Страница 28 из 101
С тех пор, как я выбрал этот мир, в его небе танцуют легкие улыбки Вечности.
Они наполняют покоем и красотой, сквозь время, расстояние и жизни. Снимая тоску о том, что все проходит, дарят радость того, что все меняется.
Где-то в глубине, между сном и явью, во тьме, есть сад. С густой травой всех оттенков, цветами, кустами и деревьями. В самом центре его лежит серебристый пруд. Спокойный, как зеркало, отражающий солнца, звезды и луны всех миров.
Раньше я приводил в этот сад тех, кого любил, но по каким-то причинам, терял. Мертвых, и живых, добровольно расставшихся со мной. Вернее, я приводил их Тени, чтобы иногда видеть общие сны, говорить как будто наше счастье никогда не прекращалось. Там я рыл могилы своей любви и развеивал ненависть и разочарование.
В мире же мне уготовано было одиночество – вспомнив о вечности, слишком отличалься от других. И даже тогда, когда я встречал тех, кто по каким-то причинам, тоже ее помнил, знал, что в их мире я могу быть гостем и другом, могу навечно пригласить их в свой сад, но никто не останется навсегда.
Найти того, кто сопровождал бы меня в короткой жизни и бесконечно долгой вечности не удалось. Она прекрасная, но очень холодная. Приходит ветром, который не пытается никого удержать и ласково треплет волосы.
Я выбирался на холм, и зажигал костер, и создал перекресток миров, в надежде что кто-нибудь захочет света и тепла, придет, и останется со мной. Но увы, приходили, уходили, некоторые возвращались, даже приносили дрова, но никто не оставался. Некоторые, по моему примеру разжигали костры, уходя в свои миры. Кто-то осознавая, зачем – кто-то нет.
Утратив надежду, я разжег костерв последний раз, уже не для тех кто будет рядом. Я пытался наполнить теплом и светом холодную Вечность.
Я знаю, она всегда будет со мной. И Она сжалилась, вырвала сердце и чувства и бросила их в огонь. Он дарил тепло, жизнь, радость, как некогда я. И чтобы пламя никогда не угасло, я собрал его руками и поместил в небеса, назвав Тар Алайон, что означает Свет сердца.
Я стал хранителем мира, который освещала звезда, зная что миры и звезды живут бесконечно долго, а с моей помощью, - вечно. Боль свою и тьму спрятал я глубоко среди скал, заключил в черном осколке мертвого небесного тела. Когда придет час передать силу и оборвать течение моей вечности, он поможет уйти в Небытие не оглядываясь… "
Этот текст занимал умы лордов несколько лет. Столько же велись поиски того самого осколка. Текст походил на простую, немного приукрашенную, исповедь путешественника между мирами, каких в Тар Аменти всегда было много. Но древность надписи и святилища убедили лордов, что несомненно эта история повествует от лица Хранителя.
Через десять лет упорных поисков было найдено несколько осколков подходящих под описание. Они составили их все в особом магическом круге, в день зимнего солнцестояния и провели ритуал вызова. Хранитель явился спустя десять жертв принесенных на его алтарь, кипя от бешенства.
Но попал в круг, который был почти способен его удержать. Почти... и, разрушая его, Хранитель разрушил все темные осколки, которые в нем лежали. Не известно, какой из них был тем самым и был ли вообще, но Хранитель вдруг лишился сил и чувств. Медленно упал на развороченные собственной волей плиты, истекая черной кровью. Лорды ждали, когда он начнет молить о пощаде. Предполагали чудовищный выброс силы, переселение душ, даже его гнев, если ничего не выйдет.
Но В мире Там Аменти стремительно заходило светило, и когда оно скрыдось загоризонтом, тело Хранителя закрыло глаза и превратилось в черное пламя. Жадное, пожирающее с одинаковой легкостью и тела и камни. В панике и бегстве дарги спасались через порталы, но пламя медленно следовало за ними, пока в живых не осталось никого.
Последний лорд выбил эту историю на скале, позже названной Скалой Позора. Он потратил последние силы, чтобы рассказать другим что случилось, надеясь, что кто-то сможет содеянное исправить.
Он не знал что Тар зашел навсегда. Не знал, что черное пламя погаснет, только сожрав его труп. Не знал о дожде угольно-черной воды с запахом крови, который шел сто дней после захода Тар.
Говорят, именно этот дождь и те, кто не боялся его прикосновений, стали прародителями черных демонов.
Юный лорд Амарант потянулся волей к пришельцам, открывая портал четко под ногами дракона. Привычным движением руки окружил их защитным куполом и послалпо воздуху две черные капли - магический эликсир-переводчик, вдохнув или проглотив который, любая форма существования узнает язык даргов и историю Тар-Аменти.
В рот мирно спящей девушки капля попала без труда, а вот дракон плотно сжал челюсти и смешно уворачивался от назойливого черного шарика, но технология была отработана давным-давно, когда перекресток миров приносил сотни и тысячи путешественников и в итоге, дракон все же проморгал капельку, влетевшую в ноздрю. От неожиданности он вдохнул, чихнул и смешно осел на зад.
***
Адриан ир Зоран, синий дракон
Доли секунды, когда я кинулся за ней, уходящей, казалось в окончательное небытиё, помню плохо. Просто схватил, прижал к себе лапами и накрыл крыльями. Нас крутило, вертело, несло куда-то. Иногда это было похоже на течение, иногда - на падение в пропасть. Я провалился в забытие ощущая ее спокойное сердцебиение и теплые руки где-то в районе своей груди.
А когда проснулся под звездами на черном песке, все еще сжимая ее лапами и крыльями, испугался. Она почти не дышала, наверное сдавил слишком сильно. Но пульс был, и кое-как переложив ее себе на спину, я пошел. Куда глаза глядят - кругом черный песок, но шел я чтобы не думать. Только не думать. Не задавать себе вопрос " что происходит?".
Я смог обернуться! Да не частично, как было раньше, а в полноценного дракона, хоть их крови во мне для этого всегда было недостаточно! Топал, тщательно рассматривая огромные лапы, матовую, мягкую с виду чешую. Такая раньше могла покрывать только лицо и грудь. А теперь я весь и полностью утратил человеческий облик.
Вернись я на родину таким - простили бы все что наворовал. Только бы узнать, как я это сделал. Среди знати империи полно драконьих полукровок или просто имеющих небольшую примесь. А тот, кто может оборачиваться целиком, практически бессмертен ( живет намного дольше чем даже эльфы), магический потенциал возрастает в несколько раз , боеспособность с непробиваемой чешуей, пламенем и всеми остальными истинно драконьими штуками опять же... Раньше считалось, что если имеешь драконьей крови даже целую половину, не видать тебе истинного ящероподобного облика как человеку своих ушей. Когда проснется мой некромант, надо расспросить, что она сделала со мной...
"Мой некромант"... как замечательно это звучит! Может быть по тому, что это теперь еще и моя, честнокраденная, женщина, и весьма симпатичная. И потому, что добыча наконец поймана.. И еще почему-то, но я не стал разбираться в этих тонкостях, просто шел, и довольно бурчал под нос "мой некромант.. мой некромант". Потому что думать о том, куда мы попали и что с нами будет был морально не готов. И зря...