Страница 17 из 23
– Значит, мы в будущем, – констатировал я, сам не поверив в то, что только что сказал.
Санька метнулся к зашторенному окну, отодвинул занавеску, посмотрел наружу и вернулся к нам.
– Там снег лежит, – с озадаченным видом сообщил он, и добавил, – или за ночь выпал, или... в натуре март.
Мы с Натой бросились к окнам. Жорик промямлил чего-то о том, что Виктор не рекомендовал выглядывать из окон, но его никто не послушал.
– Снег то несвежий, – отметил я, – да и деревья голые, а вчера еще листья были.
Смотрите, вон там, – Ната показала рукою вниз, – прямо напротив. Там сапожник сидел, и вывеска была – «Ремонт обуви». Я ещё вчера утром туда сапоги подбивать носила. А сегодня на этом месте уже витрина стоит, и надпись – «Секонд хэнд»! Не могли же за один день переделать!
– Да отойдите вы уже от окна! – раздражённо сказал Жорик и задёрнул шторы.
– Что делать будем? – спросил он, и все почему-то посмотрели на меня.
– Что делать будем? Будем делать то, что сказал Виктор – смотреть телевизор и ждать, чем всё это закончится. Ничего другого не остаётся, – ответил я.
Мы расселись на диване перед телевизором.
– Да не буду я телевизор смотреть, – сказал Санёк и поднялся с дивана.
– Тебе не интересны новости из будущего? – спросила Ната.
– Мне интересна третья версия, – ответил Санёк и пошёл к компьютеру. Вот железные нервы у человека!
По «Первому» шли новости, ток-шоу, сериалы, всё, как всегда, но, глядя это, мы окончательно убеждались, что сейчас действительно март 2012.
Утро следующего дня. На завтрак бутерброды с колбасой и сыром – и мы послушно идём к телевизору (все кроме Санька, естественно).
С экрана на нас смотрит новая беда, а, вернее, старая. То и дело прокручивают известные, наверное, каждому жителю Земли кадры: огромный «Боинг», как сыр в масло входит в брюхо стеклянного небоскрёба. Приснопамятное 11-е сентября.
– А что они всё время это показывают? – удивилась Ната, – повторяют что-ли? Но почему всё время? Почему все новости сегодня только об этом?
– Смотрите! – Жорка соскочил с дивана и подбежал к телевизору, – вы ничего не видите?
– А что мы должны видеть? – спросили мы с Натой хором.
– Значок, маркирующий канал. Он другой!
– Какой другой? Объясни ты толком.
– Сейчас какой значок на «Первом» канале стоит?
Мы с Натой пожали плечами. Мы не знаем. Мы редко смотрим телевизор, тем более «Первый» канал.
– Сейчас на «Первом» стоит просто белая единичка, олухи! А здесь вы что видите?
В углу экрана был значок с надписью «ОРТ».
– «ОРТ»! Вы знаете, что этот канал уже сто лет так не называется?
Мы снова пожали плечами, и я спросил:
– И что ты этим хочешь сказать, что мы теперь в прошлом, да? В этом…, в каком там году была эта атака?
– В 2001-м, неуч.
– Так, философ, значит, ты хочешь сказать, что сейчас 11-е или 12-е сентября 2001-го?
– Я ничего не хочу сказать, – отмахнулся Жорик, и мы трое, как по команде, схватились за свои телефоны, чтобы посмотреть сегодняшнее число. У всех там значилось 12.09.2001…
– А у меня там хрень какая-то... – это Санька, который уже давно стоял за нашей спиной.
– Чего там ещё у тебя? – спрашиваю я.
– «Уродов» моих нет.
– Как нет?
– Да не могу сайт найти, с которого я играю. И вообще такой игры нет!
– Так чего ж ты хотел? – спросил Жорка с издёвкой, – в 2001-м, твоих «Уродов» ещё и в проекте не было!
Санька снова бросился к окну, мы за ним. Вчерашнего снега не было и в помине, даже листья на деревьях ещё зелёные. Действительно похоже на сентябрь. Да и вообще всё было каким-то другим.
– Ой! Кафе «Мороженное»! – воскликнула Ната. Меня папа всё время туда водил с тех пор, когда я ещё, наверное, в первом классе училась. Но его уже давным давно нет. Потом там Интернет-клуб был, а сейчас парикмахерская…
Всё ясно, – констатировал Жорка, и снова деловито задраил шторы. Итак, мы в прошлом. Сказать, что это невероятно – значит, не сказать ничего, но, похоже, если так пойдёт и дальше, мы полностью разучимся удивляться.
Весь день передавали только новости из потрясённой ударом Америки. Других передач на канале не было.
Третье утро нашего заточения. Завтракаем молча. У каждого в голове один и тот же вопрос: «Где же мы окажемся сегодня?»
Перебрались в зал. Сидим перед тёмным экраном домашнего кинотеатра. Включать страшно. Я беру пульт в руки и спрашиваю:
– Ну, у кого рука лёгкая?
– У тебя, Тоха, – отвечает Санёк, и я нажимаю кнопку.
Идёт выпуск утренних новостей. Вроде бы пока всё в порядке. И значок на экране тот, что надо – белая единичка в правом верхнем углу. Может быть, мы вернулись в своё время?
И тут дикторша объявляет: «С сегодняшнего дня, 12-го октября 2015-го авиасообщение между Россией и Украиной полностью прервано».
Мы не верим своим ушам. Во-первых, мы что, снова в будущем, и ещё более далеком, аж в 2015-м году? А во-вторых, почему прервано? Что случилось? Они, что с ума сошли в своём 2015-м?
Продолжая слушать новости, пытаемся сложить какую-то картину. Узнаём, что по поводу Украины проводятся какие-то переговоры, между Россией и Западом, что в Донецкой и Луганской областях производится какой-то отвод каких-то вооружений. Понять что-то из этого для нас сложно.