Первопроходец

— Привет, Спайк! — махнула ему единорожка. — Познакомься с нашим гостем из другого мира, он пока поживёт у нас.

— Я пока не помню своего имени, но приятно познакомиться, — я присел на корточки, по-прежнему не сводя взгляда с дракончика, от чего ему явно стало неуютно.

— Почему ты на меня так смотришь? — спросил он, глядя снизу вверх. Даже присев, я возвышался над ним на две головы.

— Первый раз вижу дракона, — честно ответил я и отвёл взгляд.

Если все происходит в моем мозгу, то он справляется с рендером лучше, чем вся вычислительная ферма компании Pixar. Дракон был настолько реалистичен, насколько это только возможно. Впрочем, как и все остальное здесь.

— Извини, если что не так.

— Нет проблем, — поднял лапки дракончик. — Просто как-то неуютно, будто ты сейчас «Взгляд» будешь применять.

— Взгляд? А это ещё что?

— Флаттершай умеет так со зверьём обращаться, глянет грозно — и они её сразу слушаются.

— Ого, — это что, местный аналог «Голоса» из Дюны? — Нет, я так не умею. Просто в моем мире драконов не было, вот я и засмотрелся.

Я поднялся на ноги.

— Твайлайт, а у вас тут есть что-нибудь вроде пакетов?

— Из-под яблок подойдут? — спросил Спайк.

— Да, думаю, что отлично подойдут, — кивнул я, и дракончик тут же ушмыгнул, чтобы буквально через двадцать секунд дать мне два больших бумажных пакета.

— Спасибо, — я положил пакеты сверху на свою коробку и пошёл к выходу. — Сейчас достану вещи и вернусь.

За библиотекой обнаружился пустырь, отойдя подальше, так чтобы запах из коробки никого не побеспокоил, я разорвал плёнку и стал наблюдать. Через десяток секунд вся плёнка просто растворилась в воздухе.

— Гринпис одобряет, — пробормотал я себе под нос, задержал дыхание и открыл коробку.

Быстренько перенёс все вещи в один из бумажных пакетов. Хм… в принципе остальное можно оставить здесь, пони уж точно не покусятся, а у бедной Твайлайт от одного вида злосчастной коробки проскальзывает какая-то болезненная гримаса.

В библиотеку я вернулся только с пакетом.

— Ну, а теперь то, что я обещал, — я устроился на полу и вытряхнул содержимое пакета рядом с собой. Обе пони и дракончик подошли поближе.

— Что это? — дракончик подобрал откатившуюся зажигалку.

— Зажигалка, — я открутил колпачок и щёлкнул кнопкой. Вырвавшийся с шипением клинок пламени стал для дракончика неожиданностью.

— И как она работает? — заинтересовалась Твайлайт.

— Внутри горючий газ под давлением, он проходит через особой формы камеру сгорания и выходит вот таким вот прямым языком пламени, — я отпустил кнопку и добавил. — Она не гаснет даже на сильном ветру.

— Ух ты… — дракончику явно понравилась игрушка.

— Хочешь попробовать? — я протянул ему зажигалку. — Жми на эту кнопку.

Спайк тут же щёлкнул и начал любоваться на полученное зеленоватое пламя.

— Круто… — произнёс он зачарованно.

Похоже, что он ещё очень молод, повадки как у мальчишки. Ну что ж… переходим к основному блюду. Я включил планшет.

— Это называется компьютер. Они вообще разные бывают, но это носимый вариант. С тех пор, как у нас шестьдесят лет назад изобрели такие штучки, наша наука сильно рванула вперёд.

— И что он умеет делать? — заинтересовалась Луна.

– Производить вычисления любой сложности и хранить результаты. Все остальные возможности просто хитро используют эту функцию, — я быстренько набрал код разблокировки, после чего развернул планшет к зрителям. — Например, он умеет обрабатывать голосовые команды. Плеер, плейлист, Джи, открыть. Я взглянул на экранчик: там уже появилась заставка фильма. Я быстренько промотал на определённый момент, и сделал звук погромче. Питер и Джуди, ведомые зовом барабанов, бегут вверх по лестнице. Первой догадалась Луна.

