Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 26 из 65

Потом мысли скользнули опять на грустное. Добыча меда была чрезвычайно опасным делом еще и по тому, что в отличие от пчел обычных от этих монстров не помогали защитные приспособления. Защищая свое добро от посягательства эти милые насекомые, подобно земным термитам, могли прогрызть что угодно от титановых сеток и нержавеющей стали, до специальных синтетиков, используемых в космических скафандрах – причем довольно быстро, потому как действовали дружно. Единственным вариантом гарантирующим успех был просто расчет на случай – бывало что дерево в котором гнездились пчелы не выдерживало их хозяйственного напора, а они довольно часто «расширяли» свою жилплощадь для хранения новых запасов меда, выгрызая ствол изнутри. Так вот если дерево падало, и при этом гибла матка, то можно было попробовать получить мед, если удастся при этом опередить всех окрестных сладкоежек.

Занятие этим ремеслом было очень утомительным, надо ежедневно проходить не менее сорока-шестидесяти километров. Пчела ведь летит в поисках цветов на десять километров и ближе этого радиуса гнезда не встречаются. А перед этим – гнезда еще надо найти, что совсем не простое и весьма опасное занятие.

И все эти пробежки зачастую просто для того чтобы собрать «остатки пиршества» от успевших ранее. Даже если удача улыбнулась и ветер или время сломали именно нужное дерево. Другие варианты были куда как менее надежны и в плане получения меда, и в части перспективы уцелеть при попытке его добыть. И теперь предстоит найти именно надежный способ, хотя… почему найти? Медом ее помнится уже угощали, значит этим лукавым мордочкам он наверняка известен. Думай башка, картуз куплю!

Что там еще известно про поведение пчел – это коллективные насекомые, объединены в рой. Черные из них самые крупные, но и с самыми немногочисленными семьями. Управляет роем матка, у черных она очень хорошо летает потому, как ей часто приходится менять место жительства. Все пчелы инстинктивно защищают гнездо, не жалея на правое дело своей жизни. Нет, тут ошибка, пчелы защищают не гнездо, а матку, которая находится там.

Вот и ответ: надо убедить матку вылететь, в этом случае гнездо останется на краткий миг без защиты. Потом, когда пчелы построят новое гнездо часть «солдат», вернется, чтобы охранять старые запасы, но время обчистить кладовую пчел у наших сладкоежек будет.

Что может заставить пчел покинуть жилище известно – это пожар, единственный противник против которого бесполезны смертоносные жала. Этим и пользуются пасечники на Земле, окуривая ульи дымом чтоб «успокоить» насекомых.

Инга с сомнением оглядела своих спутников – как они отнесутся к идее развести костер и устроить тут дымовую завесу? Тем более что у нее сильные сомнения, что никто из бортников этот широко известный способ не пробовал. Скорее всего, черные пчелы и в этом «неправильные» или просто сильно недоверчивые и покидают гнездо только при наличии реальной опасности. Устраивать здесь настоящий лесной пожар как-то не с руки, да и меда в этом случае все равно не достанется.

Как же еще убедить пчелиную королеву? Инга посмотрела на замерших в позах маленьких будд, терпеливо дожидающихся ее действий знакомцев и второй раз в жизни попробовала убедить. В ее воображении поднялось огромное, но не удушливое облако дыма и окружило дерево с дуплом и пчелами. В тот же миг ей показалось, что предупреждающее пчелиное гудение, которое слышалось, будто не столько ушами, сколько раздавалось в голове, неуловимо поменяло свой тон – пчелиная царица собиралась в путешествие.

Обрадовавшись тому что у нее получилось Инга не смогла сдержаться и просто излила эту радость в окружающий мир, послав заодно извинение и как бы сказав: «Простите за беспокойство, мы просто возьмем немного меда и потом можно будет вернуться» и неожиданно получила ответ. Будто кто-то невообразимо чуждый обратил на нее свой взор и излучив недоумение, вроде как сказав: «И из-за такой ерунды надо было устраивать переполох?» после чего просто отвернулся, престав обращать на нее внимание.

Что там услышали или почувствовали Кисуня и Бой осталось неизвестно, но они мгновенно вышли из своей медитации и рыже-коричневой молнией взлетели вверх по стволу. Первым успел, сунуть лапу в дупло Бой, за что и получил увесистый подзатыльник, на который совершенно не обратил внимания. У него было занятие по важнее – вытащить назад перепачканную в меде лапу с зажатым куском сот, сдуть с нее ползающих пчел и, слизнув стекающие капли, притащить свой трофей Инге.

Тут встал вопрос, а куда девать это богатство, но крынка из-под молока пришлась как раз кстати. Меда правда оказалось все равно больше, и Кисуня мигом надрала мочала и сплела туесок, а потом еще два – потому как они понадобились под странную черную массу, которую мохнатики нагребли с самого дна ограбленного пчелиного дома.

Когда разбойники, закончив эту вакханалию традиционным умыванием, причем Ингу после вкуснятины умывали вдвоем, уходили от гнезда, то в гудении наводивших порядок пчел слышалась почему-то не обида, а облегчение. Непонятно почему, но казалась, что пчелиная матка по-своему радовалась, что в доме опять стало просторно и теперь не надо будет никуда переезжать.

***

Ночевали в гнезде на дереве. Инга перед тем, разумеется, как положено взрослому и ответственному человеку отбила домой телеграмму что, дескать, - «все в порядке, место для ночлега удобное и надежное, добыча хорошая». Хотела еще добавить, что «соседи тихие», но решила, во-первых, не врать, а во-вторых, не грузить родственников излишними подробностями. Будем надеяться, что этого достаточно для того чтоб не сильно за нее волновались.