оказалась метрах в пятидесяти от "Шевроле".
- Борис Андреевич, - доложил хранитель коробки, - эта "девятка" второй раз появляется. Первый раз у ресторана проезжала, теперь здесь за нами тянется.
- Думаешь, "хвост"? - довольно благодушно произнес Ворон.
- Всяко может быть.
- Приглядывай за коробкой, - Ворон глянул в зеркало заднего вида. "Девятка" как раз в это время повернула влево и исчезла из поля зрения.
- Нет, это не за нами. Номер не заметил?
- 45-79. А по буквам нездешняя.
Не превышая скорости, доехали до окраины. Мелькнула белая надпись на синем указателе: "Аэропорт - 10 км".
- Прибавь-ка, - неожиданно велел шоферу Ворон. - По-моему, действительно кто-то прицепился.
Знакомая "девятка" промелькнула среди машин, вывернувших на Московское шоссе со Свято-Никольской улицы.
Ворон вытащил рацию, служившую для связи с машиной сопровождения:
- Витя, пропусти нас вперед и отожми от нас 45-79, которая вышла из второго ряда. Видишь?
- Сделаем, проходите.
- Васек, поддай, обходи Витю.
Малиновая "девятка", прикрывавшая "Шевроле" спереди, сбавила скорость и пропустила джип с патроном вперед. Васек, наоборот, надавил на акселератор, стрелка махнула к восьмидесяти.
- Борис Андреевич, - забеспокоился хранитель коробки, - отрываемся от сопровождения. Зря.
- Помолчи.
- До поворота на аэропорт полтора километра, - доложил Васек. - А там всего ничего.
"Шевроле-Блейзер" уже на скорости девяносто километров в час подлетел к повороту, на пустынную, обсаженную ровными высокими елками дорогу, ведущую к аэропорту.
Обе "девятки" отстали на километр и к повороту явно не торопились.