Страница 29 из 38
- Пятьдесят три тысячи золотых, - быстро ответила казначей. – Очень много экипировки на складах, ещё со времён осады осталось. Только сейчас спрос на неё упал, и продать по старой цене не получится.
- И не надо. Оружие и доспехи в скором времени нам самим могут пригодиться. Потап, - я обратился к мэру, - какой налог мы соберём с Риницы?
- Конкретную цифру я не готов назвать, но урожаи были очень неплохие. Кроме того, епископство, в отличие от большинства владений, абсолютно не пострадало от нашествия монстров, а значит – у нас есть преимущество перед другими регионами. Мы сможем продать сельскохозяйственную продукцию по более выгодным ценам.
- Тут вот какое дело, - в задумчивости я потёр подбородок. - Фёдор Георгиевич утверждает, что мир начал меняться. Нас ждёт снежная зима и неплохо бы подготовиться к ней - организуй в Ринице строительство зернохранилищ. Оксана, это и к тебе относится, позаботься о том, чтобы подвалы замка были заполнены едой.
- Это всё правильно и запасы продуктов надо делать, - Олег побарабанил пальцами по столешнице, - но без армии до зимы мы не доживём. Сейчас даже те, кто раньше боялся криво посмотреть в нашу сторону, начнут тявкать, пытаясь урвать кусок пирога.
- А меня беспокоят деревни, - задумчиво нахмурился Потап. – Мы не можем организовать патрулирование границ епископства. Соседи или бандиты, а часто это будут одни и те же люди, начнут спокойно грабить крестьян, угонять их скот… Не зря же говорится: «За каждой занавеской рука...»
- «И каждая рука сжимает нож», - закончила я пословицу. – Не вижу особой проблемы. У нас достаточно денег, надо послать за рекрутами-наемниками.
Игорь затряс головой столь энергично, что пуговица на воротнике его рубашки расстегнулась:
- По нынешнему времени, это нереально.
- Почему? – Мне действительно было не понятно в чем тут может быть проблема. Всё же просто: товар – деньги.
- Репа, - коротко ответил офицер. – У нас очень низкая репутация и мало кто согласится идти послушником в орден, как местные говорят, демов.
- С полками Риницы немного другая ситуация, но она не лучше, а как бы даже хуже, - подлил масла в огонь Рубило.
- А там что уже не так! – я начинал терять самообладание от подобных заявлений друзей. Пришлось незаметно сделать несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться.
- Согласно обычаям Инурака, в дружину какого-либо города может вступить только родственник солдата, уже состоящего на службе в этом гарнизоне. Предполагается, что старшие сыновья присягнут на верность тем же полководцам, каким служили их отцы; все младшие сыновья, начиная со второго, могут наниматься при желании и в другие отряды. – Пояснил Рубило своё замечание и добавил: - Слишком многие погибли, Сергей. Родни тоже осталось так мало, что об этом и говорить не стоит. Любой, кого бы ты сейчас ни отыскал, наверняка окажется юным и необученным. Ксаверий Шиманьский не станет дожидаться, пока эти мальчики достаточно возмужают.
- Спокойствие, всё предусмотрено могучим интеллектом. – Я активировал инвентарь, и вытащила оттуда резной деревянный ларец. – Сразу после покушения, я отправил послушника в гильдию гонцов. Когда прибудет их посланник, мы дадим ему поручение: доставить этот ларец барону Ксаверию Шиманьскому и передать ему в собственные руки - с неповреждённой печатью и без каких-либо словесных пояснений.
Я протянул закрытый ларец Потапу. Взгляды всех офицеров прикипели к шкатулке, Рубило отомкнула хитроумную защёлку, откинул крышку и заглянул внутрь. Брови у него поползли вверх. На дне лежали только два предмета: свёрнутый в кольцо тонкий шнур-удавка с тёмными пятнами моей крови и серебрённая девятиконечная звезда Чатра. Потап поставил ларец на стол, и все смогли рассмотреть его содержимое.
- Ты открыто объявляешь войну роду Шиманьских! – воскликнул довольный Олег и обменялся улыбкой с Игорем.
Судя по всему, офицеры, представляющие боевое крыло ордена, были более чем довольны подобным развитием событий. Зато остальные смотрели на меня неверяще, словно разочаровались в лучших своих надеждах.
- Не совсем, - после этих слов, все уставились на меня с недоумением. - Я только признаю, что наши дома ведут войну. Согласитесь, глупо отрицать этот факт и делать вид, будто ничего не происходит. Знаете, я никогда не принимал участия в чём-то наподобие Игры Совета, но одно я знаю точно: каждый человек (неважно кто он и какую должность занимает) судит о другом по себе. Подумайте, к каким выводам придёт Ксаверий Шиманьский, когда получит это послание?
- Соберет свои полки и атакует Риницу, - мрачно спрогнозировал Потап.
- Кто Шиманьский? Ты же сам говорил, что он в большей степени интриган, чем воин. Барон как паук, сидит в центре паутины и дёргает за ниточки и, вдруг, он поспешит развязать войну?
- Наш враг, барон Ксаверий, будет искать в этом послании более тонкий смысл. – Задумчиво сказала Настя. – Он решит, будто мы обзавелись каким-то сильным союзником и попробует узнать кто это.
- Вот именно! - Обрадовался я, сообразительности подруги. - Шиманьский начнёт разбирать послание. Он сам придумает его значение, сам выстроит наши дальнейшие шаги, которые мы собираемся предпринять, и начнёт готовиться к тому, чтобы их парировать. Вот и пусть готовится. А мы, может быть, тем временем успеем что-нибудь придумать. Это наша единственная надежда.
- Рискованный ход, но… предположим, - через несколько секунд заговорил Рубило. – Предположим, эта выдумка позволит тебе выиграть день или неделю, а то и больше, однако, в конце концов, барон Шиманьский приступит к действиям, чтобы стереть епископство с лица земли. Мне кажется, у нас один выход.
- Какой?
- Тебе, Серёга, надо жениться.