Страница 106 из 191
Беллона стояла на балконе, который примыкал к её спальне, и с которым у неё было связанно ужасно много воспоминаний. В последнее время, особенно в связи с последними событиями, он у неё ассоциировался с тюрьмой. Да и вообще всё её крыло напоминало темницу. Не по внешнему виду, а по тому, как ей постоянно приходилось прибывать в нём. В детстве она никогда не чувствовала себя здесь свободной. Когда немного подросла – отец здесь оставлял её под арест за какие-либо проказы. И вот сейчас, когда столица в осаде, дорогу к ней от дворца тоже пытаются взять, и революционеров удерживает только небольшая армия во главе с Мартином Бенком, Беллона ощущала себя узницей. Как она не любила бездействие! Может она и не могла повлиять на события, но ей так хотелось сломя голову броситься в самую пучину этих перипетий. Её удерживали Сержио и Бернардо. С последним она примирилась и снова стала почти дружна, но что-то всё равно не давало до конца поверить в то, что кузина была источником зла, а виконт Тревор был не причастен к происходящему. Что-то в нём всё равно было подозрительно. Раньше принцесса не замечала этого, но когда молодые люди ненароком упомянули о том, что Беллона что-то могла узнать о виконте, она тут и там пыталась найти ответ на эту загадку, но не могла этого сделать, да и маркиз упорно молчал, сколько она не спрашивала его с тех пор.
Маркиз…за тот месяц, что её высочество находилась в изоляции во дворце, они снова стали с ним очень близки. Он всегда и всюду был рядом, она слушала лишь его и улыбалась только ему. Если бы кому-то сейчас было дело до сплетен и слухов, то все непременно обсуждали бы, нет ли чего между дочерью короля и маркизом о'Лермоном? О, как бы он хотел, чтобы было… но он держался на почтительном расстоянии и отлично справлялся с ролью лучшего друга, помня, что эта девушка предназначена другому, равному себе, более достойному, тому, кто может спасти её в данный момент. Тот может, а он нет. Сержио угнетала эта мысль. Он привык быть покровителем принцессы, и хоть он смирился, что спутником жизни ей ему не стать, но то, что её защитником и преданным рыцарем может стать кто-то другой его приводило в уныние.
Беллона вновь чувствовала тот трепет и радость от общения с Сержио, как тогда, перед и после дуэли. Её пугало это, ведь её ждала свадьба с другим, но в глубине души она надеялась, что монархию свергнут, всё станет совсем по-другому и она сможет выйти замуж за маркиза. Каждую ночь она представляла себе, как они уедут в его далёкое поместье, о котором они так часто говорили все эти дни; принцесса просила рыцаря рассказать о тех местах, откуда он был родом, о его семье, о простом образе жизни, столь далёком от дворцового уклада и его чопорных привычек. Каждое утро принцесса просыпалась с надеждой, что произойдёт что-нибудь такое, что поможет ей быть с Сержио и только с ним. В тревогах и страхах революции Беллона забыла о принце Лукасе и не хотела вспоминать о нём. Когда рядом был Сержио, тот представлялся мрачным, злым, требовательным и неприятным. Каждый день девушка ждала, чтобы её лучший друг сделал бы что-нибудь, чтобы они стали больше, чем друзьями, но в ту же минуту она гнала от себя прочь эти негодные мысли, хотя нечаянные прикосновения иногда доводили Беллону почти до лихорадки и она потом по долгу не могла уснуть, вспоминая брошенный Сержио на неё взгляд или его тёплую улыбку. Можно себе представить, что всё это время происходило внутри юноши и как тяжело ему давалось внешнее спокойствие.
На горизонте появилась тёмная точка, на которую её высочество не сразу обратила внимание, но, по мере приближения, она разобрала, что это летел почтовый голубь. Какое чудо! Бедная маленькая птичка, откуда она и какие вести могла принести? Худо или добро? Интуиции Беллона давно перестала доверять, поэтому сейчас не могла понять, какое у неё предчувствие от этого явления. Когда белоснежное создание, наконец, оказалось в её руках, принцесса уже не мучилась от вопроса, кто его послал – она не могла решить, какие действия начать предпринимать, хотя смысл принесённой записки был однозначен. Наследник Гейтс ин Лива у портала. Он ждёт свою наречённую, чтобы увезти прочь с этой взрывоопасной планеты. Вот и тот момент, который девушка всегда жаждала оттянуть.
Её мысль прервал далёкий грохот – Мартин Бенк держал укреплённую позицию на возвышенности, на которой стоял загородный дворец и иногда палил из пушек, чтобы бунтари не позволяли себе подходить слишком близко. Итак, призыв к действию. Тайный побег из дворца. Её заклинают не тянуть и немедленно отправляться к вратам портала, как только она получит это послание. Девушку пробил озноб, и она вернулась в опочивальню, где из её дрожащих рук тут же выпал маленький листок. В её спальне находились Дора и Мэг Фиджи, которую принцесса, вместе со своим племянником, взяла с собой за крепкие стены, не зная, как могут поступить с бывшей горничной принца. Виконтесса, увидев бледность лица Беллоны и её смятение, легко читаемое на лице, выбежала из комнаты, чтобы позвать маркиза – без него теперь ничего не решалось. Королевская дочь попыталась остановить её, но у неё не хватило сил сказать и слова. Она всё пыталась собраться с мыслями и сделать правильный выбор, хотя, кажется, его у неё не было. Хватит думать о себе и причинять другим неприятности. Посмотрев на маленького Робина, который уютно спал у своей матери на руках, Беллона осознала, что вот-вот покинет это место, возможно, навсегда, но в душе не смирилась с этим.
Не прошло и десяти минут, как в дверях появился Сержио.
- Белл, с тобой всё в порядке? Дора сказала мне… - зоркий глаз юноши сразу заметил листок у ног принцессы. Он подошёл к нему и поднял. – Можно прочесть?
Её высочество молча кивнула. Пока рыцарь быстро пробегал по строчкам взглядом, в комнате хранилось молчание. Когда он закончил, на его лице лишь на какую-то сотую секунды мелькнула обречённость, но тут же расцвела улыбка, довольно фальшивая, нужно заметить, так как притворяться он не умел абсолютно.