Шаман

Таааак, я опять кому-то что-то должна? Спаситель и вся эта лабуда? Идите вы все на фиг!

-Вы поумерьте свои восторги и ответьте на вопрос: вы меня отпустите или нет?

-Конечно, я вас отпущу, – закивал, как китайский болванчик, Джером. – Если вам понадобилось изобретение моего друга, значит, это что-то нужное. Я все объясню королю, он поймет.

Какое облегчение, что все так помешаны на каком-то пророчестве. Вот и священник, который хотел меня сжечь в той злополучной деревне, тоже говорил про какое-то пророчество. Правда, тогда мне мало хорошего принесло чье-то предсказание.

-Ну, я пойду? – уточнила я, маленькими шагами продвигаясь к выходу.

-Удачи.

Стоит и улыбается. Меня аж дрожь пробрала. Блин, он бы еще ручкой помахал на прощание. Впрочем, это уже не важно. Я с самой доступной для моего тела скоростью неслась в сторону порта. Скоро отходит корабль, а я еще не на борту.

Вперед, спасать Сайкё! (опять)

За спиной у ГГ

Они пришли в движение. Аврелий только что приказал построить какое-то странное сооружение под предлогом скорого Праздника Творчества. Но Сергей был уверен, что это всего лишь ширма, за которой готовится призыв таинственного Владыки. Сайкё не знал, кто этот Владыка, но было понятно, что ничего хорошего его приход в этот мир не принесет.

«Где же ты, девушка Лу, почему не показываешься. Ты знаешь и понимаешь намного больше меня, поэтому нужна мне здесь»

Так думал шаман, стоя у окна своей комнаты и смотря на предпраздничные приготовления. Этот праздник уже давно превратился просто в традицию, потому что творчество почти умерло в этой стране. Но люди продолжали надеяться, что наступит время, и народ снова будет сиять вдохновением, будто ничего и не было.

На ступенях дворца показалась фигура короля. Он внимательно следил за строителями, а шаман наблюдал за ним.

-Я обязательно разрушу твои планы, Аврелий, – сжав кулаки, прошептал Сергей – Мне нужно вспомнить, и только избавившись от тебя, можно обрести былую память. Поэтому я все сделаю ради этого. Все.

Естественно, король ничего не услышал, но почувствовал чей-то обжигающий взгляд. Когда он посмотрел наверх, у окна уже никого не было.