Страница 9 из 134
- Где у нас сейчас находится Вийон?- обратился к толпе её повелитель.
Все загудели, оживленно переговариваясь, наконец, из толпы выступил горбатый с выпирающим клыком карлик.
- Он в кабаке "Бисетр" играет в кости. У него были деньги, которые он позаимствовал без её ведома у одной благочестивой вдовы с Ткацкой улицы. Франсуа повезло в игре, и он сейчас при звонкой монете, если от него не отвернулась удача! - прошепелявил он.
- Отец Антуан, деньги действительно у вас и вы мне отдадите их завтра утром?- повернул огромную голову толстяк к священнику.
- Да, сын мой, - с достоинством качнул тот головой,- завтра утром, после того, как встреча дона Мигеля и Вийона состоится!
- Проводите испанца к Франсуа,- взмахнул рукой "король", приказывая карлику,- но запомни, это был твой первый и последний визит сюда! Уж слишком ты мне не понравился, поэтому если опять переступишь черту, отделяющую город от Двора Чудес, я тебя повешу. Ты меня понял?
- Как не понять! - согласился дон Мигель, руки сильно болели, но он хотя бы начал их чувствовать.- Вы мне доходчиво объяснили!
Они с отцом Антуаном пошли следом за переваливающимся на коротких ножках карликом, который на удивление быстро двигался, в отличие от запинающегося о камни неровной мостовой графа. Впрочем, тот был настолько рад живым и невредимым покинуть это место, что такие мелочи, как ушибы, были не в счет.
Только вырвавшись из этого ада, дон Мигель до конца осознал, какой опасности избежал, и по его телу то и дело прокатывался озноб запоздалого ужаса.
Известный воровской притон находился в получасе ходьбы от Двора Чудес. И первый, кого они увидели в закопченном зале, оказался де Монтрей, ссорившийся с разгоряченный вином Вийоном.
- Как ты мог?- услышали они гневный вопрос, подходя ближе.
- Вы разрешите мне вмешаться в вашу беседу? - граф подсел за их стол.
Он так много слышал о поэте, и сейчас изумленно рассматривал его потрепанное жизнью лицо в неглубоких сухих морщинках, сухощавую мелкую фигуру в старом явно с чужого плеча хуке, небольшие беспокойные черные глаза. "Что в этом невзрачном замухрышке может привлекать женщин?"
- Кто это?- недовольно отреагировал тот, недружелюбно глянув на испанца.
- Это муж Ангелочка!- хмуро пояснил профессор.
- Я ничего о ней не знаю!- отрезал Вийон, пытаясь встать из-за стола.
- Э, нет, приятель,- принужденно рассмеялся граф, поймав пройдоху за руку и силком усаживая на место,- встреча с тобой мне обошлась в сто су, да ещё пришлось повисеть на дыбе, поэтому так просто ты от меня не уйдешь!
- Я же сказал, что ничего не знаю об Ангелочке,- огрызнулся тот,- чем бросать деньги на ветер, лучше бы отдали их мне!
- Дам,- заверил его дон Мигель,- и дам много, если ты мне расскажешь, куда отвел мою жену из заведения Мами!
- Сколько?- остро блеснул глазами поэт.
- Тридцать су,- пообещал испанец,- но потом, после обстоятельного рассказа!
Франсуа помолчал, сморщив от досады нос, что-то, по всей видимости, взвесил про себя и, наконец, признался:
- Я отвел её к Катрин Прель!
Графу это имя было знакомо, и, немного поднапрягшись, он вспомнил, что так зовут парфюмершу королевы, но причем тут Стефания? Де Монтрей так зло глянул на поэта, что тот даже порозовел.
- Она сама об этом попросила, - начал он оправдываться перед доктором, - даже пообещала мне свой золотой крестик, если я её отведу к ведьме!
У потрясенного дона Мигеля сжались кулаки, неужели..., но поэт рассеял его подозрения. Правда, едва ли де ла Верде от этого стало легче!
- Ангелочек была от кого-то беременна и боялась, что ранит твое "золотое сердце",- передразнил Вийон, очевидно, Стефанию, - малышка не хотела вас огорчать, мэтр! И хотя Катрин предупредила, что это может стоить ей жизни, даже ухом не повела и выпила дрянь, которую дала старуха! У меня сердце кровью обливалось!
- И что же дальше?
- Ангелочку стало плохо, и Катрин решила, что она умирает! Я вытащил её на монастырское кладбище, где женщина и испустила дух! - пробормотал Вийон, опуская глаза.
И хотя сердце графа оледенело от такого известия, он почему-то ему не поверил.
- Как назывался монастырь? Какого числа это было?
- Монастырь аббатства Сен-Мартен, а число я не помню!
- Зато я помню очень хорошо,- заметил доктор, сурово глядя на поэта,- двадцать первое марта. Зачем ты лжешь, Франсуа? Я искал её на всех кладбищах - монахи записывают все свои погребения и потом в течение сорока дней отпевают даже бродяг, так вот, в эти дни там не была похоронена ни одна неизвестная женщина!
- Я ничего не знаю,- ушел в глухую оборону Вийон,- говорю вам, она умерла!
- И ты спрашивал меня, не нашлась ли умершая женщина?- тяжело вздохнул доктор,- хватит из нас делать идиотов! Расскажи его светлости, что случилось с его женой? Хоть один раз в жизни, поставь себя на место другого человека! А что, если граф, поверив в твою ложь, женится вторично, а потом выяснится, что его первая жена жива?!
- Пусть женится спокойно,- мрачно хмыкнул Вийон,- я даже видел, как за Ангелочком прилетел дьявол и забрал её, завернувши в свой плащ.
- О чем это ты? - разозлился доктор,- что ты городишь? Какой дьявол мог прилететь к этой чистой голубке? Ты слишком много выпил, раз несешь подобный бред!