Страница 91 из 112
- Если только сначала не попадут в нее, - проворчал Рамирес и грохнул кулаком по столу. - Господи, я знаю, какая у нее превосходная реакция. По этой части она всяко не уступает мне, а я значительно лучше большинства уроженцев Мантикоры. Но чтобы понять, насколько быстр Саммерваль, нужно его увидеть. К тому же дуэльное поле для него - родной дом.
Полковник покачал головой, злясь на себя за то, что усомнился в капитане, но не имел сил совладать с собственными сомнениями.
- Я не знаю, майор, - пробормотал он. - Просто не знаю...
Теперь, отвернувшись от Лафолле и глядя в окно, он молился о том, чтобы уверенность майора оказалась оправданной.
Автомобиль замедлил ход и, проехав сквозь проем в увитой плющом каменной стене, остановился на посыпанной хрустящим гравием дорожке. Хонор открыла глаза. Висевшее над восточным горизонтом солнце светилось уже не кровью, а светлым золотом, и изумрудный ковер коротко стриженной земной травы сверкал в его лучах бриллиантовыми блестками росы.
Выйдя следом за Лафолле из машины, она вдохнула аромат трав. Широкоплечий мужчина с каштановой шевелюрой, облаченный в простой серый мундир городской полиции Лэндинга с черной нарукавной повязкой, вооруженный тяжелым импульсным ружьем армейского образца, приветствовал ее поклоном.
- Доброе утро, леди Харрингтон. Я лейтенант Кастеллано, департамент полиции города Лэндинг. Сегодня мне поручено быть Распорядителем Поля.
- Доброе утро, лейтенант, - сказала Хонор с ответным поклоном.
В глазах полицейского промелькнуло нечто вроде смущения, а когда она вопросительно подняла бровь, он указал рукой на сгрудившуюся у ограды Поля толпу.
- Прошу прощения, миледи, - сказал он, оглянувшись на зевак с неприязненной гримасой. - Понимаю, как это раздражает, но у меня нет законных оснований, чтобы выставить их взашей.
- Репортеры? - осведомилась Хонор.
- Они самые, миледи. Представители всех ведущих каналов. Конечно, им предписано держаться за пределами Поля, но чувствительность их аппаратуры позволяет ловить каждое слово и движение. Для них это разновидность циркового представления.
- Понятно, - сказала Хонор, хмуро покосившись на журналистов, но тут же, коснувшись плеча Кастеллано, добавила: - Но это действительно не ваша вина. Вы верно заметили: выставить их мы не вправе. Распугать этих стервятников может разве что пуля, случайно полетевшая в их сторону.
Кастеллано дернулся, но ответил на эту невеселую шутку такой же невеселой улыбкой.
- Наверное, вы правы, миледи. Ну что ж, не соблаговолите ли последовать за мной?
- Мы готовы, - отозвалась Хонор и вместе со спутниками двинулась за лейтенантом.
Их ноги оставляли на влажной, покрытой серебристой росой траве темные следы. В центре луга находился совершенно ровный травянистый участок, обнесенный простой изгородью из укрепленных на подпорках белых жердей. Остановившись у ограды, Кастеллано взглянул на Лафолле и Кэндлесса.
- Прошу прощения, миледи. Меня, разумеется, информировали относительно вашего права на личную охрану, но закон категорически запрещает присутствие на месте поединка вооруженных сторонников кого-либо из участников. Если эти джентльмены пожелают остаться, им придется сдать оружие.
Оба гвардейца возмущенно вскинулись, однако Хонор пресекла всякие попытки спорить, повелительно подняв руку.
- Я понимаю, лейтенант, - сказала она и повернулась к телохранителям. - Эндрю, Джейми...
Лафолле встретился с ней глазами. Мгновение он колебался, но потом со вздохом вытащил импульсный пистолет из кобуры и передал полицейскому. Кэндлесс последовал его примеру.
- И другой тоже, Эндрю, - так же тихо сказала Хонор.
Глаза Лафолле расширились, Рамирес взглянул на него с недоумением. Майор заскрежетал зубами, однако снова вздохнул и, сделав левой рукой неприметный жест, извлек из рукава крохотный короткоствольный пульсер.
- Вот уж не знал, что вы о нем знаете, миледи.
- Знаю, что вы не знали, - с улыбкой сказала она и легонько потрепала его по плечу.
- Ну что ж, - пробормотал майор, - раз вы сообразили, значит, и кто-то другой может. Придется мне поискать для него местечко понадежнее.
- Не сомневаюсь в твоей изобретательности, - заверила она его, в то время как Кастеллано принимал оружие.
Рамирес подумал, что, не разреши он грейсонским гвардейцам носить на борту оружие открыто, Эндрю вряд ли поделился бы с ним секретом своего тайника.
- Спасибо, миледи, - произнес лейтенант, рядом с которым волшебным образом материализовалась женщина в полицейском мундире. Отдав ей изъятые излучатели, он указал рукой на огороженное пространство и, обращаясь к Хонор, спросил: - Вы готовы, миледи?
-Да.
Хонор расправила плечи, словно сбросив какой-то невидимый груз, и, обернувшись к Рамиресу, спокойно сказала:
- Ну что ж, Томас, пора за дело.
* * *
Стоя на своем краю Поля смерти, Денвер Саммерваль наблюдал за своей последней жертвой, шагавшей по мокрой траве ему навстречу. Будучи опытным дуэлянтом, он надел блеклую, темную одежду и при виде сияющего золотом черного капитанского мундира не сумел скрыть самодовольной улыбки. Три золотые звезды, вышитые на левой стороне ее груди, представляли собой прекрасную мишень, и он пообещал себе влепить в среднюю из них по меньшей мере одну пулю.
При виде сопровождавшего Хонор Кастеллано Саммерваль скривился. Закон предписывал Распорядителю Поля соблюдать нейтралитет, и столь добросовестный служака, как Кастеллано, никоим образом не мог позволить себе отступить от правил. Однако к Саммервалю он не испытывал никаких чувств, кроме ненависти и презрения, а потому предпочел сопровождать Харрингтон лично, оставив ее противника на одну из своих подчиненных. Дуэлянт понял, в чем дело, и его это позабавило.
Хонор и Рамирес остановились в двух метрах от Саммерваля и Ливитникова. Кивнув женщине-полицейскому, сопровождавшей Денвера, Кастеллано прокашлялся.
- Мистер Саммерваль, леди Харрингтон. Долг повелевает мне добиваться мирного разрешения спора до последней возможности. Итак, здесь, на Поле чести, я спрашиваю вас обоих: можете ли вы уладить ваши разногласия, не доводя дело до поединка?