Оскол

— Что это значит?

Ганчев, закуривая, пожал плечами:

— Нечто вроде энергетической формы жизни. При благоприятных обстоятельствах проявляется в виде таких вот лучей. Мы зовем их «остры».

Отлично. Мало мне разумных крыс, теперь еще живые лучи какие-то. Ну, Берендеев…

— И что, они вот такие… невидимые?

— Да, наблюдать «остров» можно лишь в инфраоптику. Правда, если их будет очень много… — Капитан не договорил, озабоченно разглядывая в бинокль что-то за железнодорожной насыпью.

— И что будет, если много?

— А?.. Да, могут доставить неприятностей. И учтите, Саблин, ― иногда в зоне их действия образуется аномально низкое давление. Неприятная такая штука, действует на психику вплоть до галлюцинаций. Вот тут сплоховать никак нельзя!

Я невольно поежился.

— Да не дергайтесь вы так, родной! — Ганчев засмеялся. — Нам дел на пару часов. Всё по стандарту: курим, ждем, ловим и бьём. Ну, а вы держите оцепление, чтоб ни одна штатская душа не просочилась за Брюсовскую улицу.

Капитан успокоил тем, что дальше железной дороги «остры» не сунутся, подозвал Бейсенова, и они стали измерять расстояние от покосившегося электрического столба до угла детского садика.