Страница 89 из 191
- Берни, прекрати. Я знаю, что не имею никакого права ревновать её, но как трудно мне видеть всё это и держать себя в руках! Как нелегко отказаться от надежды, что мы могли бы когда-нибудь быть вместе…
- Мне известно, как ты любишь Беллону, но тебе так же известно, не хуже меня, что вам никогда не быть вдвоём. - Сержио сел на стул и уронил голову на грудь. – Итак, что же привело тебя ко мне? Желание насолить Беллоне?
- Нет, ни в коем случае! Что бы она ни делала и как бы себя ни вела по отношению ко мне, я никогда не стану мстить ей. Просто мне захотелось выговориться, и я подумал о тебе. А потом я вспомнил, как ты поверил мне, когда я рассказал тебе всё, что знал о Дереке, как помогал мне держать его подальше от Белл… Я подумал, что раз ты подал мне руку в момент, когда я не знал, что и делать, то я тоже не могу не выслушать тебя. Я прошу тебя, расскажи мне по порядку всё, что ты знаешь о Марии, или всё, в чём ты её подозреваешь.
- Что ж, говорить тут придётся много, но я сразу сообщу основное. Мои подозрения появились, когда мы провели ночь в доме матери Марии – мадам Оливии. Это та ещё дамочка, которая ни чем не лучше своей дочери. Ты знаешь её историю?
- А она у неё есть? Признаться, я не слышал о ней ничего, кроме того, что она была фавориткой герцога Антонио.
- У неё весьма любопытная история. Она родилась в те времена, когда в нашей галактике как раз начались гонения на магию и её запреты. Отец Оливии был купец, а её мать была знахаркой и колдуньей. Нашлось много недовольных тем, что богач женился на простой девушке и они, из зависти и вечной людской тупости, изгнали девушку из Риджейсити, разлучив её с мужем и малолетней дочерью. Оливия выросла, судя по всему, с ненавистью к роду людскому и ненавистью к несправедливости, что простая девушка не может выйти замуж за любимого, кем бы он ни был, и жить с ним в мире и согласии. К своему несчастью, она влюбилась в принца Антонио, а их союз был никак невозможен. Ты знаешь этих Карлеалей – Антонио не преминул воспользоваться влюблённой в него девушкой и даже какое-то время уделял ей внимание, но потом охладел и бросил вместе с их общей дочерью…
- Как же, ведь он дал Мари номинальный титул и выделил солидное содержание?
- Да, и чуть не женился на Оливии, а знаешь, почему? Ходят слухи, что Оливия нашла свою мать, которая тайно прячется где-то в лесах или княжестве МакДжойн. Она дала ей приворотное зелье и тайное заклинание-присушку. Антонио ровно обезумел и стал грезить Оливией. Братья стали замечать за ним что-то неладное и догадались обратиться к принцессе Сивилле, она ведь из известного чародейского рода. Не знаю, что уж та делала, но пелена сошла с глаз принца. Но титул и деньги были уже даны его внебрачной дочери. Вот почему, она единственная из его бастардов, кто удостоился признания. С тех пор Антонио почти не появляется на Феире. Он знает, что Оливия становится безумной от любви к нему и никогда не упустит возможности вернуть его чувства к себе.
Бернардо перевёл дыхание.
- А теперь представь, как могла воспитать свою единственную дочь такая женщина? Мари ненавидит то, что она не признана светом. Она ненавидит Беллону из зависти, она грезит местом законной принцессы.
- Но, Берни, почему она раньше никак себя не проявляла? Куда легче было расправиться с Белл, когда та была ещё меньше, а не стала взрослой девушкой.
- Да, но на кого пали бы подозрения? А здесь – прибыли олтернские рыцари, приехала виконтесса. Где найдёшь более удобный случай?
- Ты прав, и всё-таки, до конца не верится, что такое возможно…так, ты говорил что-то о той ночи, которую вы провели в доме матери Марии?
- Да, я отвлёкся. Во-первых, тот мужчина, который тайно пробрался ночью в дом. Где он мог спрятаться? Обыскали все комнаты, кроме спален Габи, Белл и Мари и её матери. Наводит на мысли? Понятно, что не Белл, поднявшая шум, прятала его, понятно, что не Габи, не знающая никого в Риджейсити! И, знаешь, что я понял? Я сидел полубоком к коридору, то есть, мной просматривалось всё помещение на перспективу. Комната, в которую влез незнакомец, которого видела Белл, находилась между её спальней и спальней Мари. А эрцгерцогиня тоже ждала гостя! Она заранее увидела его в окно и вышла спросить меня о каком-то шуме, ещё до Белл! Когда она вышла, она перегородила мне дверью своей комнаты обзор коридора, и в этот момент незнакомец вошёл к ней! – Сержио открыл рот от очевидных вещей, но которые мог распутать только такой тонкий ум, как виконт Тревор. – Спросишь, почему незнакомец не спрятался в спальне Оливии? Да потому что в другую сторону от спальни Белл половицы ужасно скрипели, и он не мог бы пройти туда не услышанным. С этим мужчиной Мари и договорилась о покушении у театра. Идём дальше; помнишь, как заболела мадам Бланж, гувернантка принцессы?
- Конечно, она захворала, покрылась сыпью и лежала неделю или более с ней.
- Именно так, а откуда же взялась такая напасть? Я и на это нашёл ответ! Мария с матерью приготовили всем согревающие напитки, но глинтвейн мадам Гермии выпила Белл, а кофе, предназначенное Белл, выпила мадам Гермия. Понимаешь?
- Но зачем им было вызывать странную болезнь у Беллоны, если они вообще намеривались убить её?
- Этого я понять не в силах. Я спросил об этом у Мари, но она лишь рассмеялась мне в лицо.
- Господи, они просто животные, звери. Нужно арестовать мадам Оливию!
- Как? У нас ни одной улики, ни одного свидетеля, а дела Белл и короля так шатки, что мы не можем сейчас от их имени брать под стражу того и этого. Если бы нам удалось найти того мужчину… но мы представления не имеем, где его искать и кто это может быть…
- Ты прав, Берни, как всегда прав. А что насчёт покушения на охоте? Опять тот мужчина?
- Нет, нож кидала сама Мари. Не делай таких глаз, она прекрасно владеет кинжалом. Это тебе подтвердит Бенвор. Когда он бросил её, она однажды зарядила в него ножом от обиды. Его спасла чистая случайность и его превосходная реакция, на то он и работает в тайной полиции его величества.