Страница 2 из 20
Когда-то у меня была другая — человеческая жизнь. Работала медсестрой в военном госпитале. Мой маленький сынишка рос без отца —муж давно покинул меня, оставив без средств к существованию с новорожденным ребенком на руках. Что с Родионом случилось, я до сих пор не знаю, он просто исчез. Один мой знакомый «доброжелатель» однажды рассказал, что видел моего мужа в соседнем городе с другой женщиной. Я не поверила ему- Родион не мог так поступить ни со мной, ни со своим ребенком. Не такой он человек. Но мои поиски так и не принесли результатов — он просто канул в никуда. Прошло несколько лет, прежде чем я прекратила поиски, но это не значит, что я смирилась и потеряла надежду вновь встретиться со своим любимым. Каждый раз перед тем как заснуть передо мной возникал его образ: сильный, надежный, желанный. До сих пор никто не мог занять его место рядом со мной.
Я засыпала и просыпалась с мыслями о Родионе, умоляла все Высшие силы, чтобы муж оказался живым и здоровым. Даже когда по всему миру разгорелась и охватила все новые и новые страны война, надежда, что он жив не покидала меня.
Чтобы выжить самой и прокормить сына , мне пришлось поступить на службу в лазарет одной из действующих армий. Одиночество закалило меня, заставило быть сильной. Со временем училась выживать, осваивала оружие, совершенствовать боевые искусства, которым когда-то учил Родион.
Однажды мне поручили для наблюдения особого пациента. Я должна была не только проводить прописанные доктором процедуры, но и усиленно охранять этого пациента. Когда увидела «больного» первый раз, мое дыхание невольно замерло на несколько секунд. Зрелище оказалось не для слабонервных. На больничной кровати лежало нечто, лишь отдаленно похожее на человека. Таковым оно, несомненно, не являлось. Серая, сморщенная кожа обтягивала скелет. На лишенной волос голове сверкали в полутьме ярко-красные огоньки глаз. Широкие ноздри крючковатого носа часто и нервно втягивали спертый горячий воздух. Изо рта, чьи губы были такими тонкими, что он больше напоминал кровавую рану, высовывались длинные, почти до подбородка, ослепительно-белые тонкие клыки. Я никогда раньше не видела вампира. Более того, считала, что они существуют лишь в буйной фантазии беллетристов, которые эксплуатируют этот зловещий ( а для некоторых и вовсе романтический) образ для собственной выгоды. Честно говоря, я никогда не была поклонницей подобной белиберды типа «Сумерки» и «Дневники вампира», так как всегда считала, что не может такое существо как вампир, чья пища состоит из человеческой крови, вдруг воспылать высокими чувствами к своей пище. Тем более любить возможно только душой, каковой, по тем же легендам, вампиры не обладают. У меня почему-то возникал образ-аналогия: человек влюбился в колбасу или в ее живые воплощения — корову, свинью или барана. Нелицеприятная картина получается. Наверное я лишена романтизма, оттого и такие ассоциации.
Но оказалось, что ни я, ни авторы вампирских бестселлеров и предположить не могли, что вампиры действительно существуют. Только им отведена совершенно неожиданная роль в нашем мире. Вампира звали Завулон. Я когда узнала его имя подумала, что встречала похожее имя в романе Лукьяненко. «Дозоры» по-настоящему меня тронули еще в юности. Но если бы существа действительно делились как в этой книге - Завулон оказался бы светлым. В госпитале ему отводилась роль пленника, над которым проводились ужасные по своей жестокости эксперименты. Его морили голодом, испытывали различные препараты, подвергали пыткам с помощью специальных приспособлений, на которые даже смотреть без содрогания было невозможно. Но это удивительное существо переносило все издевательства над собой с завидной стойкостью и смирением. Мне его поручили на тот период, когда пленнику дали время немного восстановиться, чтобы потом продолжить над ним свои изощренные манипуляции.
Ухаживая за обессиленным пытками вампиром, я невольно прониклась к нему сочувствием, перестала видеть в нем безобразного монстра, но увидела необыкновенно мудрое, сильное волей существо. От Завулона я узнала, что кланвампиров, к которому он принадлежит, возник еще на заре человечества в месте, где сейчас находятся ледники Антарктиды. Тогда они ничем не отличались от людей, разве только безграничной властью и более высоким уровнем развития. Но были смертны, а значит уязвимы. Это не устраивало властвующую верхушку. Их ученые нашли способ измениться: стали более сильными , ловкими, быстрыми и практически бессмертными. Но ученые не предусмотрели, что появится побочный эффект. Чтобы поддерживать свои способности, властителям молодого мира приходилось питаться человеческой кровью. Конечно же ученые пытались устранить этот малоприятный фактор. Но на это нужно было время. А пока могущественные семьи властителей уничтожали простых людей целыми поселениями. Неудивительно, что вскоре начались бунты. Большая часть вампиров погибли от рук бунтовщиков, остальные укрылись в бункере, а против повстанцев применили такое мощное оружие, что уничтожили их почти всех. Но и сами вчерашние господа оказались в ледяной ловушке. Несколько тысяч лет они находились в спячке в ледяном плену Антарктиды. Когда же часть ледяного панциря растаяла, вход в бункер оказался на поверхности. Тепло разбудило вампиров и им удалось выбраться из своего убежища, которое когда-то обернулось для них темницей. Покинув Антарктиду вампиры отправились в Африку, где обнаружили потомков людей взбунтовавшихся против их власти. Они одичали и утратили знания о далеких событиях и технологиях. Потому первоначально вампиры смогли жить среди них, направляя по пути развития, желая тем самым искупить хотя бы часть своей вины. Ученые продолжали свои исследования и все-таки смогли исправить свое изобретение, но вампирам оно уже помочь могло только частично. Теперь они имели возможность выбирать: питаться не только кровью людей, но и других существ, даже демонического происхождения. В дальнейшем его клан создал собственный «Кодекс вампиров», приняв наследие более древних цивилизаций, миссия которых состояла в защите человечества от агрессии существ, прибывающих с других галактик или параллельных миров.