Первопроходец

— Симпатии, — отрезал я. — И раскаиваться мне не в чем.

— Симпатии, — эхом повторила Луна и грустно усмехнулась. — Хорошо. Извинения приняты.

— Спасибо, — я только сейчас заметил, насколько напрягся в ходе этого короткого разговора.

Из домика выглянула, а затем пошла в нашу сторону белая единорожка с гривой электрической расцветки и в фиолетовых солнцезащитных очках.

— Артур, знакомься, это Винил Скрэтч, она большой специалист в кристаллической звукозаписи. Винил — это Артур, он из другого мира.

— Приятно познакомиться, — пони осмотрела меня снизу вверх. — И зачем вам я?

— У него есть музыка его мира, — объяснила Луна. — И я бы хотела получить её на кристаллах.

— Понятненько, — кивнула пони. — А сейчас она на чем?

Я молча показал ей плеер.

— И как это работает? — единорожка сняла очки и подхватила плеер телекинетическим полем.

— Тот же самый вопрос у меня о кристаллах, — пожал плечами я. — Обменяемся знаниями и разберёмся.

— Интересная задачка, — единорожка бросила на меня любопытный взгляд. — Я сейчас схожу за своим набором и начнём. Никуда не торопишься, здоровяк?

— Нет, никуда, — я хмыкнул. — Сейчас так сейчас.

Единорожка ушла обратно в домик.

— Теперь мне точно пора, — сказала Луна. — Удачи вам с записью.

— Спасибо что составила компанию, — я улыбнулся ей. — До встречи.

Она кинула на меня странный взгляд, кивнула и свечкой взлетела в воздух, а затем взяла курс на видневшийся вдали Кантерлот. Я провожал её взглядом до тех пор, пока не вернулась Винил.

— Ладно, здоровяк. Говоришь, эта штука может играть музыку?

— Секунду, — я включил плеер, выкрутил громкость на максимум, снял амбушюры, а потом аккуратно поднёс наушники к пушистым ушкам пони.

С такого расстояния я видел, как её глаза расширились под очками.

— Слишком громко? — я потянулся было назад, но она схватила мои руки магией.

— Стой, я хочу дослушать эту до конца!

Настолько понравилось? Что там, интересно? К сожалению, арматурные наушники не давали разобрать мелодию — я слышал только приглушённое скрежетание и едва слышные удары басов, похоже что-то из электроники… и ей нравится?

— Чувак, это просто улетно, — сообщила она через три минуты.

— Замечательно, — у меня как раз затекли ноги сидеть в неудобной позе и я с наслаждением поднялся.

И что же вызвало у неё такую реакцию? Я глянул на экран плеера. Armin van Buuren — Full Focus [ https://youtu.be/DZWndb7rKnI ]. Неожиданно.

— Ещё есть? — она с жадностью наркомана посмотрела на плеер.

— Ага. Что-то около сотни треков.

— Сотни?! — поразилась она. — Так, я хочу это и хочу немедленно. Рассказывай, на какой магии работает эта штука.

— Тут-то мы и подходим к корню проблемы, — я вздохнул. — Никакой магии.

— Без магии? — она снова взяла у меня плеер и осмотрела его со всех сторон. — Как?

— Ух… тут нужна бумага, я так сходу не расскажу.

— Точно, — она рванула обратно в дом. — Заходи.

— Вряд ли, — я хмыкнул. — Я в ваш дом смогу залезть только на четвереньках.

— Как можешь, так и залазь, — потребовала Винил. — Нам понадобится стол и оборудование.

— Ладно, — я с сомнением посмотрел на дверь, которая была, в лучшем случае, той же ширины, что и мои плечи. — Кто не спрятался, я не виноват.

Оказалось, что я себя переоценил. На четвереньках я без проблем пролез в дверь, а внутри оказалось достаточно просторно, чтобы я мог сесть по-турецки. Правда, для этого мне пришлось подвинуть микшерский пульт. Я осмотрелся — изнутри домик был так же разделён на две половины. В «светлой» половине стоял маленький диванчик, журнальный столик и рояль. На «тёмной» был аналогичный диванчик другой расцветки, микшерский пульт и виниловый проигрыватель на небольшой тумбочке. Я заинтересовался этим раритетом и подполз поближе.

