Страница 77 из 111
– Ти-ти! – улыбнулся Зейн в экран. Он, по привычке, лежал голый, но на этот раз так прикрылся простыней, что это зрелище непроизвольно пробуждало фантазию. Хотя что там делать фантазии, когда Матильда прекрасно помнила, помнила сокрытое под простыней и как этим Зейн пользуется. А так же удовольствие, которое он способен подарить…Стоп! – Ти-ти, ты что, на полу лежишь?
– Угу, – ответила Матильда, присматриваясь к картинке на экране. Судя по тщательно разложенным складкам, к сцене Зейн тщательно готовился. Ага, даже тело маслом смазал, чтобы оно выгодно подчеркивало в уютном свете настольной лампы все мышцы. – Отдыхаю. Мне Натаниэль сделал массаж ног, знаешь, никогда не думала, что этим можно до оргазма довести…
По лицу Зейна пробежала тень, губы на миг сжались. Но он тут же овладел собой и улыбнулся.
– Ти-ти, ты не передумала? Все также против предложения стать моей женой?
– Конечно, – Матильда перевернулась на спину, поймала мрачный взгляд Натаниэля, которого совершенно определенно присутствие Зейна на Кайли не радовало.
– А если я подарю тебе корабль? Новехонький!
Матильда застонала.
– Ты тоже на бои отправляешься?
– Что значит – тоже? – нахмурился Зейн. – Кто еще?
– Думаешь, тебе единственному в голову пришла идея купить меня за корабль? Правда, ты еще скромный, кое-кто другой условием не только руку и сердце поставил, но и ребенка.
– Сколько претендентов? – рыкнул Зейн.
– А еще, – мстительно продолжала Матильда, не отвечая на вопрос, – объявились мои дорогие соклановцы и тоже хотят заполучить меня в жены.
Карат, хорошо осведомленный о любви Матильды к родине, облегченно выдохнул.
– Но им-то ты отказала?
– Зачем? Я соскучилась по родному клану, по неспешной, размеренной жизни на экологически чистой планете… К тому же моим мужем хочет стать сын главы клана, это большая честь.
Зейн не смог сдержать злость и несколько ругательств. Хорошо, что «Ласточка Ренко» уже улетела, а то им бы не поздоровилось. Карат отрицал свою причастность к откровенному пиратству, но Матильда не сомневалась, что при необходимости возьмет старый транспортник на абордаж без малейшего угрызения совести.
– Ти-ти, – прошипел он, – мне плевать на сына главы клана! Если для тебя это так важно, я сегодня же оформлю документы на официальное признание Федерацией клана Карат! Выйдешь за главу, это лучше какого-то сына!
– Это все, что ты хотел сказать? – осведомилась Матильда. – А то у меня тут на очереди еще массаж… неохваченных частей тела. Глубокий массаж, если ты понимаешь, о чем я.
Судя по лицу Зейна, он не только понимал, но и хорошо представил Матильду, стонущую от страсти. А так же мысленно убил и расчленил на мелкие кусочки Натаниэля.
– Ти-ти, ты будешь моей. Это все, что я хотел тебе сказать.
Матильда издевательски рассмеялась и отключилась. А потом спросила вслух:
– Что мне с ним делать, а?
– Выйти замуж? – предложил Натаниэль.
– Не хочу.
– Не за него, а за кого-нибудь другого… Иван вам не зря говорил, что наличие мужа отпугнет претендентов.
– Да было бы за кого, – пробормотала Матильда. – Единственный человек, за которого я бы действительно вышла замуж – это ты…
Осознав, что она сказала, Матильда села и уставилась на Натаниэля. Может быть, он не услышал, может быть, он не понял, может быть…
Но взглянув на лицо Натаниэля, которое одновременно выражало радость, неверие и робкую надежду, она поняла, что дело плохо. Совсем плохо.
– Э-э-э… Натаниэль, не хочу, чтобы ты превратно понял… Я собираюсь выходить замуж по большой любви, а ты очень хорош в управлении финансами… На тебя можно положиться… И вообще, нечего так на меня смотреть! Ты даже еще не гражданин, и документов для подобных действий у тебя нет! Нет!
Но Натаниэль уже подвинулся к Матильде и прижался к ее губам. Просто прижался, ничего не делая, мягко касался и молчал. А потом прошептал, щекоча щеки дыханием:
– Это лучшее, что я слышал в своей жизни. Спасибо.
И опять замер.
Напряжение, сгустившееся в комнате, щекотало нервы. Сердце гулко стучало. Матильда потерялась в темных омутах его глаз, чувствуя, как ее засасывает куда-то, как сладко начинает кружиться голова, а по телу бегут мурашки. Казалось, все волоски встали дыбом и потянулись к Натаниэлю.
И вдруг он начал ее целовать. Страсть вспыхнула в теле Матильды, сжигая ее, требуя, чтобы она приникла к Натаниэлю всем телом, каждой клеточкой, слилась с его горячей кожей, почувствовала в себе. Ни один мужчина не возбуждал ее настолько сильно – и так неожиданно. Нет разговоров о «хочу» или «не хочу», нет сомнений, нет ничего, кроме безоглядного желания отдаться его умелым рукам, снимающим с нее футболку, стягивающим брюки.
Когда сам Натаниэль успел раздеться, она не заметила, полностью увлеченная его поцелуями, движениями его пальцев, скользящих по краю белья. Сначала он очертил контур бюстгальтера, заставив соски напрячься и затвердеть, потом – резинку трусиков, сначала внизу живота, а потом по ставшей необычайно чувствительной коже внутренней стороны бедер. Мужчина подхватил ее на руки, отнес к кровати. Подчиняясь ее рукам, лег сверху, продолжая ласкать ее шею, руки, нежную кожу запястья. Какое же это наслаждение – ощущение его тела! Натаниэль прижался губами к венке на шее, ощутил языком пульс и спустился ниже, оставляя после себя кожу, горящую, словно на нее пролили кипяток.