Страница 59 из 199
Разумеется, не узнать его Реннет не мог. Этого типа со шрамами на лице, служившего под командованием Ворона, он видел лишь один раз в жизни, однако очень хорошо запомнил. Да и можно ли забыть такое? Но сейчас, равнодушно оглядев его с головы до ног, лишь коротко бросил:
— Ты должен радоваться, что после того как мой клинок вспорол тебе грудь, можешь стоять здесь. Возможно, Искра сумела тебя подобрать и спасти, но сути дела это не меняет. Я не собираюсь торговаться с вами.
Проигнорировав их дальнейшие возражения, Реннет подошел к Кассандре. Женщина слегка напряглась, но предпринимать что-либо не стала, просто оставшись на месте.
— Могла бы уже уйти, - сказал он совершенно неожиданно.
Чародейка отреагировала с большим опозданием. Недоумение, появившееся на ее лице и последовавшее за ним короткое «Что?» заставило замолчать присутствующих.
Ренегат устало вздохнул.
— Не заставляй повторяться. Ты спасала всех нас не один раз, а свою жизнь я привык высоко оценивать. Можешь уходить. На желание и цели Искры мне плевать, а лично на тебя – нет.
— То есть, просто отпускаешь? – поинтересовалась женщина, чтобы окончательно убедиться.
Он кивнул, не раздумывая и мгновения. Под непонимающие взгляды Гончих и охотников, Кассандра двинулась с места, направляясь к членам Искры. Последние, надо заметить, были удивлены не в меньшей степени.
Надо признать, не все обрадовались такому неожиданному повороту. Ладан скрипнул зубами, то ли от гнева, то ли от досады. По выражению лица нельзя было сказать, обрадовал его поступок юноши или огорчил. Были те, кто почувствовал облегчение, как и те, в чьих взглядах горело осуждение. Хотя большинство еще не успело все осознать и могло лишь наблюдать за стремительно разворачивающимися событиями.
— Погоди, - вдруг тихо произнес Реннет, когда Кассандра поравнялась с ним.
Остановившись, чародейка вздернула бровь.
— Сама понимаешь, что тебе будет уготовано, если пожелаешь остаться в рядах Гончих. Презрительные взгляды, осуждение, а может даже и неприязнь. Тебя будут воспринимать как предательницу, хоть и не люблю я такое определение.
— К чему ты сейчас мне это говоришь? – непонимающе уставилась та на него.
— Ты нужна мне, потому прошу остаться!
— …? – удивлению присутствующих не было предела. Мало того, что ренегат попросил шпиона и дальше оставаться в отряде, еще и сделал это самым двусмысленным образом. Обычно хладнокровная Катарина дернулась от неожиданности.
— Сказал «мне»? – спросила Кассандра. — Как прикажешь понимать твои слова?
На сей раз пауза длилась много дольше. Юноша выглядел так, словно тщательно подбирал слова.
— Я никогда не отвечаю за других, и ничью ответственность на себя не беру. Не могу обещать, что теперь среди Гончих тебе придется легко. Не знаю, хочет ли этого Катарина, хочет ли Валент, Лангиниус и Оуэр. Я лично от себя самого прошу тебя остаться. А говоря, что ты мне нужна, я имею в виду твою силу. От твоего выбора может зависеть в том числе моя жизнь, к которой я сильно привязался после смерти.
— Последнее добавлять не стоило, звучит довольно жалко, - усмехнулась светловолосая чародейка.
— Я стараюсь быть максимально искренним, - пожал плечами ренегат. Он не считал себя преданным ею, потому что между ними никогда не существовало доверия.
«Если подумать, он всегда изъясняется честно и не скрывает своего отношения к членам отряда. Не пытается выглядеть плохим и хорошим в чужих глазах, не ссылается на честь и гордость. Прямо скажем, лидер из него паршивый, - размышляла про себя та. — Зато не считает меня или кого-то другого обязанным себе, что само по себе не заставит его в нас разочароваться. Дурная комбинация качеств в нем сошлась. И все же...»