Страница 16 из 33
Спину начало жечь, и это меч давал о себе знать, он будто говорил, что пора им воспользоваться, но убив Фенцио, я никак бы не решила такую глобальную проблему, ведь есть ещё последователи Мальбонте. Поэтому решение возникло спонтанно.
Я дочь единственного и неповторимого Серафима, если меня не станет, то и ритуал не удастся закончить…
«Если уж гореть до пепла, то ради всего человечества.»
Секунда и мне удалось вытащить меч, который призывал к действию, мои оковы как по волшебству спали, и лишь глаза Люцифера застывшие в страхе от того что он увидел. И я одними губами: Люблю тебя, прости.
Мощным движением вонзила со всей своей силы, которая у меня удвоилась, меч себе в самое сердце!
Слезы! Страх! Боль!
— Я победила, мы победили! — Последние слова сорвались с моих губ.
Темнота.
====== Новый король ======
Комментарий к Новый король Эстетика https://vk.com/photo-194439725_457239780
Где это видано, чтоб от любви страдали?
Курили? Употребляли алкоголь?
Любовь — это когда вы в облаках летали,
а не когда вы ощущали боль…
© Вероника Ангел
Ребекка Уокер
Боль по всему телу сковывала мои движения и туманность сознания не вносила ясности во всё происходящее. Во рту чувствовался металлический привкус крови, и ещё чего-то, похоже земли. Голова гудела будто бы к ней не раз приложились, хотя вполне возможно, так оно и было. Последние фрагменты, которые оставили отпечаток в памяти: горящее дерево, обезумевший Фенцио, израненный демон и Вики — моя дочь. Ах, ещё мальчик из башни, вернее так его называли, а он был вполне себе крепким парнем высокого роста. Он бессознательно висел прижатый к дереву. Так же как и Вики с её Люцифером.
Её? Почему то в голове выглядело именно так. Дочь наплевала на моё послание об осторожности и о чарах ангелов и демонов… Она поддалась эмоциям, как обычный человек. А ведь мне так хотелось чтобы она выпила этот порошок забвения, он бы изменил восприятие происходящего в разуме. Заставил бы смотреть на вещи более холоднокровно. Так бы она конечно стала совсем другой, та Вики осталась бы на Земле в прекрасных воспоминаниях папы. А тут же я бы могла ей помочь достичь такой власти и таких высот, о которых никогда и мечтать не могла. Но… Вышло, то что вышло.
И как бы я не хотела того чтобы Вики превратилась в меня: каменную и отстраненную, в глубине своей одинокой души этого не желала, потому что любая мать не хотела бы чтобы её ребёнок был несчастен. Скрепя сердце даже была уже готова принять её ненавистный для меня выбор, лишь бы Вики была жива и лишь бы Фенцио не вздумал её убрать…
Регенерация не спеша начала восстанавливать мои силы, а кровь заполнять вены. С большим трудом раскрыв веки увидела, то что заставило моё холодное сердце оттаять, но не от радости, а от боли. Её я почувствовала настолько остро, будто вся защита, которую я себе ставила, пала. Я увидела мою девочку, мою храбрую Вики с мечом в сердце… Она пожертвовала собой ради всех, даже тех кто этого не заслуживал… В этот миг, казалось что всё было в моей бессмертной жизни зря. Все эти статусы, вся эта борьба за власть… Это так было не важно, когда в итоге твой ребёнок без этих статусов и великой силы поступила так смело… Выбрала спасение других нежели собственное бессмертие.
Люцифер
Бездонные голубые глаза и в них застывший страх вперемешку с решительностью. И слова, те которые согревали и одновременно делали больно…
«Люблю тебя, прости…»
Пока все кругом кому-то что-то доказывали в том числе и я сам. Пока царила ненависть и жажда мести, эта смелая девушка — непризнанная, моя Вики, так самоотверженно отдала себя в лапы погибели. Она убила себя и не позволила Фенцио осуществить задуманное…
В этот миг будто часть меня навсегда, вместе с ней ушла в небытиё… Моя Вики, моя первая и последняя ЛЮБОВЬ…
Держу в руках её похолодевшее почти синее тело, не чувствую биение сердца, не ощущаю в ней жизни… Беру в ладони её безвольную руку, крепко сжимаю будто хочу чтобы на мой жест поступил ответ, но рука холодна и неподвижна… Вытаскиваю ненавистный меч из её груди. Бесполезно.
