Страница 355 из 373
— Раз уж моё старое убежище превратили в столицу Эквестрии… — проворчала она. — То мой старый дом теперь можем считать логовом.
— «Старый»? — заинтересовался я.
— Замок Кантерлота когда-то состоял только из моей башни-обсерватории и библиотеки. И ещё нескольких хозяйственных строений вроде складов ингредиентов и тому подобного.
— И ты жила там одна?
— Да. Иногда прилетали несколько служанок-пегасов и готовили еду или привозили мои заказы, но я почти не обращала внимания на тех, кто этим занимается.
— Ну что я могу сказать… место ты выбрала просто отличное.
— Мне оно тоже нравилось, — согласилась Луна. — Может быть, мы найдём ещё одно такое же. Или лучше.
Это меня слегка царапнуло. Я, конечно, согласился пойти с ней («нас невозможно сбить с пути, нам пофигу куда идти»), но это уверенное «мы», словно я уже стал её собственностью…
— Хм-м… ну, разве что без слуг-пегасов, — решил я. — А также доставляемых заказов.
— Переживу, — легко согласилась Луна. — Или придумаем что-нибудь, если понадобится.
А Луна-то, оказывается, куда более спонтанная, чем мне казалось. Не только в плане краткосрочных решений, но и в целом. «Будет день, будет пища» — прекрасная философия.
— It means no worries for the rest of your days, — пропел я, а на следующей строчке Луна, неожиданно для меня, присоединилась. — It’s our problem-free philosophy… Hakuna Matata!
Мы рассмеялись.
— А ты неплохо поёшь для того, кто не связан с музыкой, — заметила Луна, отсмеявшись.
— Ещё бы, — хмыкнул я. — По человеческим меркам ваш язык это одна сплошная распевка. Даже не знаю, сколько бы учил его без заклинания… хотя, учитывая полное погружение в среду… кстати, а ты неплохо запомнила эту песню.
— Я заклинатель с огромным опытом, — фыркнула аликорна. Ну, видимо, это всё объясняет. — И ты не перевёл «хакуна матата». Что это?
— Это другой язык, и я его не знаю, но переводится как «без проблем» или «нет проблем», что-то такое.
— Вот почему ты это спел, — догадалась она. — А мне нравится. Напишешь мне потом транскрипцию припева?
— Эм-м-м… нет, но могу надиктовать. Или же можно вообще перевести на эквестрийский.
— Нет, так потеряется вся прелесть чуждого звучания, — не согласилась Луна.
— Зато вырастет понятность, — усмехнулся я. — Вообще, песни переводили вместе с фильмом, оставляя непереведённой только это вот «Hakuna matata». Как название. Я думал, что для озвучки сделаю так же… ну, теперь уже не имеет значения.
— Почему? — чуть разочарованно спросила Луна.
— Потому что мы летим в добровольное изгнание? — насмешливо уточнил я.
— …я уже успела об этом забыть, — призналась она.
— Это хорошо. Луна, а ты меня точно поймаешь, если я свалюсь?
— Да.
— Отлично! Тогда сделай это ближе к земле! — и я, отпустив её шею, соскользнул в сторону и раскинул руки. — Йу-ху-у-у-у!!!
Настоящее ощущение полёта не сравнится ни с чем. Воздушные трубы с вентиляторами похожи, но не то. Прыжок с парашютом я хотел попробовать, но опасался, что не стану раскрывать парашют. Но сейчас… волшебно! Приближающаяся земля, ветер, становящийся всё более упругим, ощущение скорости… блин.
Я закрыл глаза — набегающий в лицо поток воздуха стал слишком сильным. Очки были нужны. Интересно, а Луна знает про инерцию падения, или реально остановит меня около земли силой? Хе, будет нехорошо — скорость-то я наберу около двухсот километров в час… стоп, ветер ослабевает?
— Ты это имел в виду под «мои действия могут вас удивить»? — спросила Луна у меня над ухом, и я удивлённо дёрнулся и распахнул глаза.
Вокруг тела клубилась телекинетическая дымка, и теперь я действительно скорее летел, чем падал. Хм, а ничего так… прикольно. Хоть и присутствовало некое малоприятное чувство, будто Луна дышит мне в шею. Оглянувшись, я убедился, что это не так — аликорна парила где-то в метре надо мной. Наверное, это просто порывы ветра от взмахов её крыльев.
— Ага. Второй же вещью, которой я займусь в университете, будет устройство для полёта!
— А добровольное изгнание?