— Это та история, которую ты рассказывал пока мы летели, про Джуманджи!

— Именно, — кивнул я.

— А у вас большие дома… — заметила Твайлайт, продолжая смотреть фильм.

— Не у всех, но потолки у нас действительно гораздо выше.

— Ничего не понятно, — грустно заметила Луна, когда на экране герои начали говорить между собой.

— Возможно, с этим мы что-нибудь придумаем. Закрыть, — плеер послушался, и на планшете снова высветился рабочий стол.

— Что тут написано? — заинтересовалась Луна моей самодельной обоиной.

— «Все великие вещи просты, и многие из них могут быть выражены в отдельных словах: свобода, справедливость, честь, долг, милосердие, надежда», — перевёл я. — Мне очень нравится это высказывание.

— Это человеческие Элементы Гармонии? — спросила Твайлайт.

— Чего? — не понял я. — Какие ещё элементы гармонии?

Мне в общих чертах рассказали, что у пони есть шесть элементов, которые составляют их высшие добродетели или что-то в этом роде. Доброта, честность, верность, щедрость, смех и магия. Более того, у этих элементов есть физические воплощения, и я уже познакомился с четырьмя из шести.

— Ага… — теперь я понял вопрос. — Нет. У людей нет чего-то вроде элементов гармонии. То, что перечислено в цитате — просто максимы, к которым стремятся отдельные индивиды.

Я мог бы представить Черчилля в качестве воплощения свободы, правда не уверен, что все остальное к нему применимо.

— И это твои максимы тоже? — спросила Луна.

— Большая часть, — я не стал уточнять, что «надежда» в мой личный список великих вещей не входит.

— А у вас есть какие-нибудь супергеройские фильмы? — спросил Спайк, воспользовавшись паузой.

— Есть, — я улыбнулся дракончику. Вообще-то я собирался их удалить, но руки так и не дошли. — Потом как-нибудь покажу.

— Круто!

Твайлайт очень задумчиво смотрела на планшет.

— Ты говорил, что основное предназначение этой штуки — вычисления.

— Ну да. Хочешь проверить? Калькулятор, — скомандовал я планшету. — Любые числа, любые действия.

— 20461 умножить на 87912.

Я повернул к ней планшет.

— Это результат? Так быстро? — удивилась она. — Ваши цифры отличаются от наших, я не понимаю.

— А, точно, — я глянул на ответ. — Ничего, если я его по одной цифре произнесу?

— Похоже на правду, — Твайлайт кивнула, когда я назвал результат. — Ты можешь мне потом помочь с кое-каким расчётом?

— Без проблем.

Ещё некоторое время я хвастался достижениями человеческой технологии. Показал Твайлайт библиотеку (кажется, она так и не поверила, что у меня больше книг, чем у неё), сделал фотографию и видеозапись, на чем моя фантазия иссякла. Впрочем, они всё равно были впечатлёны.

— И все это без магии? — кажется, больше всего единорожку удивляло именно это. — Как это работает?

— У нас есть три выдуманных закона, они называются «законы Кларка», в честь писателя их сформулировавшего, — в этот момент я чувствовал гордость за человечество. — Третий из них гласит, что любая достаточно продвинутая технология неотличима от магии. Я, в принципе, могу расписать, как это работает, и даже показать схемы, в конце концов я этим зарабатывал на жизнь, но это займёт кучу времени, особенно учитывая, что в вашем языке даже нет нужных слов.

— А какие два остальных закона? — заинтересовалась Луна.

— Второй о том, что для, того чтобы распахнуть границы возможного, надо отважиться сделать шаг в невозможное, — в голове мелькнула мысль, что этот закон я уже применил. — А первый говорит, что если учёный говорит, что что-то в его области возможно, то, скорее всего, это возможно.

— А что это такое? — Спайк поднял с пола плеер.

— О! — я отложил планшет. — Твайлайт, помнишь, ты спрашивала про человеческую музыку? Это устройство называется плеер, это тоже маленький компьютер, но заточенный под одну задачу. Он хранит и даёт возможность послушать музыку.