Страница 33 из 162
В дверь вошла улыбчивая вампирша, увидев меня с буклетом, она бросилась ко мне и вырвала их у меня из рук:
- Выбросьте эту гадость! Они еретики! Даже не думайте вступать туда! – заорала она.
Я была немного обескуражена, глядя на то, с каким удовольствием она уничтожает эти религиозные тексты и бросает на пол обрывки.
- Простите, вы хотите приобрести недвижимость? – поинтересовалась я, осторожно делая шаг назад.
- Да, мы подумываем приобрести большой особняк, чтобы переоборудовать его в молитвенный зал! Я поговорю с главой нашей церкви, чтобы он обратился к вам. Кстати…. Вы верите в кровососедство? Я – кровососед каждого дня! – произнесла упырица, цыкая зубом, - Давайте я расскажу вам о «кровососедстве»?
На стол легла красная брошюрка с сердечком, из которого капает кровушка.
- Спасибо, я кровотеист! - выдохнула я, открывая входную дверь и намекая, что никуда вступать не собираюсь. Худшее, куда я могла вступить, я уже вступила.
Все основные постулаты «кровососедства» можно было изложить одной фразой: «Соси и кайся!» То есть сосать кровь – это греховно, однако если после этого оплакать своего несчастного донора - кормильца, то грех будет искуплен. Поели – поплакали крокодильими слезами и снова поели. Жизнь удалась.
В пять часов заглянул какой-то упырь и сунул мне в руку листовку. На листовке была изображена пара, очень смахивающая на героев «Сумерек» и красовался лозунг: «Пейте кровь животных!». Я, конечно, помню, что «бедная овечка» полюбила «льва-мазохиста», но чтобы настолько буквально… Короче, для кого –то «Сумерки» - кулинарная книга.
«Мы бедные овечки, никто нас не сосет! Мы таем словно свечки, кто же нас спасет?» - пропел Трус. Остальные тараканы взглянули на него очень нехорошими взглядами. Я молча дописала на бумажке, прикрепленной к моему столу «я - кровотеист!».
Часы пробили восемь. Я осторожно взглянула на дверь. Никого. Обиделся, наверное. Фух… А то встреча обещает много незабываемых, как первый поход к стоматологу, впечат…
Дверь открылась. На пороге появилась знакомая фигура. Вальяжно раскинувшись в кресле, он швырнул на стол какую-то брошюру.
- И вы туда же? – вяло поинтересовалась я вместо приветствия.
- Это было вложено в дверь, - мрачно бросил упырь. На брошюре значилось «SOS! Причащение кровью еще живой жертвы – путь к покаянию и просветлению!».
Повисла неловкая пауза.
- Итак, на чем мы остановились в прошлый раз? – спросил упырь, доставая первый попавшийся альбом, - Вы не помните?
-Мы остановились на «большом человеческом спасибо»! – вздохнула я, присаживаясь рядом. Он промолчал, равнодушно перелистывая страницы.
- Простите, а как вас зовут? – поинтересовалась я, глядя на его профиль. Честно, мне было как-то неловко перед ним. Кормить меня в его обязанности явно не входит.
- Абель, - ответил моральный садист, листая каталоги, - Итак, я мысленно уже приготовился к худшему, осталось только выбрать к чему…. Хм… Как на счет вот этой усадьбы? Кладка позорная, колонны – пошловаты, статуи в саду выглядят отвратительно, словно их делал слепой безрукий скульптор верхними резцами. Судя по всему, вырезал он всю семью. В переносном смысле…. а может и в буквальном. Если ему не заплатили. И это – не просто статуи, а надгробия.
На картинке, словно садовые гномы посреди растительности, торчали разнокалиберные статуи из белого мрамора. Взрослые и дети имели одно и то же умственно отсталое выражение лица, из чего следовало, что все они – родственники.
- Как вы думаете, это - страшненькая девочка или симпатичный мальчик? – поинтересовался гость, показывая на статую какого-то упыренка.
Свои догадки я решила держать при себе и просто пожала плечами, не вникая в гендерные различия «садовых вампиров».
- Завтра в полдень, - бросил клиент, протягивая мне альбом и криво усмехаясь. Нет, он определенно вампир. Я видела его клыки. Были у меня подозрения, что он – человек, но теперь они отпали.
Вампир молча встал и вышел за дверь.
***
В полдень, когда все разошлись, а кто-то, я имею в виду директора, даже не появлялся, за мной приехали. Дед снова спал, пуская слюни и шепча: «Я поцелую тебя, моя сладкая проказница …. туда, куда тебя еще никто не целовал! Ой! А шею ты …. когда последний раз …. мыла? Ах ты, грязнуля …. Помой-ка сначала шею, а уже потом подставляй!»