Черная Роза

Поэтому, наверное, когда тетя Люся утром будила Розу, той показалось, что это несправедливо рано. Но надо было сделать уколы Светлане, приготовить что-нибудь на завтрак и покормить её перед уходом. А уходить надо было поскорей, потому что хлопот невпроворот.

- Я тут поставила кипятить шприцы, пока ты  будешь умываться, - объяснила тётя Люся. - Мне их вчера ещё  одолжила медсестра по-соседски, потому что на одноразовые у нас денег не запланировано. Да и вообще, пожалуй, придется в лес идти за грибами, потому что еды маловато для такого семейства и нас всех один Димка не прокормит.

- Прокормить-то прокормлю, - вставил появившийся в дверях кухни Димка, - да только ты, мам, здорово придумала с походом в лес. Темнеет сейчас поздно, мы успеем, хотя бы на суп набрать грибочков, я там одно местечко знаю. Заветное, никому его не показывал. Ты ведь с нами пойдешь в лес вечерком, Розалинда?

- Не знаю, а это далеко?

- Не очень. Было бы время, я бы тебе показал, но опаздывать не могу. Покажу вечером. Всё покажу: и лес, и грибы, а может, и землянику найдем. В любом случае букет из колокольчиков я для тебя соберу.

- Я ромашки люблю.

- Уж что-что, а ромашки у нас а-а-гром-мные, ты таких никогда и не видела.

- Что ты девчонку пугаешь? Она решит, что у нас тут из-за радиации растут огромные ромашки и необыкновенные колокольчики.

- Нет-нет! Точно такие же ромашки росли в этих местах и до татаро-монгольского нашествия - и до него, и после. Обещаю тебе рассказать, как в здешних краях жили в старину. Хочешь?

- Конечно.

- Ну, тогда пока! – пообещал Димка и убежал на работу.

- Ну, балабол! – воскликнула его мать, а Роза спросила:

- А откуда он знает историю этих мест? Да ещё и такую далёкую от нашего времени?

- Так это же его родина, он интересуется, изучает, книги разных историков читает. Другие в Москву ездят, чтобы что-то купить, а мой – чтобы в библиотеке посидеть, с историческими фактами познакомиться.

- Прикольно! Так, может, ему не на строителя надо было учиться, а на историка?

- И что? Чтобы в школе учителем стать, да по учебникам Сороса наших детей учить? Ты думаешь, зря американцы деньги тратили на эти учебники? Разве мой Димка согласится нашу молодежь превращать в безграмотных американцев, многие из которых даже не знают, что Вашингтон – столица их родной страны! Но я не вмешиваюсь в его решения, только помогаю, чем могу. Захочет – пусть будет строителем, захочет – пусть учится на историка. Тут ещё и материальная составляющая, как он говорит, имеет значение. А пока он работает на стекольном заводе, а нам с тобой надо кормить Светлану, делать ей уколы и идти хлопотать за Михаила.

- Вы пойдёте со мной?

- А как же? Ты ещё наивный подросток, по сути, в тех вопросах, которые предстоит решать. Я, взрослая женщина, и то не справилась бы в одиночку. Хорошо, что есть Алекс, она, надеюсь, подскажет что-нибудь дельное.

- Спасибо вам огромное! Мне так перед вами неудобно, мы свалились вам на голову с нашими проблемами, простите нас всех. Вот ещё и еда кончилась... Вы бы смогли сейчас уже на работу устроиться и жить себе спокойно, а тут даже из дома не уйдешь, чужие люди на постое. Ещё со Светланой всё это случилось…

- Заканчивай причитать, пойдем сейчас к ней, - твёрдо сказала Людмила Захаровна, успев установить на поднос и тарелку с дымящейся овсяной кашей, и кружку чая, и всё, что было необходимо для уколов. - Шприцы я слила, а ты вон из того шкафчика возьми йод и вату. Медсестра сказала, что надо место укола каждый раз смазывать йодом, чтобы оно не воспалилось. Интересно, она не будет возражать против овсянки с сахаром? Сливочного масла нет, к сожалению.

Роза в момент произнесения последних фраз успела открыть перед тётей Люсей дверь в спальню, поэтому на них ответила сама Светлана:

- Она не будет возражать, а поест с удовольствием.

Тонкие, слегка вьющиеся волосы Светланы не были собраны и в беспорядке рассыпались по подушке, одеяло она откинула, словно намереваясь встать, но ноги так и лежали вдоль кровати всё такие же, как вчера, безвольные, и всё такие же, неподвижные.

- Вот-вот, сегодня ты уже и шутишь, Георгиевна! Получше тебе? Ноги болят?

- Доброе утро, Светлана Георгиевна, как вы себя чувствуете?

- Доброе, доброе. Что это вы почти хором разговариваете? А говорите, что не родственники.

- Да, что ж, разве ваши родственники хором разговаривают? – ехидно спросила тётя Люся.

- Бывает и хором, а бывает и стихами, - в тон ей ответила Светлана. – от моих родственников можно ждать чего угодно. Вон Танька моя, невестка ненаглядная, сбросила меня на чужих людей, а сама и в ус не дует. А ведь я ей свою сумку оставила, а там и одежда моя, и деньги.

- Не переживайте, Светлана Георгиевна, мы сейчас вам уколы сделаем и пойдем в гостиницу к Татьяне, - успокоила женщину Роза. – Вы-то сами, как себя чувствуете? Ноги не перестали болеть?

- Мне хвастаться нечем пока. Попыталась я было встать, но не могу, хотя ноги стали болеть чуть меньше. Не слушаются, заразы. Значит, уколы? А, может, не надо?