Страница 110 из 244
- Иначе тебе придется меня убить.
- Знаешь, эта мысли иногда приходила мне в голову - улыбнулась Соня.
- И какие темные тайны не попали в твое досье?
- Допустим, что до того как стать Подругой Вожака я уже была замужем.
У майора что-то глухо щелкнуло внутри.
- И что случилось с господином Ху?
- Во-первых, китаянки выйдя замуж, не принимают фамилию мужа. А во-вторых, он погиб при защите общественного порядка. И я как-то не имею желания обсуждать это на первом свидании.
- Да я и не настаиваю - произнес Павлов примирительным тоном
- Пока ты не спросил - продолжила Соня - убит при расследовании наркокартеля.
- И это вся твоя страшная тайна.
- Есть еще одна, мое домашнее имя.
- Так что у тебя их много этих имен?
- Кроме того, что в паспорте. Еще три.
- Целых три? – удивился майор.- И это именно имена, а не клички или там псевдонимы.
- Именно имена, - кивнула Соня - Имя, данное при рождении. Домашнее китайское имя. Домашнее имя Ордена. Для того чтобы я назвала все три имени мы еще слишком мало знакомы.
- Ну, меня больше всего интересует китайское
- Сяо Фэй.
- И это что-то значит? – поинтересовался Майор - или просто перевод имени на китайский?
- Ваш слух вас не подвел. Это китаизация имени Софья. Оно состоит их двух иероглифов. «Сяо» - тихий, одиночный. И «Фэй» - красивый, пышный, непостоянный.
- И в итоге - «Одинокая Красавица».- Павлов улыбнулся.- А знаешь, тебе подходит.
- Спасибо - склонила голову Соня.- А теперь о тебе.
- А что обо мне?
- Так, ты моё досье изучил досконально, а я к твоему не притрагивалась, так что давай колись товарищ майор. Все по списку. Фамилии, адреса, явки
- Ну, у меня биография попроще, - майор набрал воздуху в грудь и начал протокольным тоном. - Павлов Александр Константинович, 1955 года рождения, Отец Константин Тихонович Павлов токарь, мать Вера Павловна Максимова повар, родственников на оккупированной территории не имел, за границей тоже, в общем, не состоял, не привлекался, не участвовал. Ну, почти. Отличник боевой и политической подготовки. После службы принят в МВД СССР.
- Все с вами ясно товарищ майор, Насчет вашего «Почти», думаю для корейского летчика Ван Ю Ши, вы слишком молоды, да и для вьетнамского пожалуй тоже. Ангола или Афганистан?
- Ангола – кивнул майор – занимались так сказать интернациональной помощью.
- А я вот Африке никогда и не была, - пожала плечами Соня. – Рука Пекина так далеко не протянулась.
- Да? - недоверчиво протянул Майор - я слышал, вы там поддерживали УНИТА.
- Так-то было военно-техническое... да и то не долго. Мне там было делать нечего, короче говоря.
- Ну, хоть чем-то можно вас удивить – улыбнулся майор. – Хотя там на самом деле тогда было, как и везде, мы с одной стороны, они с другой. Мы за прогрессивный режим МПЛА они за южноафриканских расистов. – Павлов произнеся эти слова, в упор посмотрел на Соню. – Тебе то, пожалуй, может и смешно быть, столько стран пришлось сменить. А я вот даже не знал о чем думать, когда нам с Антоном…
- Тем самым Антоном?- уточнила Соня.
- Ага, мужем Аллочки. - подтвердил Павлов
- Значит, помогаешь вдове боевого товарища. Заключила Соня - Похвально.
- Слушай у тебя что, проблемы с…
- Как ты уже понял, я побывала на месте Аллочки. - перебила его Соня. - И я знаю, что такое терять близких. Так что там в Анголе?
- Жарко, - ответил Павлов. - Хотя сказать жарко, это не сказать ничего. Она не такая как здесь или в Азии. Ты будто в сиропе ходишь. Воздух какой-то липкий, влажный, буквально обволакивает тебя. В том климате все болячки моментально обострялись и вылезали наружу. Особенно много было кишечных болезней. Пройти Анголу без ущерба для своего здоровья не удалось никому. А так Война — она и в Африке война. Обстрелы, ночные атаки, фугасы на дорогах. И запах, - Павлов снова пристально посмотрел на Соню - Ну тебе, наверное, знаком это запах войны. В воздухе гарь от сгоревшего пороха и машинного масла и все это плывет в раскаленном мареве, и смешивается с запахами саванны. А еще трупный смрад — от разлагающихся тел, покромсанных металлом, и разбросанных по полю боя человеческих останков, с запекшейся кровью, обгоревших и обугленных.
- Нюхали, знаем, - кивнула Соня - Хоть и без саванны.
Павлов кивнул и продолжил.
- Так вот я навсегда этих самых негров запомнил, как они радовались, когда мы с транспортов разгружались, – он вздохнул, – наши еще бывало, смеялись над ними «посол де только с пальмы слез» а потом перестали, посмотрели, как они живут и поняли, что нечего там смеяться. А еще были кубинцы. Так этим ребятам вообще памятник надо ставить