Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 37 из 38



Сайнжа звал их своими парными клинками. Говорил, напарники для него как ожившие воплощения доблести и неутомимой жажды познания. Упрямые, своенравные, отважные и жадные умансоо — недостающие части его души. Но даже под угрозой позорного изгнания из клана великий охотник не признался бы в том, что его привязанность к бортмеханику Рудольфу Веберу на непредставимо малую долю сильнее и крепче, чем к пилоту Йонге Далине.

Они сделали для Руди все, что могли — и многое сверх того. Время шло, сменялись клиники и специалисты. Рудольф остался погруженным в кому пациентом со слабовыраженными признаками мозговой деятельности.

Напарники перебрались на Эйрику, в выстроенный для долгой и мирной старости дом. Поместили Руди в купленные на последние средства гибернационную капсулу и с помощью Фелиции подключили к виртуальному пространству. Подарив Рудольфу возможность жить хотя бы там, в бесконечном мире меняющихся массивов данных. Втайне надеясь на регенерационные возможности человеческого мозга, улучшенного яутской ДНК. На то, что в один из дней капсула издаст тревожный сигнал. Примчавшись на зов, они увидят очнувшегося, плохо соображающего Руди.

Чуда не произошло.

Зато на равнине опустился черный, состоящий из сплошных пересекающихся под острым углом плоскостей челнок яутжа.

— Грядет Великая охота, — торжественно изрек Сайнжа, пресекая расспросы напарника. — Матриарх прислала зов своим потомкам. Я должен быть рядом с семьей. Я, но не ты, — он сухо и звонко щелкнул челюстями. Раздувая горло и напрягая связки, яут перешел с телепатического общения на звуковое. Тщательно выговорив на рог-спике: — Фсе с-станет хорош-шо, Йхо-онхе. Ферь мне.

Выбросив длинную руку, яут мимолетно встрепал короткие седые волосы человека. Не оглядываясь, поднялся на борт корабля. Взревели двигатели, расходящимися кругами полег нагнувшийся до земли блюграсс. Челнок взлетел, заложил крутой вираж над морем и устремился к далеким звездам, за пределы атмосферы Эйрики. С той поры Йонге больше не видел Сайнжу. Космос подарил им несколько десятилетий рядом с воином Найхави, и космос столь же бесстрастно и безжалостно забрал его у людей.

Спустя несколько недель молчания Йонге с пугающим удивлением осознал: улетев, Сайнжа единым махом оборвал любые ниточки связей. Первый пилот не знал, как и где искать навигатора. На Эйрике посольства яутов отродясь не было, ближайшее консульство располагалось на большом спейс-узле Халкин-Дан. Пустив в ход свой статус героя войны и ветерана, Йонге почти забесплатно отправил запрос по блик-связи касательно местонахождения Саааржанайяахтаунира Владеющего Копьем Первого Дома. Получив от консула Найхави краткий ответ: «Воин и охотник избрал путь, предначертанный Великой Матерью».

В терминологии яутжа эта фраза могла означать все, что угодно. Сайнжа подался в отшельники, отказавшись от любых контактов как с бывшим напарником, так и с сородичами. Челнок, на котором летел яут, угодил в петлю сингулярности и свернулся внутрь себя. Сайнжа погиб на Великой охоте, самоубийственно бросив вызов слишком опасной добыче. Осознав, что медики, к которым они обращались за помощью, бессильны, яут задумал самостоятельно отыскать способ вернуть Рудольфа к жизни.

Все станет хорошо, сказал он, год за годом твердил себе Йонге. Значит, я дождусь его возвращения.

Не выдержав затянувшегося одиночества и опираясь на записи Фелиции, Йонге создал голографические копии напарников. Сайнжу, бродящего по холмам и побережью. Рудольфа, вечно сидящего на террасе в окружении разрозненных деталей. Он написал программу, оживляющую образ Руди, но не смог запустить ее — боялся окончательно свихнуться, перестать различать реальность и компьютерный вымысел. Хотел уйти в гибернацию, в сны и грезы Рудольфа. Представил, как вернувшийся Сайнжа застает в подвале дома две холодные капсулы — и отказался от замысла. Прожитые годы давили на плечи, разум трескался под их тяжестью, отчаянно цепляясь за мимолетно брошенное яутом обещание.
Йонге медленно выпрямился, держась за нехорошо похрустывающую спину. Подобрал палку, вытер невесть откуда выступившие слезы. К старости щитовидка стала совсем ни к черту, чуть что — мощный выброс гормонов и привет, депрессия. Мрачные глюки поставляются в комплекте. Всего лишь сломал ногу на водных гонках, а вообразил себе невесть что.





Утомленный разум Йонге Далине, человека, слишком долго прожившего на свете, медленно погружался в вязкое, удушающее и спасительное болото искусственно сотканной реальности. Когда Йонге неловко повернулся вокруг себя, Сайнжа по-прежнему стоял в арке из пасти кархада, исподлобья смотря на бывшего первого пилота.

— Пошли, глянем на закат, — предложил Йонге. Яут размашисто кивнул, разведя челюсти в имитации ухмылки.

Прихрамывая, они вышли на террасу. Заметив появление хозяев, дроны установили рядом с рабочим креслом Рудольфа два табурета. Сайнжа и Йонге расположились по обе стороны от Руди, и механик в кои-то веки оторвался от сборки.

Солнце Эйрики уходило за линию горизонта, прочертив широкую полосу цвета расплавленного золота. Внизу под утесом вкрадчиво шелестел прибой. Размашисто прыгая с волны на волну, вдоль берега прошла стая местных касаток.

Все было хорошо. Как в том древнем стихотворении, сложенном в до-звездную эпоху, охотники вернулись с холмов и присели на пороге родного дома.