Страница 68 из 89
- Я не один месяц провёл там, пытаясь наладить шпионскую сеть, разыскивая этого урода, - ладонь Маркуса забралась под рубашку и провела по самым выпуклым рубцам. - Перрэ запретил мне убивать его, только найти и передать информацию. Он сказал, что для тебя важно самой прикончить урода, что таким образом ты избавишься от прошлого, связанного с ним.
- Вы же были в ссоре с бароном?
- Были, но по другому поводу, - помрачнел Маркус. - Я разозлился, что он уговорил тебя пойти в Дом Желаний... После того, как ты рассказала мне о... Рауле, я пошёл к Перрэ, собираясь его прикончить... только мысль о том, что ты не простишь мне его смерть, остановила меня.
- Так вот кто так отделал барона... - Манон чуть отстранилась, заглядывая в чуть сердитые глаза Маркуса. - Да вы ревнивец и убивец наставников.
Она взъерошила его волосы.
- А скажи мне, не ты ли убрал "двадцать второго", купчину?
- Я, - потупился Маркус, - ты же тогда обещала не убивать больше. А я знал, что тебе важно закончить ТО дело.
- А банда Курхера?
Маркус кивнул.
- А убийца жены и... - начала Манон.
- Манон, все, кого не наказал закон и не успела прикончить ты, прикончил я.
Манон смотрела на него.
- Маркус, знаешь, мне иногда кажется, что мы с тобой чудовища ни чём не лучше тех, кого убиваем. Мы такие же убийцы, Маркус.
- Мы - Палачи, Манон! Последняя справедливость, когда закон бессилен или куплен. Поэтому Филирр ещё жив, мы ждем неопровержимых доказательств, пока у нас лишь домыслы, предположения и косвенные улики. Мы наказываем виновных, вина которых неопровержима и доказана. Между прочим, герцог тоже жив только потому, что мы не просто убийцы. Мы волки, Манон, санитары общества. И знаешь, за что я благодарен Перрэ? За то, что он дал нам право выбора хотя бы в том, идти на службу к герцогу или остаться непредвзятыми наблюдателями, не занимая ничьей стороны.
Они замолчали, каждый думал о своём.
- Ночка, смотри, рассвет, - Маркус кивнул за спину Манон, она обернулась. Небо на востоке посветлело, и в нише между зубцами был виден горизонт с узкой розовой полосой. Ночь кончилась.
Леон прискакал поутру, со взмыленной лошади его сняли гвардейцы. Он привёз письмо от Илиана. Манон и Маркус ещё не ложились. Маркус видел, как заходили желваки на её скулах, она побледнела, ноздри гневно раздувались. Глаза её горели холодной яростью, когда она, наконец, дочитала и взглянула на Маркуса, молча передала ему письмо и ушла на тренировочную площадку.
Маркус пробежался по строчкам. Илиан сообщал, что Тигран решил провести охоту в баронском поместье своей жены. Приедет человек пятнадцать свиты с герцогом, Илианом, сестрой и зятем включительно. Плюс десять человек охраны. Сообщил так же, что Филирр подозрительно обрадовался этой поездке.
- Смертник, - усмехнулся Маркус, дочитав письмо. Отдав распоряжение отвести не держащегося на ногах от усталости Леона в гарнизон, пошёл искать Манон.
Метательные ножи ложились в деревянную мишень ровно и глубоко.
- Шалопут непонятливый, я тебе устрою сюрприз, смертник недоделанный. Дурак дуболомный. Я тебя привечу, в жизнь не забудешь моего гостеприимства, идиот непоротый. Захухря белобрысая...
Маркус стоял, прислонившись плечом к дереву, любовался меткостью разъярённой женщины и заслушивался ругательствами, радуясь, что не он причина этой бури. Он даже уважал Тиграна за упорство. Но не с той женщиной он его проявлял. С любой сработало бы, но не с этой. Он и раньше замечал за ней такое: разочаровавшись, она просто отрезала чувства и выдворяла человека из своей жизни.
Ножи закончились. Манон подошла к мишени и стала выдёргивать своё "успокоительное", замерла, обернулась через плечо и одарила Маркуса наиковарнейшей из своих ухмылочек. Вот совсем он не любил, когда она так улыбалась. Она стала быстро вытаскивать ножи из древесины и что-то начала напевать себе под нос. Маркус подошёл ближе и услышал:
Сада-маза, сада-маза... Сада-маза, сада-маза...
Оторви мне чего-нибудь, укуси меня за...
Вот Вам тиски, вот набор плетей.
Сломать Вам пальчик? Какой конкретно?
Нет-нет, мне не трудно, все для гостей...
Ай-ссссс... Сломали все десять? Бедный.
А дайте-ка я Вас лицом о стол...
Потом попудрим - и незаметно...
Что Вы стоите, как будто столб?
Ах да, я прибил Вас к паркету. Бедный.
Я полюбил Вас за Ваш азарт.
Теперь Вам нечем смотреть в глаза мне!
Сада-маза, сада-маза... Сада-маза, сада-маза...
(гр. Несчастный Случай)
Маркус хмыкнул и пожалел незваных гостей. Манон была зла. Демонически зла. Вытащив последний нож, она повернулась к Маркусу, сунула ему "успокоительное" и напевая "сада-маза, сада-маза", побежала к дому.