Страница 60 из 122
Как правильно искать грабителей
С другой стороны площади послышалось завывание сирены и отрывистый, немузыкальный звук колокола. Мобиль охраны и полицейский вездеход остановились перед банком с визгом шин по граниту. Группа захвата, облачённая в блестящие вороненые кирасы с наплечниками и каски-рокантоны, что делало бойцов похожими на гигантских жуков-бронзовок - мгновенно рассыпалась за естественными укрытиями. Полицейские, не имеющие брони, остались в своём мобиле, надеясь на его противопульную защиту. Они приоткрыли окно, выставили раструб рупора и проревели в сторону выломанного дверного прохода:
- Вы окружены! Предлагаю сдаться! Кто согласен, пусть выходит с поднятыми руками.
- Они умчались! - Пышнотелая кассирша первой подбежала к выходу и заголосила, указывая, куда скрылся мобиль грабителей. - Догоняйте!
Её фигура имела столь могучие габариты, что захудалый мужичок вполне мог бы прятаться за ней. Возможно, потому ни полицейские, ни группа захвата не поверили:
- Спуститесь и подойдите к нам, – грозно прозвучал приказ.
Украденный сейф так размолотил ступеньки, что спускаться по руинам было опасно для здоровья женщины. Она и не стала, ведь столько страху накопила в себе, пока к носу приставляли пистолет, укладывали на пол, раздвигали ноги, избивали заведующего! Держать в себе пережитое ей оказалось невозможным, а облегчение при виде полиции так сильно подействовало, что былой страх выплеснулся визгливой истерикой:
- Ты мне поприказывай! Вы бы ещё позже приехали!
Крик возбудил и остальных пострадавших. Кто из мирных граждан всерьёз боится родной полиции? Хулиганы и дебоширы, разве что, но законопослушные обыватели церемоний не разводят, если считают себя обиженными. Сбившись в стаю, банковские служащие принялись ругать полицию и рыдать от счастья, всё одновременно. При этом они показывали, куда укатили и улетели грабители, горя жаждой отмщения: "Догоните, убейте, приведите злодеев нам на расправу!"
Полицейские и охранники сообразили – опасаться нечего и некого. Они оттащили искорёженные двери в сторону, поднялись по разбитым ступеням, разделяя крикуний и разводя в разные стороны, чтобы понять, о чём те так разноголосо вопят. И вдруг все смолкли. На разгромленный зал пала абсолютная тишина, нарушаемая лишь негромким постукиванием двигателя полицейского мобиля.
Пожилой мужчина, тот самый клиент банка, который оттаскивал раненого усача с пути сейфа, вышел на середину операционного зала. Перепачканный в крови, он выглядел пострадавшим. Полицейские и бойцы группы захвата кинулись было помочь, поддержать, перевязать его. Старик сделал отстраняющий жест и попытался что-то сказать. Пересохшее горло подвело, выдав невразумительный, хриплый шёпот. Он сглотнул, показал рукой в угол, где лежал заведующий. Взгляды всех, кто находился в банке, скрестились на неподвижном теле.
- Похоже, умер, - всё так же хрипло, но достаточно громко, сказал старик. - Кровь перестала течь.
Снова прижав ко рту кулачки, кассирша завыла, низко, как голосят по близкому, по родне …
**
Дознаватель смежил веки, помассировал их, отчего в глазах возникли круги и пятна, выдавились слёзы, зато "песка в глазах" стало меньше. Тяжело вздохнув, усталый полицейский встал со стула, резко развёл руки в стороны, сцепил перед собой, старательно напрягая мышцы. Врачи не врали – действительно, после немудрёной гимнастики спине стало легче, особенно, когда что-то сладко хрустнуло между лопаток на особенно сильном рывке. Размявшись, дознаватель опустился на стул, передвинул линейку на следующую строку показаний:
"... химический запах сгоревшей взрывчатки. Из-за него у меня начался кашель с одышкой, который прекратился, когда четвертый бандит открыл двери, чтобы затащить туда канаты. Воздух шёл понизу, прямо по полу, а я лежал близко к двери, потому и отдышался. Рассмотреть лица бандитов я не мог, они были в масках. Поясняю, что лежал на полу лицом вниз, как все. Единственное, что удалось рассмотреть, это обувь нападавших. Которые вошли первыми, были в сапогах. У рядовых – яловые, испачканные засохшей грязью серо-коричневого цвета. У главного, который командовал – хромовые, начищенные ваксой. А бандит, который взрывал, был в чистых ботинках высотой примерно до середины голени, со шнуровкой. Такие сейчас носят многие, даже рабочие…"
Усталый полицейский стучал по клавишам пишущей машинки, заканчивая рапорт. У него не оставалось сомнений: взрывник и главарь жили неподалёку от ограбленного банка, потому что сохранить обувь в чистоте, да после недавнего ливня - можно только в центре города, на мостовых и асфальтовых покрытиях. А два рядовых бандита, скорее всего, из предместья, или незадолго до налёта были там. Засохшая грязь с их сапог, когда её исследуют криминалисты, даст более точный ответ – в каком районе топтались преступники, которые так изощрённо ограбили банк?
Приметы рыжего описали многие, а вот родинку на подбородке главаря заметил только раненый усач, заведующий филиалом. Он вовсе не умер, просто кровь из поверхностной раны быстро свернулась и перестала течь. Но сотрясение мозга отважный мужчина, конечно, получил. Врачи решили подержать его в палате хотя бы неделю, понаблюдать за состоянием.
- Верить ли его показаниям? Может, почудилась та родинка? Ломом по голове получишь, и не такое примерещится, - подумал дознаватель, перенося в донесение сомнительное свидетельство. – А, ладно, пусть будет! Все равно не мне дело продолжать…