Страница 46 из 66
- Да ты что! Я тебя не отпущу!
- Да ты не бойся, я быстро. Тут через километр лес кончается и там дорога идёт вниз по открытой местности, - разговаривая с женой, Виктор быстро растапливал печь. - Я с горки посмотрю на посёлок и назад.
- Да зачем он нужен, если в него проехать нельзя? Да и как ты пойдёшь по такому снегу?
- Ну если надо будет мы трактор пригоним, расчистим дорогу. А пойду я по лесу. Эта дорога здесь как яма, в неё и намело снега со всей округи. А в лесу его мало.
- Ну не знаю….
- Раз мы сюда добрались, надо всё разузнать. Может, здесь жить будем.
- Поближе бы к городу.
- Ну, если найдём. А пока у нас нет вариантов, надо здесь посмотреть. Ну всё, я побежал. Рация у меня с собой, звони.
Хотя снега в лесу, действительно было меньше, идти всё равно было тяжело. Но Виктор спешил, продвигался быстро, и не прошло и двадцати минут, как он был на месте. Несколько минут он стоял, рассматривая лежащий внизу посёлок. Потом развернулся и быстро пошёл назад. Зазвонила рация.
- Да, милая, - отозвался Виктор.
- Ну и где ты?
- Уже назад иду. Здесь нам делать нечего, в посёлке нет ни одного достроенного дома. А у тебя как?
- Да всё готово, сейчас кушать будем.
- Хорошо, и я сейчас подойду.
По своему следу идти было немного легче, и назад Виктор шёл спокойнее, с интересом разглядывая встречающиеся на снегу следы зверей. Их было немного, потому что диких животных в этих местах почти не осталось - кругом ведь поля, колхозы, деревни, а в каждой деревне куча охотников, браконьеров. Естественно, что практически всё повыбивали. В одном, только, месте Виктор увидел следы, по-видимому, диких коз, остальные принадлежали более мелким животным. Он в них ничего не понимал и не мог сказать какой зверёк их оставил.
Ему уже оставалось всего несколько минут пути, как вдруг он заметил справа от себя следы какого-то крупного зверя. Причём они шли параллельно ему. Виктор заинтересовался, свернул и через минуту застыл на месте, отказываясь верить собственным глазам.
Когда-то по молодости он видел на севере, в тайге, следы медведя. Было это в довольно непростой ситуации, и он запомнил эти следы на всю жизнь. И вот сейчас такие же обнаружил здесь, на снегу. Огромные лапы с длинными когтями – сомнений не было, это медведь!
Причём следы совершенно свежие и тоже направлялись к машинам. Виктор похолодел, сдёрнул с плеча автомат и побежал, на ходу вытаскивая из кармана рацию. Но кнопку нажать не успел, увидев впереди здоровую, бурую тушу. Медведь, видимо отдыхая, лежал к нему задом, уткнувшись мордой в снег.
Виктор вскинул автомат, прицелился, но сразу стрелять не стал. Страха он не испытывал, наоборот - у него камень с сердца упал когда он увидел зверя. Тот не добрался до семьи, и это было главное, а за себя Виктор не боялся. Он знал, что если медведь на него кинется, он из него решето сделает – автомат есть автомат. Но зверь, как-будто, и не собирался нападать. Он вообще ничего не предпринимал, хотя не заметить человека, конечно, не мог.
Зазвонила рация. Виктор вздрогнул и, не отводя глаз от медведя, осторожно ответил:
- Да.
- А ты где? - раздался недовольный голос жены.
- Иду, сейчас буду.
- А что так долго?
- Да тут следы интересные, прийду расскажу. Вы пообедали?
- Детей я покормила, а сама тебя жду.
- Ну хорошо, я сейчас буду, жди.
Во время разговора Виктор внимательно следил за зверем, но тот не шевелился и вообще не подавал признаков жизни. Прошла одна минута, две – пауза явно затягивалась, а Виктор не знал, что делать. Похоже было, что зверь не желая конфликта затаился, и ждёт когда человек уйдёт.
Виктор уже было так и сделал, но вдруг передумал: «Кто его знает этого медведя, сейчас пойду, а он следом. Там же машины в снегу, их надо ещё выгонять, а эта скотина выберет момент и нападёт. Ведь зима и это шатун, а про них я слышал только самое плохое. Нет, выпускать его из виду нельзя! Но что же тогда делать? Блин, и откуда он вообще тут взялся, их же здесь лет сто, наверное, как нету. Вообще никогда не слышал, чтоб тут медведи были. С севера, скорее всего, пришёл, одно слово – шатун».
А время шло, и дальше тянуть было нельзя, так как Валентина и так уже давно была на нервозе. Виктор подумал, что надо бы всадить в медведя очередь и закрыть тему. В этом был определённый смысл ведь если даже и удастся им сейчас благополучно уехать, то где гарантия, что шатун не доберётся до города. Пищи ему сейчас вроде достаточно, но кто знает, что у него в голове. Вдруг его потянет к живым людям. Нет, определённо, с медведем нужно было кончать и прямо сейчас.
Но у Виктора рука не поднималась на убийство – ведь зверь вёл себя мирно. Да и не хотелось пугать выстрелами жену. С гулко бьющимся сердцем, держа наготове автомат и сохраняя приличную дистанцию, он стал обходить зверя справа. И поравнявшись с его головой, вдруг понял, что тот, скорее всего, не живой. Хорошо было видно, что медведь как шёл, так и рухнул головой в сугроб (только затылок и уши торчали из снега). И, похоже, он не дышал. И что-то было у него на шее, а что, Виктор отсюда рассмотреть не мог. Он решил подойти поближе и осторожно, полностью отдавая себе отчёт в том, что зверь может притворяться, сделал несколько шагов. И тут снова громко зазвонила рация. От неожиданности Виктор опять вздрогнул, можно даже сказать, подпрыгнул, и настороженно смотря на медведя, шёпотом отозвался:
- Да.
- Витя, что происходит, - голос жены был удивительно спокоен, что, несомненно, предвещало бурю. - Где ты есть и что у тебя с голосом.
- Милая, тут фазаны и я хочу хоть одного подстрелить. Ну сама понимаешь, свеженина мясо...