Устройство выглядело достаточно современно — полагаю, я вполне мог бы иметь такой, если бы моя аудиофилия дошла до того, что я бы предпочёл аналоговый носитель звука цифровому. Единственное отличие от человеческой техники — у него не было никаких проводов. Я перевёл взгляд в заднюю часть домика. Дверь на кухню, что-то вроде закутка, в котором стояли концертные колонки, и лестница наверх. Внезапно часть пола поднялась, явив миру Винил Скрэтч. Она вылезла из подвала, а затем вытащила телекинезом большую коробку.

— А, ты уже здесь, — она решительно стряхнула все с журнального столика и перетащила его на свою сторону. — Вот стол, вот бумага, вот перо, вот чернильница, начали.

— Перо? — я скептически посмотрел на выданную писчую принадлежность, а потом на современно выглядящий микшерский пульт. — Нда, профану не понять.

— Что такое?

— Ничего, — я вздохнул. — Все бывает в первый раз. Итак, начнём с базовых принципов…

Я рассказал все, что помнил про цифровой метод хранения звука и дискретизацию, потом рассказал про цифро-аналоговые преобразования и под конец объяснил как работают динамики, сопровождая все это примерными схемами и нещадно закапывая все чернилами.

— Святая Селестия, как у вас все сложно, — Винил покачала головой, глядя на исписанный лист. — И ты все это помнишь?

— Ну, эта область смежная с тем, чем я занимался дома, — я пожал плечами. — А по теории обработки сигналов нас драли будь здоров, меня ночью разбуди я теорему Котельникова наизусть оттарабаню. Теперь рассказывай, как устроено у вас.

— Да и рассказывать-то нечего, — Винил вытащила из своей коробки небольшую сумку и вытряхнула из неё комплект огранённых драгоценных камней. — Самая простая технология была изобретена пятьдесят лет назад.

Она подошла к проигрывателю, поставила на него отполированный глянцевый диск, а затем стрельнула магией в драгоценные камни. Рубин взлетел и словно примагнитился к центру диска, сапфир начал парить над краем диска, а изумруд взяла в лапку Винил. Она включила двигатель, а затем произнесла «Диджей Пон-3, проверка оборудования». Сапфир с лёгким шорохом вгрызся в поверхность пластинки, короткая стружка вылетела из-под острия и притянулась к рубину. Кажется, я понял, что будет дальше.

И действительно, Винил подвела тонарм к пластинке и из динамиков раздалось: «Диджей Пон-3, проверка оборудования», щелчок — и тонарм уходит на стоянку.

— У нас эта технология успела уже умереть и воскреснуть, но запись в домашних условиях — это круто.

— У нас с этим проще, — усмехнулась Винил. — Но кристаллы надо заряжать у единорогов. Однако это старье, и используют его только потому, что у каждого есть проигрыватель и для некоторых моделей даже не нужна магия. Будущее — за этим!

Она вытащила из коробки ещё одну сумку. Внутри оказалось пять гигантских кристаллов хризопраза, огранённых в форме шестиугольных призм с заострёнными верхней и нижней гранями, два небольших додекэдра-изумруда — один посветлее, другой потемнее — и набор разнокалиберных кусочков аметиста. Большинство из них было бесформенными, но некоторые выглядели так, как будто их огранку бросили на полпути.

— Так, и что это?

— Этот набор позволяет записывать все непосредственно на кристаллы, — она напряглась, её рог окутался фиолетовым свечением, которое словно впитывалось хризопразами. Наконец, они взлетели в воздух, выстроившись звездой, в центр которой Винил бросила один из недоограненных аметистов.

— Диджей Пон-3, проверка оборудования.

— Ага, — я увидел, как тонкие лучики, вырвавшиеся из призм, срезали совсем немножко аметиста, почти что несколько пылинок. — И как это потом проигрывается?

— Вот так, — Винил вытащила аметист и кинула его в небольшую коробочку с двумя крутящимися рукоятками. Она несколько раз прокрутила нижнюю и нажала на верхнюю.