Страница 76 из 112
- Ну, не на снегу же бросать, - отозвался полковник Рамирес. - Еще замерзнут.
Он огляделся по сторонам, силясь разобрать что-то сквозь снежную завесу, потом присмотрелся к электронной карте, составленной на "Принце Адриане" по данным орбитальной съемки, произведенной до ухудшения погоды, и кивнул:
- Ага, Ганни, вон там должен быть ангар. Оттащите их туда.
- Есть, сэр! - откозырял Ивашко и, выбрав по тактическому дисплею внутри шлема маяки двух ближайших бойцов, отдал приказ: - Култер, ты и Мальтус поработаете няньками. Тащите этих спящих красавчиков и красавиц под крышу.
Главный старшина Харкнесс не жаловал морскую пехоту. Это чувство, которому он и не пытался найти объяснение, было у него едва ли не врожденным, однако сегодня ему пришлось сделать исключение. Старшина шел по пятам Тремэйна, одним глазом приглядывая за своим лейтенантом, а другим наблюдая за людьми полковника Рамиреса.
Сняв наружную охрану, морпехи взяли охотничий домик в кольцо, обнаружили и вывели из строя наземную коммуникационную линию и блокировали спутниковую связь с помощью генераторов активных помех. На все это ушло меньше четырех минут. Тем временем полковник Рамирес собрал штабной взвод и закрепил за каждой дверью группу бойцов.
Лейтенант Тремэйн увязался за самим полковником - так же, отметил последовавший за лейтенантом Харкнесс, поступила и старший сержант Бэбкок. Харкнесс покачал головой - по всему выходило, что Ганни Бэбкок считает это дело личным, и никто не помешает ей принять в нем участие.
Подойдя к главному входу, полковник подергал за ручку. Дверь оказалась заперта, но Рамиреса это не остановило. Сунув под мышку парализатор - в его ручищах тяжеленное оружие казалось карманным пистолетом, - он снял с портупеи маленькую плоскую коробочку, приложил к замку и нажал кнопку.
Защелка отошла. Толчком ноги Рамирес распахнул дверь. Поток холодного воздуха ворвался в помещение, и оттуда донесся возмущенный возглас. Не моргнув глазом, офицер нажал на спуск парализатора и оказался внутри прежде, чем обездвиженное тело упало на пол.
- Один готов, - пробормотал он в коммуникатор. Следом за полковником вошла Бэбкок.
- Уже двое, - прозвучал в шлемофоне чей-то голос.
- Трое, - доложил еще кто-то, подключенный к той же линии. - О, уже четверо.
Тремэйн вступил в обшитое панелями помещение следом за Бэбкок, а замыкал шествие Харкнесс. Все остальные, каждая группа со своего направления, также проникли внутрь и продвигались в глубь здания, вырубая всех, кто попадался по пути.
Совсем даже неплохо, подумал Харкнесс, и тут позади него послышался изумленный голос.
- Какого че...
Харкнесс мгновенно развернулся и увидел здоровенного малого, уставившегося на него, разинув рот. Гораций выругался. Этот тип уже тянулся к кобуре, так что пускать в ход парализатор не было времени. Пришлось действовать прикладом: хороший удар в челюсть отправил противника на пол не хуже, чем полноценный заряд.
- Дерьмо! - послышался чей-то голос, когда удар сотряс коридор.
Харкнесс понимал, что шум поднялся из-за его оплошности, однако сожалеть и смущаться было некогда. Захлопали двери спален: проснувшиеся "гости" домика выскакивали наружу.
Одного из них сбил выстрелом парализатора полковник, другого лейтенант Тремэйн. Кто-то из противников успел произвести выстрел из импульсного ружья - к счастью, только один и не достигший цели. Рамирес срезал сразу троих - двух мужчин и женщину - широкоугольным парализующим лучом, вообще-то не слишком эффективным, но неплохо сработавшим на малом расстоянии.
Одна дверь распахнулась под самым носом у Бэбкок: находившиеся за ней мужчина и женщина одежды на себе почти не имели, но и сна у них не было ни в одном глазу. Прежде чем Бэбкок успела отреагировать, женщина ухватилась за ее парадизатор и попыталась вырвать оружие.
Выругавшись, Харкнесс хотел вывести нападавшую из строя, но сцепившиеся женщины находились слишком близко друг от друга, и он не мог прицелиться. А спустя мгновение надобность в его помощи отпала: едва ее соперница вцепилась в парализатор обеими руками, Бэбкок оттолкнулась от пола, использовав удерживаемое врагом оружие, как гимнаст перекладину, и нанесла обеими ногами удар в живот. Учитывая, что на ней был боевой костюм седьмого размера с соответствующей обувью, удар получился впечатляющим.
Нападавшая покатилась по полу, едва не сбив с ног своего приятеля, который, не успев даже крикнуть, присоединился к ней: едва ноги Бэбкок коснулись пола, она вырубила этого малого резким ударом левого локтя по черепу. После чего старший сержант отступила на шаг и выстрелом из парализатора успокоила свою так и не успевшую восстановить дыхание противницу.
Один миг - и все было кончено. На глазах у несколько удивленного такой результативностью Харкнесса Бэбкок на всякий случай пальнула из парализатора в лежавшего без сознания мужчину и, покосившись на старшину через плечо, буркнула в коммуникатор:
- Ты бы еще в барабан с порога забил или в трубу задудел!
- Отставить, Ганни! - отрезал Рамирес.
Несколько мгновений полковник стоял неподвижно, задействовав на полную мощность акустические анализаторы скафандра, после чего расслабился.
- Вроде бы никого не угробили, - пробормотал он, быстро подсчитал разбросанные по коридору тела и сообщил по связи: - Дюжина, повторяю, уложена дюжина.
Замолчав, Рамирес обернулся к Харкнессу, и тот подобрался в ожидании взбучки, однако полковник молча погрозил ему пальцем и отвернулся.
"Черт побери, - подумал Харкнесс, - может быть, морпехи не так уж и плохи..."
Пять минут спустя, согласно отчетам, все посты охраны были сняты. Тем не менее Рамирес не пренебрег мерами предосторожности: полковник все делал наверняка. Расставив людей, чтобы перекрыть доступ к центральной лестнице, он двинулся вверх по ступеням в сопровождении Бэбкок, Ивашко и Тремэйна. Харкнесса никто не звал, однако и приказа остаться он не получил, а потому пристроился рядом с Бэбкок.
Дверь с лестницы была заперта. Рамирес попытался снова пустить в ход свою волшебную коробочку, однако малый, находившийся внутри, не доверял электронным замкам. Запор оказался старомодным, механическим, и полковник, пожав плечами, вручил свой парализатор Ивашко.