Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 93 из 96

 

Потом я очнулся в больнице. И рядом со мной был… Владимир Николаевич!!! Оказывается, кружка попала в меня, и всё, что происходило со мной, было на самом деле последствием черепно-мозговой травмы -  бредом воспаленного воображения. Но вот что странно: я точно называл фамилии сотрудников учреждения, знал пароль сейфа, до мельчайших деталей знал систему института. Военные напряглись. Мне был предложен «шикарный» отдых в санатории ФСБ и была поставлена простая и не совсем понятная задача-просьба: описать до мельчайших подробностей всё что происходило со мной «там»… С фамилиями, датами и, по возможности, с указанием времени… Санаторий был действительно шикарным: огромный пляж, поросшая гора, фешенебельные номера, тренажерные залы, сауна, бассейн, необременительный распорядок дня, бесплатный бар (заграница отдыхает!!!). Вот только всё это находилось за колючей проволокой и охранялось даже от «мелких насекомых».

 

 Видимо мой литературный талант имел успех, потому что через некоторое время ко мне приехал военный в штатском с пачкой фотографий. Многих я знал: Боца, Шашурина Ильяса Магомедовича – директора нашего дома престарелых, Олю Голубеву – невесту Серёжи, конечно же, Маринку – мою тамошнюю любовь, Рафика и Рината – мелких вокзальных коммерсантов, деда Василия…

 

Военные переполошились. Видимо тщательнейшая проверка не выявила в моей реальной жизни точек соприкосновения с этими людьми… Но я их знал! Медики удвоили количество аппаратуры изучающей моё здоровье но… Всё было в норме. Всё, кроме появившегося у меня целого слоя воспоминаний. При этом в реальной жизни прошло от силы две недели, а помнил я, как минимум, полгода.

 

В какой-то момент, «райская жизнь» кончилась. Мне объявили, что я абсолютно здоров и могу идти домой…. И вот я дома.

 

 

Дома. Сижу один на мятой кровати и тупо хлебаю пиво. «Ушла… Светланка ушла к другому…. Оставила глупое письмо и ушла…. За что?» - вертелось у меня в голове. Скинув второй ботинок (всё это время я рассекал по квартире в одном) растянулся на кровати…

 

«За что? За что?». Я перебирал в памяти нашу совместную жизнь. Обычная семья. Познакомились, поженились…. Ссорились, ругались и мирились…. Жили обычной жизнью без взлётов и падений…. А сколько маленьких радостей приносил нам каждый совместный день! /НАМ или МНЕ?/

 

Очень хотелось плакать. В душе звенела натянутая струнка. Снова встал,  /на этот раз удачно/ и двинулся на кухню…. Водка осталась. Достав начатую банку огурчиков и, чуть заветревшие, бутерброды сел за стол…. С Богом!

 

Вспомнился старый анекдот: «Мужик в пустой квартире решил повеситься от одиночества и безысходности. Накинул на шею верёвку, подпрыгнул, верёвка, как водиться оборвалась. Упал, треснулся головой о батарею и, искры из глаз осветили забытую заначку: бутылку водки и пачку сигарет. Выпил с горя, расслабился, закурил и думает: «А жизнь-то… Налажиииивается…»»

 

После второй стопки в груди потеплело,  а в конечностях исчезли остатки противной липкой дрожжи.  «Надо жить дальше… Надо постараться не думать о ней… Надо занять себя…» Пододвинув себе письмо перевернул лист и на чистой стороне поставил цифру «1».

*Убраться в квартире.

*Сходить на работу.

*Купить продуктов.

/Последний пункт я записал механически – холодильник был забит до отказа. Спасибо знакомым…. /

*Позвонить и поблагодарить Николаича.

*Купить «Рекламу для Вас», посмотреть объявления о жилье.

/Не буду я жить в квартире, где всё напоминает о предательстве!/

 

Список пополнялся и, с каждым новым пунктом, позорные мысли о самоубийстве отступали под натиском миллионов бытовых дел. / «Семейная лодка разбилась о быт…» Маяковский был прав лишь отчасти. Быт может быть и доктором семейных драм…/  

 

Налил ещё рюмку. «За новую жизнь!» - отсалютовал я сам себе и решил приступить к уборке, когда в дверь позвонили…

 

 

3 глава

 

Настойчивый звонок заставил меня вздрогнуть. «Надо же, я совсем забыл звук пришедших гостей!» - пронеслось в моей голове, - «Кого это принесло?»

 

За дверью стояла соседка. Я был несказанно рад увидеть милую пожилую женщину. Тася, бывшая учительница, была душой дома. К ней всегда можно было заглянуть «за спичками» - зайти на огонёк со своими проблемами и радостями. Всегда улыбающаяся, излучающая доброту и умеющая молчаливо выслушать собеседника она словно магнитом притягивала к себе людей. Иногда мне становилось обидно, что я не учился у неё…