В том гробу твоя зарплата. Трудовыебудни

Нет, конечно, здесь были музыканты. И неплохие. В большом зале играет очень красивая музыка, так что не надо думать, что все упыри считают рояль – тумбочкой и постелью. Не все. Но считают. Впрочем, как и люди. Понты, они и в Сумрачном мире – понты. Так что в мастерской по изготовлению музыкальных инструментов, которая находится в трех кварталах от «Кровавых уз», всегда есть клиенты. Я однажды туда заходила. Сначала мне попытались продать скрипку. Потом поинтересовались, умею ли я петь? Я ответила отрицательно. Тогда мне предложили валторну, но оценив мое хлипкое тельце,  продавцы сделали вывод, что я не потяну валторну и сбегали за флейтой. Агрессивный у них маркетинг. Еле ноги унесла.  Чуть гобой со скидкой не купила, лишь бы отстали.

Играла я самозабвенно, с удовольствием, глядя на вытягивающиеся лица упырей. Судя по тому, что количество «слушателей» росло, увидеть человека – это одно, а увидеть человека за роялем – совсем другое. Это то же самое, в их понимании, что поющая хаски и рисующая макака.

- Я понты не лимоню! – гордо выдал таракан-инвалид, положив лапку на сердце, - Мне за весь род людской обидно!

Я краем глаза следила за реакцией зрителей, которых становилось все больше и больше. Какая-то упырица слева, одна из той компании, которая «каталась на рояле», хотела выплеснуть мне на белое платье кровь из своего бокала. Но молодой упырь в красном ее остановил, мол, ты знаешь кто это? Лучше не рискуй. Закусив губу острым клыком от досады, она осушила бокал, с ненавистью глядя на то, как я играю.

И тут я увидела, что крышка, которую «держал» молодой упырь в белом, умостившись слева, резко опускается вниз, мне на руки.  Но не тут то было. Она не упала мне на пальцы. Кончик трости удержал ее и вернул на прежнее место.

- Простите, фюрст, я ее случайно зацепил… Мои извинения,- с поклоном  произнес молодой упырь, с досадой глядя мне за спину и отходя подальше. Абель подал мне руку, помогая мне встать.

- Пойдемте. Здесь вам больше делать нечего. Концерт окончен.

Слушатели поцыкали и пошли обратно к фонтану, обсуждая увиденное и услышанное.

- Мне стало обидно, что они ведут себя, как свиньи, считая людей каким-то мусором, - мрачно буркнула я, вспоминая вытянутые от изумления лица.

- И вы решили метать бисер перед свиньями? – усмехнулся Абель, - Ну что ж. С них вполне достаточно. С вас тоже. Дома наиграетесь всласть.

Нас проводили в «нашу» комнату. Я шла и думала, у кого больше неприятностей. У меня из-за него или у него из-за меня? По предварительным подсчетам получалась «ничья». Но я себе подсуживала.

Комната была выполнена в стиле «элитный бордель». Алые стены, алый потолок, алые шторы, алый балдахин над кроватью. Пол, как ни странно, был черным. Мебель тоже была черной, кроме софы с каким-то эротичным изгибом и пары кресел. Было у меня такое чувство, что кто-то недавно ходил по комнате и думал:

- Стоп! А вот здесь – пустое место! Срочно несите тумбочку! И стул захватите! Мы его к стеночке придвинем. Отлично! Просто великолепно! Наш девиз прост – свободного места быть не должно. Чем больше мебели, тем лучше!

Коробки с нашими вещами стояли возле столика. Я чувствовала себя неловко.

- Абель, может быть мне стоит спать отдельно? – робко спросила я.

- С чего это вдруг? – раздался ответ, - Вернер не может навести порядок в своих владеньях, а вы думаете, что в его доме будет безопасно? Итак, здесь две ванные комнаты.  Ваша и моя. Выбирайте любую. Ах да, подойдите сюда. Сейчас я расшнурую ваше платье.

Корсет ослаб, и я выдохнула с явным наслаждением. Да, за этот глоток воздуха я в неоплатном долгу.

- Будете должны, - усмехнулся Абель, снимая с себя камзол и бросая его на спинку кресла.

Схватив полотенце, я ломанулась в «свою» ванную. Отмокала я долго, с явным наслаждением, чувствуя, как вино вместе с кровью растекается по моим венам.

Когда я выползла оттуда, Абеля еще не было в комнате.

Дверь открылась, и на пороге появились вальяжные, как господа, слуги. Один из них извлек какую-то скатку и стал раскатывать ее на полу, а потом достал подушку и бросил сверху. Я молча смотрела на них, глядя, с каким усердием они расправляют лежанку.  Они не обращали на меня никакого внимания. Служанка опустила какую-то миску на пол. Было у меня такое ощущение, что сейчас сюда прибежит радостный песик и будет кушать, довольно похрюкивая.

- Твой хозяин сказал, что ты будешь спать здесь!  – лениво заявила служанка, закрывая за собой дверь. Слова явно адресовались мне.

Тараканы закашлялись. Один из них забился в истерике.

-А «наш хозяин» не боится, что мы нагадим ему сначала в душу, а потом в сапоги? – заметили они, - Привет Ренелю!

- Ты вслушайся в эти слова: «Твой  хозяин сказал, что ты будешь спать здесь!» - счастливо заявил таракан – инвалид, - Ты только вслушайся! Я всегда знал, что он о нас думает на самом деле!  Давай, человек, осваивай коврик! Твой драгоценный Абель сказал, что ты будешь спать на нем! Он так сказал! Это не я придумал! Ты сама это только что слышала своими ушами! Я ведь ни слова не прибавил… Процитировал все, как есть…