В том гробу твоя зарплата. Трудовыебудни

Я дождалась, когда звуки стихнут, и пошла вдоль дороги, прислушиваясь. А вот и корявое дерево. Я сюда привозила покупателей три раза. Грех не запомнить!  В темном сумраке возвышался немного обветшалый особняк.  Я зашла в сад и закрыла за собой калитку. В саду пахло розами. Розы напоминали мне о том, что где-то далеко меня ждут. Наверняка ждут.  Я так хочу верить, что меня ждут….  Если не сам Абель, то теплая ванна, мягкая постель и еда! Да! Я подошла к двери с ржавым замком. Ха! Он и раньше плохо открывался, а в последний раз я его случайно сломала, когда закрывала.  Ладно, полезем в окно. Тем более, что я уже так два раза в жизни делала, когда замок заклинило. По совету одного хорошего «друга». Интересно, ждет ли меня мой «друг»? Ищет ли меня? Прикрыв за собой створку и вытерев кровь с подоконника, я поднялась на второй этаж и выбрала комнату для ночлега с таким расчётом, чтобы было видно все, что происходит на подступах к дому.  Закрывшись на замочек изнутри, я прикинула пути к отступлению, забаррикадировала дверь и улеглась на старую софу, вытянув исцарапанные и уставшие ноги.

Я проснулась от того, что к дому подъехала карета. Какие-то странные личности вылезли из нее и стали шастать вокруг. Одна странная личность подергала замок.

- Ее здесь нет! Дверь закрыта! – раздались голоса внизу. Хорошо бы знать, кто это? Было бы глупо выбежать навстречу с криками: «Я здесь!», а потом угодить в лапы тех, кто страстно желает обеспечить мне долгую и мучительную смерть.

- Нас ищут! – гордо заметил и тараканы, провожая взглядами карету, несущуюся на всех парах куда-то в сторону Столицы.

- Проникновение в чужую собственность сурово карается по законам Криора, - заметил таракан-инвалид.

- Давайте сначала домой доползем, а потом предстанем перед суровым правосудием! – заметили другие, - В силу обстоятельств нас будут допрашивать с пристрастием и страстью, а потом приговорят к постельному режиму. И лично проследят за тем, чтобы мы его соблюдали. На милосердие правосудия рассчитывать не придется.

Я попыталась уснуть, и у меня это получилось, не смотря на легкий голод. Мне грезилось, что меня обнимают и целуют… Нежно-нежно… Как мне сейчас этого не хватает….Дом скрипел, а я вздрагивала от каждого шороха. Даже сон досмотреть не удалось… Вот так всегда, на самом интересном месте… Я продрала глаза, сонно поднимая голову, осматриваясь и зевая. На улице немного посветлело. Утро. Боже, как все болит! Каждая царапина невыносимо ноет. Интересно, я смогу идти? Ох, какое же отвратительное утро!

Я осмотрела грязные ноги, вытащила из левой ступни огромную колючку. Развернув повязку на руке, я убедила в том, что кровь свернулась. Дико хотелось пить, но воды поблизости не было. Надо дождаться, пока стемнеет, и тогда снова отправится в путь. Пока что можно еще немного вздремнуть. Подобрав под себя ноги, свернувшись калачиком, я снова погрузилась в сон.

Разбудил меня шум кареты. Осторожно выглянув в окно, я снова увидела каких-то мрачных типов, которые шныряют по округе. Они снова дергали замок, проверяли окна, раздвигали заросли так, словно я пять минут назад скинула им ключи. Но окно я плотно закрыла. Раздались крики. Судя по всему, они увидели мою кровь на ступеньках.

- Она была здесь! – заорал упырь, стирая кровь платком, - Срочно прочесывайте окрестности! Если она ранена, то не могла далеко уйти! Найти ее! Он обещал за нее такие деньги, что вам и не снились! Живо!

Дальше я не расслышала. Сознаться честно, то меня подмывало вылезти из убежища. А вдруг это - свои? Интересно, чья фирма платит? Кто официальный спонсор моих поисков? Судя по тому, что я убила единственного наследника огромного состояния, его папик тоже не сидит, сложа руки. Так что лучше не высовываться.

- Сиди и не шевелись! – предупредил таракан-инвалид, - Не хватало еще рисковать! Ты и так вон, одного упыря уложила! Посмотрим, как твой «друг» будет тебя вытаскивать и отмазывать! Тоже мне, Баффи выискалась! Что-то я уже мало кому верю…

Я выдвинулась в путь только тогда, когда окончательно стемнело. Я дошла до развилки и двинулась в сторону Криора. Открытую местность я старалась пройти как можно быстрее, а вот среди деревьев я могла идти не спеша. Приходилось часто отдыхать. Я нашла какой-то ручеек, перекрестилась и попробовала воду. Вроде нормальная. Надеюсь, что это – не выход городской канализации.  Ладно, пьем. Полегчало, честно слово. Я вымыла ноги, вытащив из них шипы и колючки, умылась и стерла кровь с рук. Было холодно, но ничего, прорвемся. «Лена! Ты почему босыми ногами по полу ходишь? А ну-ка быстро надела носки! А то детей не будет!» - раздался в голове строгий мамин голос. «Прости мама, если доктор сказал, что не дано, значит не дано! А все попытки, включая операцию – просто выкачка денег». Я стиснула зубы, стараясь не думать об этом. Я отгоняла эти мысли, словно назойливых мух.

До Криора оставалось еще километров десять. Об этом мне рассказала старая табличка. Я передохнула и двинулась дальше. Холода я уже почти не чувствовала. Только усталость. Безграничная усталость и отчаяние.  Я читала про себя все стихи, которые удавалось вспомнить.

- …надо мною, кроме твоего взгляда… не властно лезвие ни одного ножа… завтра забудешь, что тебя короновал… что души … тьфу ты… душу… цветущую…  любовь… выжег… - задыхалась я, хватаясь за бок.  Я облокотилась о дерево и сползла вниз.