Страница 33 из 224
- Все хорошо. Не переживай. Страх твой-враг твой. Помни это.
Когда мальчик остановился, мужчина кряхтя от боли медленно выгнул спину. Евангелион с тревогой наблюдал за тем, как сморщилось лицо Игната. В следующее мгновение он услышал едва слышный хруст, и снова ринулся к Игнату, но тут же замер. Увидев на лице мужчины довольную улыбку.
- Вот так уже лучше.-с облегчением выдохнув, произнес Игнат, возвращая спину в вертикальное положение. Посмотрев на встревоженного мальчика, он потрепал Евангелиона по голове с усмешкой сказав:
- Да не переживай ты! Я в порядке.
Даниил медленно поднялся, и с укором взглянув на друга, беспокойно произнес, жестом указывая на ребенка:
- Ты-то может и в порядке! А он? Думаешь, после этого мальчик не будет мучаться угрызениями совести? Ты же помочь хочешь! А получается только хуже!
Игнат удивленно уставился на него, и громко заявил, всплеснув руками:
- Знаешь, я не думал, что все будет так сложно! И если он тут такое вытворяет, представь, что будет в людном месте!
Даниил сокрушенно покачал головой, и шагнув к внуку, обнял его за плечи, прижимая к себе. И с горечью проговорил, медленно подняв глаза на друга:
- Мое сердце и без того ежеминутно разрывается от боли за него. Хватит мучать дитя. Видишь же, что не делай, а все одно! Что в лоб, что по лбу!
Игнат на мгновение застыл, с большим интересом взирая на поникшего Даниила. И вдруг лицо его резко прояснилось.
- Точно!-торжествующе выкрикнул он, вскинув правую руку, и прибавил:
- Я знаю, что нужно делать!
Евангелион и Даниил озадаченно взглянули на сияющего в улыбке Игната, и недоуменно переглянулись. Мужчина приблизился к ним, и склонившись над ребенком, осторожно взял его за плечи, со словами:
- Послушай, мальчик мой. Давай не будем ничего вспоминать. Совсем ничего. Просто глубоко вздохни, а потом медленно выдохни. И так- несколько раз. Пока не почувствуешь облегчение. Хорошо?
Даниил шагнул в сторону, с беспокойством наблюдая за ними.
Евангелион растерянно посмотрел на склонившегося над ним Игната, и с нерешительностью в голосе пролепетал:
- А если у меня не получится? Я не хочу снова причинить вам вред.
Игнат с сочувствием посмотрел на ребенка, и досадливо покачал головой. Затем крепче сжал руками плечи мальчика, и твердым, вкрадчивым голосом произнес, донося до Евангелиона каждое слово:
- Ты должен бороться со своими страхами, паникой и злостью. Душить их на корню! Не дай им возможности овладеть твоим сердцем и разумом. И только тогда- ты наконец поймешь, что в этот момент по настоящему дышишь. А тьма внутри тебя- задыхается. Сейчас ты должен использовать любую возможность избавиться от того, что гложет твою душу.
Тихонько шмыгнув носом, и с досадой глядя в лицо мужчины, мальчик подчинился. Но бессилие, овладевшее им, не желало покидать ребенка. Даже выполнив настояние Игната, Евангелион не почувствовал облегчения. На смену бессилию пришло чувство обреченности, стоило лишь прикрыть глаза. Сознание медленно уплыло во тьму, охваченное новой волной паники.
Игнат медленно выровнялся, отступив на шаг. И выжидательно глядя на стоящего перед ним ребенка, глаза которого были закрыты. Даниил подошел к другу, и тоже посмотрел на внука. Его резко охватило щемящее чувство беспокойства, сдавив грудь тугим обручем дурного предчувствия. Медленно шагнув к мальчику, Даниил осторожно обратился к нему, вглядываясь в его лицо:
- Евангелион. Все хорошо?
Но мгновение спустя мужчина оторопело замер, когда до него донеслось негромкое, гортанное рычание. Глаза Евангелиона резко распахнулись.
- Ой ё-ё!- испуганно выпалил Игнат, наблюдая за изменениями в лице мальчика. Вытянув руки в примирительном жесте, мужчина сделал шаг к нему, осторожно промолвив:
- Успокойся, Евангелион. Все хорошо. Никто не причинит тебе вреда.
Бледное лицо мальчика окаменело, глаза налились уже знакомой чернотой. Даниил с ужасом в глазах смотрел на внука, и у него оборвалось дыхание. Евангелион злобно сощурил черные глаза, и гортанным, едва разборчивым голосом прошипел:
- Не подходите!
Побледневший от испуга Игнат вцепился в плечо Даниила и медленно отходя назад, и утягивая за собой друга, дрожащим голосом вымолвил:
- Чтоб тебя...собака покусала...
Даниил рывком вырвался из его захвата, и сорвав с шеи крест пустился к Евангелиону, громко крикнув:
- Евангелион успокойся!
Но стоило мужчине приблизиться, как мальчик резко отскочил в сторону. Не выпуская из виду Игната. Евангелион смотрел на него убийственным взглядом, а когда вскинул в сторону мужчины руку, Игнат взвизгнул, резко отскакивая в сторону. Из светящейся пламенем ладони Евангелиона сорвался небольшой, огненный пульсар и полетел в сторону мужчины. Резко пригнувшись, Игнат вновь взвизгнул, а пульсар, ударившись о землю в паре сантиметров от него, разлетелся огненными искрами. Ослепив Игната, и отбросив ударной волной на добрых несколько метров. Даниил пустился к ребенку, панически выкрикнув:
- Евангелион остановись!!!
Схватив мальчика за руку и притянув к себе, мужчина резко припечатал к его груди крест. Пылающую яростным пламенем грудь Евангелиона снова сковало холодом, а перед глазами все резко потемнело. Упав прямо в объятия настоятеля, мальчик прерывисто задышал.