Страница 35 из 103
- Спокойно, спокойно! В этом деле есть некоторые странные обстоятельства, которые необходимо прояснить. Фускуле, ты утверждаешь, что Сольдинк обещал тебе пять тысяч терциев за твоего червя, а потом швырнул твой плавникошлифователь в воду?
- Да, именно так я и говорил! - в ярости завопил Фускуле.
- Разве это правдоподобно? Сольдинк славится своей бережливостью! Он ни за что бы не предложил пять тысяч терциев за червя, который стоит самое большее две тысячи! Как ты объяснишь такой парадокс?
- Я червевод, а не специалист, по непонятным психологическим загадками, - пробурчал Фускуле. - Хотя теперь, по размышлении, мне кажется, что человек, назвавшийся Сольдинком, был на голову выше этого низкорослого поганца. На нем еще была странная шляпа в несколько слоев, и ходил он с полусогнутыми коленями.
Сольдинк возбужденно проговорил:
- Это описание подходит тому мерзавцу, который посоветовал мне пойти к Терлулии! У него была крадущаяся походка, и он назвался Фускуле!
- Ага! - обрадовался Пулк. - Обстоятельства начинают проясняться! Давайте найдем в клубе кабинку и займемся как следует нашим расследованием с кружечкой доброго черного пива!
- Неплохая идея, только в этом случае совершенно не нужная, - сказал Дрофо. - Я уже могу назвать имя виновника.
- У меня тоже есть догадка на этот счет, - присоединился к нему капитан Баунт.
Сольдинк обиженно переводил взгляд с одного на другого.
- Я что, один здесь такой недогадливый? Кто он?
- А что, есть еще сомнения? Его имя - Кугель.
Сольдинк прищурился, потом хлопнул в ладоши.
- Разумный вывод!
Пулк с мягким укором проговорил:
- Теперь, когда виновный найден, кажется, вы должны извиниться перед Фускуле.
Но Сольдинка все еще терзали воспоминания об оплеухах Фускуле.
- Когда он вернет мне шестьсот терциев, которые я заплатил ему за червя, тогда я подумаю. И не забывайте, это ведь он обвинил меня в том, что я выбросил его плавникошлифователь. Это он должен извиняться.
- Вы все еще в плену заблуждения, - покачал головой Пулк. - Эти шестьсот терциев получил Кугель.
- Возможно, и так. И все-таки я считаю, что необходимо провести тщательное расследование.
Капитан Баунт повернулся к собеседникам.
- Мне показалось, что я видел его несколько минут назад. Но он, похоже, уже ускользнул.
В действительности, как только Кугель сообразил, в какую сторону ветер дует, он тут же поспешил на "Галанте". Госпожа Сольдинк была в своей каюте, рассказывала дочерям обо всех событиях этого дня. Поблизости не было никого, кто мог бы помешать Кугелю сновать туда-сюда по кораблю. Он сбросил трап, снял швартовы с кнехтов, стянул заглушки с червей и положил в их корзины тройную приманку, после чего взбежал на шканцы и изо всех сил повернул штурвал.
В клубе Сольдинк жаловался:
- Я с самого начала не доверял ему! И все-таки кто мог бы вообразить такую всеобъемлющую порочность?
Бандерваль, суперкарго, согласился с этим суждением.
- Кугель, хотя с виду и кажется честным, на деле не кто иной, как мошенник.
- Теперь придется призвать его к ответу, - сказал капитан Баунт. - А это всегда неприятная задача.
- Вовсе не неприятная, - пробормотал Фускуле.
- Мы должны дать ему возможность оправдаться, и чем скорее, тем лучше. Я полагаю, что клуб подойдет для нашего собрания точно так же, как и любое другое помещение.
- Сперва нужно его найти, - заметил Сольдинк. - Интересно, где мог укрыться этот жулик? Дрофо, возьмите Пулка и поищите его на "Галанте". Фускуле, погляди в клубе. Не делайте и не говорите ничего, что могло бы спугнуть его, просто скажите, что я хочу задать ему несколько общих вопросов... Да, Дрофо? Почему вы еще не отправились выполнять мое поручение?
Дрофо указал в направлении моря. Его голос был, по обыкновению, грустным.
- Сэр, вы можете взглянуть на это сами!
Глава третья ОКЕАН ВЗДОХОВ
Красное утреннее солнце точной копией отражалось от темной морской воды.
Черви лениво перебирали плавниками - в их корзинах была положена половинная приманка; "Галанте" плавно, точно легкая лодка, скользил по поверхности воды.
Кугель проспал несколько дольше обыкновенного в кровати, в которой раньше нежился Сольдинк.
Команда "Галанте" бесшумно и спора работала на своих местах.
Кугеля пробудил стук в дверь. Зевая и потягиваясь, Кугель певуче отозвался: - Войдите!
Дверь открылась; в каюту вошла Табазинт, младшая и, пожалуй, самая миловидная из дочерей госпожи Сольдинк, хотя Кугель, если бы ему пришлось высказывать свое мнение, твердо стоял бы на том, что у каждой из них были свои несомненные достоинства.
Табазинт, которую природа наделила пышной грудью и крепкими округлыми бедрами, а так же до поры до времени стройной и гибкой талией, являла миру обрамленное копной темных кудрей круглое личико, а ее розовые губки были постоянно сжаты, точно силясь сдержать улыбку. Она принесла с собой поднос, который поставила на столик у кровати. Застенчиво оглянувшись, девушка уже собралась выйти из комнаты, когда Кугель окликнул ее:
- Табазинт, милая! Сегодня такое чудесное утро; я позавтракаю на свежем воздухе. Можешь передать госпоже Сольдинк, чтобы застопорила руль и немного передохнула.
- Как прикажете, сэр.
Табазинт забрала поднос и вышла из каюты.
Кугель встал с постели, смазал лицо душистым лосьоном, прополоскал рот одним из изысканных бальзамов Сольдинка, затем облачился в легкий халат из бледно-голубого шелка. Он прислушался... С межпалубной лестницы донесся топот госпожи Сольдинк. Через иллюминатор Кугель видел, как она прошла в свою каюту, которую прежде занимал главный червевод Дрофо. Как только она пропала из вида, Кугель вышел на среднюю палубу. Он сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, наслаждаясь прохладным утренним воздухом, затем поднялся на ют.
Перед тем как сесть за свой завтрак, Кугель подошел к гакаборту, чтобы взглянуть на состояние моря и оценить, как далеко продвинулся корабль. Со всех сторон от горизонта до горизонта была спокойная вода, в которой виднелось лишь отражение солнца.
След, тянущийся за кормой "Галанте", казался достаточно прямым свидетельство того, что госпожа Сольдинк на совесть управляла кораблем, а нос смотрел точно на юг.