Она умерла, теперь навсегда…
Хотелось разрушить весь этот проклятый и беспощадный мир, который поглотил тот лучик света в лице Виктории. Этот поганый ад и рай; где чувства не имели значения; где ангел мог убить, а демон проявить милосердие. Виктория — это победа, и ценой собственного бессмертия моя Вики доказала, что не важно какой у тебя статус и какая в тебе кроется сила, важно то, что у тебя внутри и что ты готов отдать ради ближнего!
Она отдала… И я её уважаю как личность, потому что смелее её не видел никого и никогда, и ненавижу Вики и себя, за то что так много упущенно и так мало прожито вместе…
Целую в лоб. Нежно, приглаживаю волосы, как всегда привык, замираю любуясь ей. Будто запоминаю каждую черту её прекрасного лица, не хочу забыть и не позволю себе это сделать. Провожу рукой по побледневшей коже, прислоняюсь лбом. Холод, чувствую лишь его, нет того привычного пожара между нами который всегда был. И сердце будто замерзает вместе с её безжизненным телом.
Аккуратно опускаю на землю обмякшее тело из своих рук. Вижу глаза полные ужаса и сожаления Ребекки, которая как оказалось живее всех живых. Чувствую её скорбь, впервые маска безразличия слетела и она не пыталась сдерживать своих слез… Но слишком поздно в ней проснулась мать…
«Чёрт! Чёрт! Чёрт!», — ругаюсь в голове, не могу поверить и принять действительность…
Перевожу взгляд на разочарованного и напуганного Фенцио, о, мне как раз и был нужен этот монстр!
Он должен ответить! Эта тварь подохнет в адских мучениях, но не сразу… Теперь его наказание было смыслом существования…
Фенцио упал на колени и схватился за свою голову.
— Нет, нет, нет, — кричал он словно обезумевший. — Эта идиотка всё испортила! — Захлёбывался в своей ненависти и растерянности…
Я подошёл к нему, взял за волосы и резко ударил коленом в нос. Отбросил от себя. Пока он оттирал сочившуюся кровь, я вновь оказался перед ним. Удары, которые наносил этому куску дерьма были неконтролируемые, мне просто хотелось выместить их на ком-то, а он прямой виновник, хотя бы за то, что убил её на земле.
Никогда не бил лежачих, это было не в моём характере, но было плевать на свою репутацию и на всё что будет после.
Ведь она умерла и мне не для кого становиться лучше… Буду тем кого лепил из меня отец — чудовищем.
— Вставай, — кричу я на учителя, — Не могу так, когда не дают отпор… — Рычу словно разъяренный зверь, и не могу остановиться в своём гневе.
Готов был разорвать каждого на мелкие куски; готов пустить на самые ужасные круги ада; готов сам их пройти лишь бы заглушить ту боль, которая рвалась из грудной клетки, которая мучала, не давая вздохнуть.
— Уокер как всегда всех перехитрили. Даже стерва Ребекка на такое бы не пошла, — Он перевёл взгляд на Серафима, — но решилась её сумасшедшая дочь! — Кричит Фенцио сплевывая кровь. — Эти суки сломали мою жизнь дважды… Но я найду выход, обязательно, — не поднимаясь, злорадно понизив голос.
— Найдёшь, а вернее не найдёшь, тебя ожидает вечность в пыточной, и твой вечный мучитель — Люцифер!
— Думаешь боюсь?! — Он усмехнулся, — Не я один работал с Мальбонте…
— Я найду каждого и буду сдирать шкуру с их тела настолько медленно, чтобы они захлебываясь кровью молили о пощаде. Но её не будет… И каждый день и всё по кругу! — Шипя, и прожигая алым взглядом, говорю я Фенцио.
Услышал рыдание, которые на миг отрезвили от своих садистских помыслов. Сердце сжалось и я не знал как мне быть и что делать. Ведь чтобы я не делал, как бы я не избивал Фенцио это мне не могло вернуть её. Но ненависть — это всё что у меня осталось…
Ребекка Уокер дама с восковым лицом и с вечной надменной ухмылкой, сидела лицом уткнувшись в мёртвое тело единственной дочери и громко рыдала. Увидел в этой женщине настоящие живые эмоции, понял, что ей не было всё равно… Её рыдания сводили с ума, в пору самому было разрыдаться, но не мог, не то место и слабость, я её ненавидел в людях, но сейчас понимал…