Повелитель Запретной Магии

— Как это? Почему мы? – послышалось сразу с нескольких сторон.

Юноша ничего не ответил, а вместо этого попросил Катарину, чтобы она заставила лежащего мужчину прийти в себя. Как только все было сделано, он лично подошел к нему и рывком поднял на ноги.

— Стой на месте или живо поджарю огненным шаром! – яростно сверкая глазами шепнул он ему.

— Что здесь происходит? Кто вы такие? – заозирался тот по сторонам, встревоженный не на шутку. А ренегат тем временем связал ему руки за спиной.

— Ну что? Готовы вы судить этого типа? – задал вопрос толпе Реннет.

— Судить? Они? – заорал в бешенстве мужчина и сразу все понял, стоило ему взглядом пересечься с Элен. — Сестрица! Это ведь твоих рук дело, отвечай?! Пошла против кровного брата, сучка!

Он снова вцепился красными от злости глазами в прислугу, явно собираясь что-то еще сказать, но, прямо в этот момент, стоящий позади Реннет вытащил из ножен меч, присел на одно колено, и рубанул им слева на право.

Тот меч был выкован из низкосортного железа и потому зазубрился в первом же бою. Даже точильный камень и заклинание укрепления не помогли исправить ситуацию. Но если попасть точно в нужное место, то разрубить им человеческую конечность возможно, что на деле и произошло.

Ренегат одним ударом, вложив в него всю свою силу, отрубил мужчине ногу. Он повалился на землю, сходясь жутким, полным боли и злобы криком.

— Желающие помочь ему, могут выйти и попытаться это сделать! Мы препятствовать не будем! – сказал в довершение юноша, с трудом перекрикивая раненного, и отошел назад.

Люди ошарашенно наблюдали за тем, как их бывший господин орет, заливая серый камень кровью и судорожно пытаясь освободить руки. Как предполагал Реннет, шок сковал большинство присутствующих настолько сильно, что никто даже с места не сдвинулся, чтобы помочь. А более привыкшие к виду крови солдаты дергались между желанием оставить все как есть или сжалиться над умирающим, в итоге так ничего не решив вплоть до самой последней минуты.

Сам юноша с безразличным видом наблюдал за происходящим, прекрасно понимая, что у них оставалась всего пара минут до момента, когда дальнейшая потеря крови неизбежно приведет к смерти. И они не воспользовались ими, что говорило лишь об одном – жизнь этого человека для них значила не больше чем жизнь пойманной лисой мыши.

— Так вот как ты собирался их наказать, - вздохнула рядом Катарина.

По сути, как это было с Элен и магом, наказание получили все присутствующие во дворе обитатели замка. Хозяин познал безразличие и умер, не дождавшись помощи от прислуги, а те, в свою очередь, стали соучастниками преступления. Они имели возможность спасти человека, но ничего не сделали. Реннет громко объявил об этом им, чтобы все в полной мере осознали свою вину. По сути, выходило так, что сам юноша был лишь тем, кто ранил его, а остальные превратились в убийц.

— Слышала, тебе самому пришлось пройти через всеобщее предательство, - заговорила вдруг мистик, словно пытаясь понять, что сейчас чувствует он.

Но Реннет оставался спокоен.

— С одним исключением. Ничего плохого я тогда своим соклановцам не делал. Хотя это уже не так важно, ведь они считали по-другому.

— …И кто-то все же решил, что ты должен жить, - продолжала она.

— Да.

— Ты ненавидишь остальных за случившееся?

— Нет, но как бы я не старался внушить себе, что их поступок мне безразличен, в глубине души понимал, что пытаюсь врать. Мне было больно, и это неприятное чувство живет по сей день, как напоминание.

Больше Катарина спрашивать не стала. Маги постепенно собрались вместе, отпустив прислугу и стражников на все четыре стороны. Реннет подошел к Элен и ее сестре, с целью получить ранее обговоренную оплату золотом. Мистик слишком поздно поняла, что он имел в виду действительно «всех», говоря о наказании.

— Позвольте задать вопрос, - обратился ренегат к матери Роуз. — Вы знали, что вашей дочери приходится нелегко, но продолжали настаивать на том, чтобы остаться в замке, так?

Та подняла заплаканные глаза.

— Я… я не могла прокормить нас обоих. Ее отец дал нам крышу над головой… мне жаль, что ей приходилось такое терпеть… ради меня она…

Слова женщины застыли в воздухе, так как в следующее мгновение холодный зазубренный клинок вошел в ее тело. Потускневшие и опухшие от слез глаза широко распахнулись, а вместо крика с губ сорвался лишь хрип и бульканье. Мистик, охотники и еще не успевшая уйти со двора прислуга наблюдали, как вонзив в сердце женщины меч, Реннет выпустил рукоять и сделал шаг назад, продолжая холодно смотреть, как жизнь уходит из нее. Элен и Роуз запоздало бросились к ней, чтобы подхватить безвольное тело на руки.