В том гробу твоя зарплата. Трудовыебудни

Я откинула голову, наслаждаясь тишиной и одиночеством. Дверь я предусмотрительно закрыла изнутри. Вода была уже цвета «Каркаде». Еще бы! Здорово меня отделали! Хоть челюсть не сломали. Ничего, сейчас пройдет. По телу прошла волна озноба, а потом я почувствовала такое умиротворенное спокойствие, что мне даже не захотелось вылезать. Не хватало свечек и «Энигмы». Я лежала и смотрела в потолок, а потом почувствовала, что засыпаю от усталости. Надо бы вылезти, вытереться и заползти под одеяло, но было так лень это делать, что я решила пока полежать в остывающей ванной.  День был трудный, но я его пережила.

Я почувствовала пощечину на лице, потом вторую. Открывать глаза была так тяжело, что я даже не подумала этого делать. Пусть хоть с барабаном вокруг ходят и из ружья стреляют. Только не в меня.

- Оставьте меня в покое… -  простонала я, - Дайте человеку поспать…

- Простыню и полотенце, живо! – слышала я голос. Я почувствовала, как из воды достают мою руку и как ее чем-то сдавливают. Внезапно я почувствовала, как на меня сверху упала какая-то простыня.

- Дверь открыть! Всем сделать шаг назад. Шаг назад, я сказал! Встать вдоль стены! – меня положили на кровать.

- Воду спустить! – я краем уха слышала цыканье,  - Вон отсюда! Стоять и ждать внизу. Построиться и стоять вдоль стенки, пока я не приду!

Еще одна легкая пощечина, и я сумела приоткрыть глаза.

- Сударыня, Ваше желание умереть меня просто поражает. Но смею разочаровать. Не в моем доме! Если вам так хочется, то отползите от него подальше и умирайте там со спокойной совестью. Желательно отползти подальше от Криора. Сколько сможете. Я не настаиваю, чтобы вы преодолели несколько десятков километров ползком, но если вам удастся, то я буду вам премного благодарен, - раздался хриплый голос.

- Причем здесь, умереть? – спросила я, едва шевеля губами, - Я не собиралась умирать… С чего вы взяли?

- Тогда можно считать случайным совпадением открытую рану, горячую воду, закрытую изнутри дверь и толпу цыкающих слуг, столпившихся возле нее? Можете сами посмотреть. Там под вашей дверью целая лужа слюней набежала. За ручку браться противно! – заметил фюрст, демонстративно вытирая руку о мое одеяло, - Значит, так. Ко всем правилам добавляется еще одно. Дверь держать открытой. Всегда.

- Настежь? – прошептала я, глядя на кровавые пятна на полу и простыне.

- Настежь, - последовал ответ, - Я не собираюсь ее выламывать второй раз.

- Я хотела вас спросить… Вот вы меня укусили… Я теперь стану вампиром? – с омерзением спросила я.

- А если вы укусите меня, то я стану человеком? - спокойно со свойственным одному ему пессимизмом в голосе поинтересовался Эдлер, - Нет? Какая жалость. А я уже начал надеяться. Зачем же меня так разочаровывать?

Я размотала повязку и увидела, что кровь свернулась. Он молча встал и вышел из комнаты, оставив дверь открытой. Настежь. Я завернулась в одеяло и попыталась уснуть, но попробуй уснуть, когда внизу идет допрос с  маниакальным пристрастием.

«К стенке!» - раздался спокойный голос. Сомневаюсь, что он решил устроить перестановку и предлагает задвинуть комод «к стенке».  В тишине слышались  одинокие шаги и постукивание трости, - «Почему не сообщили, что дверь закрыта изнутри? Шаг вперед!»

«Я не думал, что…» - дальше я не расслышала.

«Почему так долго искали ключи?» - раздался знакомый голос.

Опять бормотание.

«Это – твоя обязанность! Ты должна была помочь ей раздеться!» - трость ударила о пол, - «Еще раз я услышу цыканье в моем присутствии - пеняйте на себя. Все понятно? Разошлись!»

За все это время он ни разу не повысил голос. Не знаю,  чем закончилось собрание «у стенки», но филиал местного гестапо закрылся. Надеюсь, что окончательно, а не на обеденный перерыв.

Я мысленно выписала каждому, кто когда-либо имел дело с Эдлером, премию и молоко за вредность. Перед глазами появилась вакансия в Магистрате. Расстрельная должность. Обычно про таких людей говорят: «Бедные его близкие! Они, наверное, дома по стеночке ходят, и слово боятся поперек сказать!».

Проснулась я, как ни странно, когда на улице было темно. На столике стояла еда, которую я быстро съела. Коробки с моей одеждой стояли рядом с кроватью. Я взяла первую попавшуюся и открыла. Застегнув платье и расчесав волосы, я взглянула на себя в зеркало.

- Вы проспали почти сутки. Хозяин хочет видеть вас, - сказала упырица. Я вздрогнула. Она цыкнула. Ага, и желательно живой и здоровой. Еще бы не проспать сутки после такого увлекательного корпоратива со всеми вытекающими из меня последствиями.

- Я провожу вас, - вздохнула она, поглядывая на меня искоса.

В комнате, куда меня отвели, было темно. Тихо и темно. 

- Проходите и присаживайтесь. Я хочу поговорить с вами, - раздался голос. На столе лежала плитка шоколада. Обертки не было, зато на фольге лежала мозаика из кусочков.