— Ой. Теперь и я об этом забыл, — я рассмеялся. — Ну и ладно, займусь на досуге. Приземлимся? Я хочу немного пройтись пешком, а то ноги замёрзли, пока мы летели.
— Хорошо.
Оставшиеся двести метров до земли мы преодолели меньше чем за минуту. Луна даже аккуратно поставила меня на ноги, прежде чем коснулась земли сама.
— Как раз недалеко, — одобрил я. Высадились мы где-то на полпути между моим домом и Понивиллем. — Хочешь варенья?
— Нет? — она удивлённо посмотрела на меня, словно спрашивая «А должна?» — Я же не настолько люблю сладкое, как сестра.
— Ладно, — с улыбкой согласился я, решив не объяснять отсылку на Карлсона. На планшете у меня его нет, а без видеоряда как-то оно будет не так.
Да и варенье у меня почти кончилось. Так что хорошо, что она отказалась!
— Тебе так нравится летать? — спросила Луна.
— Да, отдельных бескрылых существ с этого прёт, — я усмехнулся. — Чтобы ощутить свободу полёта, люди идут на такие ухищрения, что просто вау. Прыжки с парашютом, дельтапланы, роупджампинг…
— «Верёвочный прыжок»? — переспросила Луна.
— Надевается пояс, на него цепляется верёвка, после чего латентный самоубийца прыгает с какого-нибудь высокого места — моста, вышки или небоскрёба. Всё, чтобы ощутить радость свободного падения.
— А почему самоубийца? Верёвка же нужна чтобы ловить, да?
— Ну, основатель этого вида спорта погиб, когда у него порвалась верёвка. Да и я сам получил немало травм, всего лишь разок ошибившись в куда более безопасной вариации того же самого.
— И всё равно спрыгнул?
— Люди, делающие всё это, вполне осознают, чем окончится их неудача. Смерть ещё не настолько страшна, как тяжёлые формы инвалидности — но это всё же не останавливает тех, кто попробовал. Вкус жизни особо остро чувствуется перед смертью, наверное, хотя… ты бы променяла крылья на рог?
— В детстве — да. Сейчас… тоже да.
— Серьёзно? — я с удивлением посмотрел на неё.
— Я просто знаю заклинание, которым можно вырастить себе крылья, — улыбнулась Луна.
— Довод, — усмехнулся я. — Тогда у меня нет подходящего примера.
— Даже если бы он был, я всё же не могу понять стремление подвергать свою жизнь опасности ради развлечения.
— Это не из разряда «понять», это из разряда «прочувствовать». Есть те, кому это недоступно… либо мешает страх, либо, что я впервые увидел только в этом мире — завышенный уровень могущества. Ты и летаешь, и колдуешь, и сама по себе прочная… чем тебя можно пронять, чтобы ты ощутила страх? Страх смерти, уточню, а то другие виды тебе знакомы.
— Не знаю, но вряд ли есть пони, кому такое понравится.
— Дэш. Вспомни её восторги.
— Возможно, — сдалась Луна и бросила чуть виноватый взгляд в сторону стены дома, к которому мы уже подошли.
Я открыл дверь, зашёл внутрь и включил свет.
— Заходи, располагайся, — предложил я, махнув рукой в сторону дивана. — Мне понадобится некоторое время, чтобы собрать вещи.
— Мы же только за закусками? — уточнила Луна, тем не менее, царственно заняв диван и расслабив крылья.
— Раз уж мы всё равно здесь, стоит взять запасную одежду, мыло и прочий стандартный походный набор… хм, рюкзак в Кантерлоте оставил. Ну и ладно, свяжу в узелок. Ах, романтика странствий!
— Ты действительно предвкушаешь это, — всё ещё с нотками недоверия в голосе произнесла аликорна. — Разве тебе не жалко будет оставлять свой дом и всё остальное?
— Это же просто вещи, — я поморщился. — Я не из тех, кто находит в предметах материального мира что-то сакральное. Они создаются, разрушаются и создаются вновь — в той же форме или в другой. Для меня по-настоящему важна только память и сформированная на её основе личность. Ситуации и то, что они мне дали. Ощущения и оставленные эмоции. Путешествие с тобой обещает быть интереснее, чем то, что я делаю сейчас. Ха, возможно, что моя работа даже никуда не денется. В духе Селестии, насколько я её узнал, заморозить весь цех во времени до моего возвращения. Впрочем, даже если мне вещи ни к чему, кому-то они могут пригодиться.