Страница 28 из 191
- Сториан, я должна сказать тебе кое-что, – чуть отстранившись, проговорила она.
- Я слушаю тебя, – не задумываясь, бросил МакДжойн, не отвлекаясь от своего занятия.
- Я беременна, – чётко сказала виконтесса, и всё внутри неё сжалось, хотя внешне этого было совершенно не заметно.
- И что же? – наконец, поднял лицо князь, сверля её своими дьявольски тёмными глазами.
- Как что…- запнулась Габи. – Это твой ребёнок…
- У меня много их, – раздражёно огрызнулся Сториан и сел. – Зачем ты мне это говоришь?
- Как же зачем? Я думаю, что мужчина должен знать, где и сколько раз он стал отцом.
- Ошибаешься. Я очень много о чём не знаю и даже не собираюсь интересоваться. Чёрт, ты испортила мне всё настроение! Любите же вы, женщины, всё усложнять своими разговорами и неуместными замечаниями! – Князь поднялся и пошёл за штанами, которые оставил у двери, зашвырнув их туда. Габи уставилась на его бёдра, заметив, что даже они были у него просто идеальны. Хотя на одном из них теперь и красовался шрам, полученный от удара Сержио. Присмотревшись, она нашла ещё не один шрам, правда все они были довольно старые и зажившие. Но, как говорится, они лишь служат украшением мужчин.
- Сториан, я хочу, чтобы ты был отцом моего ребёнка.
- Я, кажется, и так им являюсь, – бросил МакДжойн одеваясь.
- Я не об этом. Ты должен стать его законным отцом.
- Что?! – презрительно прыснув, обернулся князь. – Ты опять заболела идеей стать моей женой? Нет уж, это слишком большая честь для тебя!
- Это ещё почему? – поднялась Габи, завернувшись в простыню. – Да, графский титул ниже княжеского, но мой род не менее древний, чем твой! Я достойная дворянка и, между прочим, завидная партия для любого мужчины. Даже принца!
Габриэль гордо вскинула голову, но от этого Сториан только жестоко засмеялся.
- Да уж, хороша невеста. Знаешь что, шла бы ты вон! Мне в последнее время надоедает выставлять тебя за дверь. Может, уйдёшь сама?
- Ни за что! – метнула молнии глазами виконтесса и упрямо встала напротив мужчины. Он перекинул её через плечо и дотащил до коридора, поставив там, как она была, в одной простыне. – Как ты смеешь?
Дверь захлопнулась и Габи стукнула в неё ногой. Она бесилась от собственного бессилья. Она снова проиграла! Господи, если её здесь увидят в таком виде, это будет страшный позор! Дверь перед ней внезапно открылась. Оттуда вылетел её плащ и выглянул Сториан.
- Слушай меня внимательно и запоминай – если ты ещё хоть раз покажешься возле моих покоев, я не побоюсь тебя избить так, что ты забудешь дорогу сюда. Оставь мысль о замужестве со мной. Даже если мне предложат выбирать между пытками и свадьбой, я выберу первое. А теперь уходи и больше не попадайся в моё поле зрения.
Дверь снова захлопнулась. Габриэль истерически затопала ногами. Её попытка очаровать князя не удалась, провалилась с грохотом. А ведь в какой-то момент ей почудилось, что между ними возникло взаимопонимание. Он даже почти стал с ней нежным…
- Я ведь хотела простить тебя, за то, что ты сделал, проклятый МакДжойн, но ты не пожелал принять меня. Пеняй на себя. – Виконтесса поняла, что теперь самое время рассказать обо всём отцу и направилась прямо к нему.
Беллона держала письмо от императора, в котором тот сообщал, что помолвка состоялась и в течение месяца он напишет ей, когда состоится официальное обручение и об этом узнают в свете. Принцесса немного смяла листок, не желая верить в то, что это произошло на самом деле. Но это было действительно так! С ней снова случилась до смешного печальная история. Кажется, и девушка боялась себе в этом признаться, она излишне привязалась к маркизу. И её чувства переступили грань дружеских и сестринских. Ей сейчас не хотелось думать ни о ком, кроме Сержио, к которому она и направлялась, так как заботливая Британика разрешила желающим навестить его.
Перед тем, как зайти, принцесса остановилась в нерешительности. Никаких новостей маркизу сообщать не надо, нужно просто его повидать, не причиняя беспокойства. Как же вести себя с ним? В эйфории, она сказала, что любит его, и от этого было неловко. Беллона одновременно понимала, что это правда, а с другой стороны, думала, что испытываемые чувства – это совсем не любовь, по крайней мере, не такая, которую называют настоящей. Это всего лишь вызванное уважением, заботой и жалостью ощущение, заставляющее желать находиться рядом с определённым человеком. Тихонько постучав, девушка подождала, пока княгиня не откроет ей и не впустит. Юноша лежал на постели, с подложенной подушкой, чтобы он мог пребывать в полусидящем положении. Его лицо было бледным и уставшим. Перебинтованная грудь сливалась с белоснежными простынями.
- Ваше высочество…- смущённо прошептал молодой человек, – извините, я не могу вас приветствовать должным образом…
- Лежите спокойно, – торопливо произнесла Беллона. Она не знала, куда прятать свои глаза от него. – Британика, не могла бы ты оставить нас ненадолго?
Княгиня посмотрела на брата, который кивнул ей, и только после этого удалилась. Принцесса поспешила сесть рядом с изголовьем кровати и взяла Сержио за руку.
- Пожалуйста, не нужно больше этого напыщенного титула, когда ты ко мне обращаешься, называй меня по имени и всё. Мне это будет очень приятно.
- Прости, я думал, что обидел тебя своей фамильярность, мне было настолько всё равно…