Страница 13 из 484
-Оставьте деньги мне, и поверьте, они будут израсходованы по назначению.
Я протянул ему конверт. Он взял его дрожащеё рукой. Открыв и достав доллары, он лихорадочно пересчитал их и тотчас же спрятал в ящик стола.
-Я рад, что Вы поступили разумно.
Встав, из-за стола, я пожал ему руку. Рука была вялой и холодной.
-До свиданья. Я навещу Вас попозже. Кстати Вы не могли бы дать мне расписку в получении денег?
-Простите?
-Ну, расписку, что Вы приняли от меня.… На содержание Лисовой.
-Молодой человек, я и так иду Вам на встречу, что принимаю деньги! Это в обход правил!
-Но я бы хотел быть уверен…
-Вы сомневаетесь в моей честности?
Он нравился мне всё меньше и меньше.
-Нет, но это деньги её сына и он может попросить у меня отчёт.
Услышав про сына, Шашурин расцвёл. Его ноздри плотоядно раздулись, а на лбу выступили капельки пота. /Какой же я олух Царя Небесного! Если менты приходили к Людмиле Александровне, значит они, конечно же, навестили Ильяса Магомедовича, и уж он точно знает о смерти Боца! И вообще – «язык мой враг мой!»/
-Вы понимаете, у её сына и так много проблем. Я думаю, что мы с Вами прекрасно побеседовали…
-Ну а расписочка?
-Какая?
-Про полученные деньги!
-И кому Вы будете её предъявлять? Милиции?
/Говорят, что человек в состоянии аффекта, может запросто справиться с двумя – тремя и даже четырьмя противниками. Я не знаю такого состояния. Нет, я не убегаю. Но ответить не могу из-за природного страха. То ли это чувствуется, то ли на моей морде написано, но, как правило, я «огребаю по - полной». Точнее так было. А состояние «аффекта» в тот раз пришло.… Ой, пришло…/
На меня накатило. «Ах, ты, пидор помойный!». Резко сделал шаг в сторону улыбающегося гада. Рука непроизвольно схватилась за остатки волос на голове Шашурина. С чавкающим звуком он «поцеловал» столешницу. Резко отпустил волосы, и, схватив его за узел дорого галстука, поставил на ноги. Его лицо было разбито. Он быстро – быстро моргал глазами.
-Слушай сюда, выродок! Я приду через неделю и спрошу у Лисовской, как ей живется, какие изменения в бытовых условиях. Отселили ли её в отдельную комнату, как ухаживают сиделки… - я перечислял первое, что приходило в голову, - И если она пожалуется на твою восточную задницу, я порву её тебе на Британский флаг! Ты всё понял, козёл вонючий?! – я швырнул его. Он грузно, бесформенной массой шлёпнулся в кресло.
Не отрываясь, он глядел на меня щенячьими глазами и, вытирая дрожащими руками, разбитые губы и нос, лепетал:
-Да, да, конечно…
Я взял со стола чистый лист бумаги и написал на нём – «Получил сто тысяч долларов»:
-Расписывайся.
Заведующий безропотно поставил закорючку.
-А это вместо печати! – я приложил лист к разбитому носу. Шашурин взвизгнул и картинно сполз на пол.
Я уходил с каким-то чувством гадливости. К счастью мне встретилась дверь с лучшей буквой на земле – «М»! Тщательно вымыл руки, - дрожь прошла. Выходя, я даже улыбнулся красавице.
Не спеша, двинулся на конечную. «Правильно ли я поступил? Не ввязываюсь ли я в новую авантюру?». Достал заляпанную кровью расписку. «Сто тысяч.… Откуда ж я число-то такое взял? Ух, до конца жизни расплачиваться он со мной будет!».
Стоя на остановке, я опять почувствовал чей-то взгляд. Огляделся. Чахлые кусты и редкие сиротливые деревца не могли скрыть человека. «Эх, нервы, нервы…».
- 3 –
Маршрутка пришла на редкость быстро. Наблюдая, в обратном порядке, виды нашего города думал о своих дальнейших действиях: «Времени шесть. Институт, скорее всего, уже закрыт. Или позвонить? Избавиться уж от всех дел, да начать новую жизнь!» Тугая струна, звеневшая во мне после встречи с Шашуриным, ослабла. Тихонько накатывалась усталость. «А, собственно, зачем звонить? Выйду на следующей. Там дворами до Горелова пять минут ходу!».
Есть в нашем городе такой интересный микрорайон – он состоит из дворов-колодцев переплетенных хитрыми арками и переходами. Незнающий человек, может легко потеряться, отыскивая, например, улицу Кирова, дом 25 «е». /А собственно, что его искать! Он вплотную примыкает к дому 25 «а», только его подъезды выходят на другую сторону! Правда, просто?/
А вот и здание института. Хмурый охранник в форме молча выслушал меня и кивнул на телефон:
-Звоните 676. По-моему, Алексей Петрович ещё на месте.
Трубку взяли после первого гудка:
-Наконец-то! Я уже заждался Вас, право слово! Подходите на вахту, я сейчас перезвоню им.
Я вернулся к милиционеру. Тот уже разговаривал по телефону.
-Ваш паспорт! – бросил он, мне не отрываясь от трубки.
-А я не взял…
-Он без паспорта и во внерабочее время.… А.… Тогда ладно… - это уже в телефон.
-Фамилия, имя, отчество? – спросил он у меня. Я представился. Старшина долго тыкал пальцем в клавиши компьютера, потом, вздохнув, взял авторучку и выписал мне желтоватый листочек.
-Пройдёте по коридору, лифт номер два, восьмой этаж, кабинет 763. Пожалуйста.