Страница 14 из 103
Гонг все звенел и звенел, и наконец Кугель только лишь из одного раздражения пошел открывать.
Перед дверью стоял Сольдинк с неизменными Ринкзом и Джорнулком. Лицо Сольдинка было мрачнее тучи.
- Где Тванго? - прорычал он. - Мне нужно немедленно его видеть.
- Может быть, вы лучше придете завтра? - любезно предложил Кугель. Тванго пообедал и теперь спит.
- Плевать! Буди его, да поживее! Дело не терпит отлагательства!
- Не думаю, чтобы он захотел сегодня с вами встретиться. Он сказал мне, что крайне утомлен.
- Что? - взревел Сольдинк. - Да он, небось, пляшет от радости! В конце концов, он заполучил мои денежки, а мне взамен подсунул ящики с высохшей грязью!
- Быть того не может, - отрезал Кугель. - Мы приняли все меры предосторожности.
- Я не желаю слушать твои разглагольствования, - заявил Сольдинк. Сию же минуту отведи меня к Тванго!
- Я не могу тревожить его по пустякам. Всего доброго! - Кугель попытался захлопнуть дверь, но Сольдинк поднял такой крик, что появился сам Тванго.
- Что за дикие вопли? - спросил он недовольно. - Кугель, ты же знаешь, как я чувствителен к шуму!
- Разумеется, - с невинным видом ответил Кугель, - но господин Сольдинк, кажется, настаивает на демонстрации.
Тванго обернулся к Сольдинку:
- Что случилось? На сегодня мы закончили дела.
Кугель не стал дожидаться ответа Сольдинка. Как метко заметил Бильберд, настало время перемен. Он уже и так потерял целую уйму чешуи из-за этих двух мошенников, Йеллега и Малзера, но не беда. Еще больше чешуи ждало его в хижине Бильберда, и он должен быть вполне этим доволен.
Кугель поспешил в дом. Он заглянул в столовую, где Гарк с Гукином трудились над приготовлением ужина.
Очень хорошо, думал Кугель, просто отлично! Теперь ему нужно только отделаться от Бильберда, забрать мешок с чешуйками и смыться. Он вышел в сад, но Бильберда, против обыкновения, там не было.
Кугель подошел к его хижине и просунул голову в дверь.
- Бильберд?
Ему никто не ответил. Луч красноватого света, пробивавшийся сквозь дверь, осветил соломенный тюфяк садовника. В рассеянном свете Кугель увидел, что убогая хижина была пуста.
Оглянувшись через плечо, Кугель вошел внутрь и бросился к углу, где он спрятал свой мешок.
Мусор был разбросан по полу. Мешок исчез.
Из дома донесся шум голосов. Тванго позвал его:
- Кугель? Ты где? Подойди немедленно!
Стремительный и безмолвный, точно дух, Кугель выскользнул из лачуги Бильберда и спрятался в зарослях можжевельника. Тайком перебегая от одного укрытия к другому, он обогнул дом и вышел на дорогу. Он взглянул направо и налево, затем, не обнаружив никакой опасности, широким размашистым шагом направился на запад. Миновав лес и перейдя через холм, Кугель вскоре прибыл в Саскервой.
* * *
Несколько дней спустя, прогуливаясь по площади, Кугель случайно наткнулся на старую таверну "Железный Василиск". Когда он подошел ближе, дверь открылась, и на улицу вышли двое: один крепкий, с желтыми кудрями и массивной челюстью, другой - худой, со впалыми щеками, черными волосами и крючковатым носом. Оба были в богатых одеждах, двухъярусных шляпах, подпоясаны красными атласными кушаками и обуты в башмаки из тонко выделанной кожи.
Кугель, взглянув на них сначала один раз, потом другой, узнал Йеллега и Малзера. Каждый из них явно осушил бутылку-другую вина. Йеллег распевал балладу о море, а Малзер горланил припев "Тра-ля-ля-ля, плывем мы к земле, где маргаритки цветут по весне". Всецело занятые тем, чтобы не сфальшивить, они прошмыгнули мимо Кугеля и, не глядя ни налево, ни направо, побрели по площади в направлении следующей таверны, под названием "Звезда Севера".
Кугель пошел за ними, но отскочил, напуганный грохотом приближающихся колес. Великолепная карета, запряженная парой горячих скакунов, повернула в сторону в дюйме от него и укатилась по площади. На седоке был черный бархатный костюм с серебряными эполетами и огромная шляпа с изогнутым черным пером. С огромным трудом Кугель узнал в этом важном господине Бильберда, бывшего садовника из Флютика. Кугель мрачно пробормотал себе под нос:
- Да, новая карьера Бильберда, которую я так щедро обещал профинансировать, обошлась мне гораздо дороже, чем я предполагал.
На следующий день рано утром Кугель вышел из Саскервоя по восточной дороге. Он переправился через холмы и спустился к Шенгльстоун-стрэнд.
Рядом в свете первых солнечных лучей возвышались причудливые башни Флютика, отчетливо вырисовывавшиеся на фоне еще темного севера. Кугель окольным путем приблизился к дому, прячась за кустами и прижимаясь к ограде, постоянно останавливаясь, чтобы прислушаться. До него не донеслось ни звука; в воздухе висело ощущение полной заброшенности.
Кугель осторожно обошел дом. Вдалеке замаячил пруд. В его центре в железном ялике, ссутулившись и опустив голову, сидел Тванго. Кугель смотрел, как он потянул за веревку; из глубины показался Гарк с небольшим ведерком ила, которое Тванго вылил в бадью.
Затем он вернул ведро Гарку, и тот, вздрогнув, снова нырнул в ил. Тванго потянул за вторую веревку и выудил Гукина с другим ведром.
Кугель отступил к темно-синему кусту дикого винограда. Он разрыл землю под ним и, используя сложенную в несколько раз тряпку, чтобы защитить руки, вытащил "Нагрудный разбивающий небеса фейерверк".
Затем он вернулся, чтобы в последний раз взглянуть на пруд. Бадья была полна до краев. Гарк и Гукин, две маленькие уродливые фигурки, облепленные грязью, сидели на разных концах ялика, а Тванго дергал за натянутую над прудом веревку. Кугель еще немного посмотрел, затем повернулся и пошел назад в Саскервой.
Глава вторая ПОСТОЯЛЫЙ ДВОР "У ГОЛУБЫХ ЛАМП"
Когда господин Сольдинк вернулся во Флютик за пропавшими чешуями, Кугель решил не принимать участия в расследовании. Он немедленно покинул Флютик и направился на запад к Саскервою.
Через некоторое время Кугель остановился, чтобы прийти в себя. Горько было у него на сердце. Благодаря вероломству его собственных подчиненных у него остался не мешок с чешуйками, за которые он мог бы выручить уйму денег, но всего лишь жалкая горстка "обычных" и одна "особая", правда, совершенно исключительного качества: "Скуловой Астрангал". Самая ценная чешуйка из всех, "Нагрудный разбивающий небеса фейерверк", осталась лежать в надежном месте в саду Флютика, но Кугель надеялся сохранить ее только потому, что она была так нужна Юкоуну, Смеющемуся Магу.