Страница 10 из 89
- Миледи, как же тепереча? Что с графом делать будем? - спросила Милена.
- А что с ним делать, отпустим.
- Так он же всем растреплет про дом этот, - удивилась такой недальновидности госпожи девушка.
Манон застыла.
Вот индюшка безголовая на день благодаренья!
Она была настолько ошарашена действиями Илиана, что в голову даже не пришла мысль: как вообще он оказался в ЭТОМ месте?
Манон медленно-медленно повернулась. Леон очень ответственно подошёл к делу, и граф напоминал... мумию, подсказала Марина, спелёнутый по рукам и ногам. Грязную мумию, пока вязал, Леон вертел мужчину по траве, но от активных телоперекатываний трава и земля, в которой она произрастала, перекочевали на Илиана и верёвки.
- Леон, достаточно было просто связать руки, - сказала Манон, поморщившись. Его же теперь мыть надо. Или так прибить... Словно услышав мысли госпожи, кровожадная Милена, справившаяся, наконец, с узлом, сказала:
- А может, его прямо сейчас пристукнуть... - похлопала сковородкой по ладошке, словно примеряясь, рассчитывая силу удара. - Ну, чтоб не мучился... пока без сознания.
Манон тяжело вздохнула, встряхнула куртку Илиана, расправляя. Ей это мало помогло, выглядела она как из... - хотела подсказать Марина, но Манон не стала слушать.
Отобрала сковородку у кровожадной девушки, и задала коварный вопрос.
- А Ирен знает, что ты взяла её любимую сковороду?
Милена побледнела. Ирен - жена Эмиля, немая от рождения, не имея возможности высказывать словами своё возмущение, пускала в дело физическую расправу. Брат и сестра невольно схватились за уши.
- Вот-вот, - усмехнулась Манон. - Несите эту... мумию в дом... в гостевую на втором этаже, только ковёр уберите и не кладите его на кровать... грязный. - А я, так и быть, заступлюсь за вас перед Ирен.
Молодые люди озадаченно переглянулись, да-а-а, граф был не маленьких размеров. А в следующий раз голову будут включать, прежде чем действовать.
Манон, насвистывая, направилась к дому, крикнув двум спасителям:
- Милена - за ноги, Леон - за плечи, так удобнее будет.
На крыльце обернулась посмотреть на этих двоих... со стоном закатила глаза к светлому небосклону, день будет солнечный.
- Да не вперёд ногами, он пока не помер, - прокричала Манон, добавила тихо. - Бестолочи.
И вошла в дом.
Тигран Аландер
- Мерзавка! Негодяйка! Моль Бледная! Эротоманка недоделанная! Зараза белобрысая! Гарпия стриженная!
Орал невыспавшийся Тигран поутру. Его разбудили с докладом, что под окном герцогини в кустах найден стражник, приведён в чувство, допрошен. Ничего не видел, не слышал: стоял, упал, очнулся под кустом.
- Ломайте двери, - приказал Тигран, одеваясь.
Вот ведь Чудовище Монохромное, а он сегодня планировал на пикник с ней поехать к озеру. Помнится, ей там очень нравилось, давно не выбирались, на обратном пути - к ювелиру...
- Выпорю, в этот раз точно выпорю.
В соседней комнате раздался треск и грохот. Дверь выломали. Герцог, застёгивая камзол, вышел в коридор. Стражники стояли в проёме, не решаясь войти в опочивальню госпожи. Заметив герцога, они расступились.
Тигран вошёл решительно и замер посреди комнаты: постель смята, но не расправлена - не спала в ней. Дверь в его спальню забаррикадирована: как она сдвинула этот трельяж? Подошёл к окну: ни верёвочной лестницы, ни верёвки, ни простыней... Как она спустилась?
- Госпожа покидала спальню?
- Нет.
- Манон!? - позвал герцог, он предположил, что она спряталась. - Манон. Демоница-моя-мстительная, выходи... Манон, ну правда, подурачились и хватит.
Тигран проверил гардеробную, обнаружил комод с потайным дном. На первый взгляд ничего из одежды не взяла. В ванной пусто. Дверь в гостиную тоже была закрыта изнутри.
Заметил на трельяже раскрытые шкатулки. Выпотрошила всё. Хорошо, с деньгами будет.
Раскрыл шкатулку с фамильными драгоценностями, все были на месте, кроме родового обручального перстня. Улыбнулся - не сняла. Но тут взгляд нашёл его на столешнице. Тигран помрачнел - сняла.
Драгоценности взяла, значит, ударится в бега. Наследство барона трогать не будет. Наличных у неё, скорее всего, не много, будет продавать украшения. Нужно срочно оповестить всех ювелиров, чтоб донесли немедленно. Приложить список с описанием украшений и хозяйки. Демон... она же многолика... Да-а-а, за годы её мнимого смирения и покладистости он забыл, кем она была.
Он чувствовал досаду, злость и азарт, кровь бурлила в жилах... Он узнал это чувство... Она вернулась, огненная его девочка... Её вчерашнее прощание произвело неизгладимое впечатление... Весь остаток ночи промучился в эротических снах.
Тигран, довольный, усмехнулся. Вот чего ему не хватало... чувства ожили, заиграли. Сезон охоты открыт. В этот раз он уже не совершит своей ошибки, и ломать её не станет.