Страница 37 из 58
— Нет, она сделала все сама, только попросила постоять на стреме Уилла, я же отказался, — из груди Лео вырвался тяжелый вздох.
— То есть тебе понятно, о чем речь? — я вопросительно подняла бровь.
— Да понятно, — он отвел взгляд в сторону. — Я не собирался больше участвовать в этой бабской глупости. Элизабет уже помешалась на своем Ридде. Даже из женщины можно натренировать хорошего бойца, вот только мозги ей заменить невозможно. Там одна розовая лужа… — Она собиралась сделать что-то еще? — я намеренно проигнорировала его высказывание о женских мозгах.
— Собиралась… — Гадриель кивнул. — Но я умываю руки. И шантажировать ей себя не позволю. Пусть выдает меня, если такая злобная… — он явно собирался высказаться грубо об Элизабет, но сдержался.
— Это все? Больше нет никаких тайн? — уточнила я.
— Все, — теперь парень посмотрел мне в глаза, и я поверила ему.
— Хорошо, спасибо, что поделился, — я подавила вздох. — Пошли в аудитории, пора начинать лекцию… Элизабет на занятие так и не вернулась. А вот Дерек впал в уныние и почти не реагировал на мои объяснения по теме. У меня самой внутри было все натянуто от напряжения, а из головы не выходила информация, которой поделился со мной Лео Гадриель. И я не могла решить, что с ней делать. Доложить ректору? Это значит вновь заставить его решать мои проблемы. Опять же все это косвенно было связано с Дейдарком, которого только вчера уволили. Из-за меня. Наверное, еще чуть-чуть, и Итана Мадейро начнет трясти при виде моей проблемной персоны. А мне так не хотелось снова испытать на себе его недовольство! Оставалось разбираться с Элизабет самой.
Когда все мои лекции были закончены, я решила ее поискать. Но первым, будто нарочно, встретила Дерека Румона. Он сидел на своем любимом месте у озера Исцеления и бросал в него мелкие камешки.
— Грустишь из-за Элизабет? — я подошла ближе.
Дерек через силу кивнул:
— Я догадывался об этом, но не хотел верить. Оказывается, это больно… Узнать такое.
— Я не знаю, что тебе сказать, чтобы утешить, — призналась я. — Если только то, что все проходит… И даже сильная боль притупляется.
— Думаете, у меня нет больше шанса? — вдруг спросил он.
— Думаю, шанс есть всегда, — ответила я.
— Спасибо, — Дерек улыбнулся. — За поддержку… Но вам тоже сейчас нелегко. Извините.
— Не за что, — я покачала головой. Затем спросила осторожно: — Ты не знаешь случайно, где сейчас Элизабет? Мне с ней надо поговорить…
— Я видел, как она пошла туда… — Дерек махнул в сторону тренировочной сферы, затем посмотрел на меня с опаской. — Хотите с ней разобраться?
— Для начала просто поговорю, — вздохнула я. — Предпочитаю решать дела миром, а не войной.
Конечно, на разговор с Элизабет я шла не без волнения, но надеялась, что мне удастся до нее достучаться.
Зал тренировок в этот час был пуст, не считая одинокой фигуры, танцующей по его центру с копьем. Элизабет заметила меня сразу, только я приоткрыла дверь, и остановилась, поставив копье прямо перед собой. Ее воинственный взгляд прожег меня насквозь.
— Давай отбросим эмоции и решим, как будем сосуществовать дальше, — произнесла я.
— Это все, что ты можешь сказать? — зло фыркнула Элизабет. Субординацию она, естественно, соблюдать не собиралась. Теперь она отбросила формальности и видела во мне только женщину. Соперницу.
— А чего ты от меня ждешь? — я выдержала ее взгляд. — Это не я заварила все это. Не я возненавидела тебя ни за что, ни про что. Не я мстила тебе мелко и низко. Опять же ни за что.
— Ни за что? — глаза Элизабет угрожающе сузились. — Да ты только появилась в Академии, все сразу стало катиться в бездну!
Ее движения были слишком быстрыми, чтобы я успела их предугадать. Силовая волна сбила меня с ног и протянула по скользкому полу с десяток шагов.
— Ты с ума сошла? — выкрикнула я, опомнившись. Трудно сказать, чего сейчас во мне было больше: испуга или возмущения.
— Явилась, словно прямиком со светского приема! — меня хлестнуло воздухом по щеке. — Ухоженная, надушенная, в красивом платье и драгоценностях! Откуда ты такая вообще взялась? Откуда, а?! Все внимание теперь было к тебе! Все о тебе говорили, все! Парни обсуждали, заключают дурацкие пари… Мужчины как один слетались точно пчелы на мед! — взгляд Элизабет стал еще злее и безумней. — Я — единственная девушка в Академии, никогда не получала столько внимания!
— Элизабет, в тебе сейчас говорят эмоции, — я постаралась говорить вкрадчиво, как с раскапризничавшемся ребенком, и между тем медленно поднималась на ноги. — Надо успокоиться, понимаешь?
— Нет! — с яростью выплюнула та.
— Но я ничего не сделала, чтобы заслужить такую ненависть! Ты хоть себя слышишь? — в моем голосе все же проскочило отчаяние.
— Ты отобрала у меня Дейдарка!
— Да как ты могла его полюбить? Этот эгоиста? Ты его совсем не знаешь!
— Зато ты, видимо, хорошо знаешь! — на этот раз в меня полетело то самое копье, но я все же успела увернуться, острие лишь задело локоть, распоров рукав и расцарапав кожу.
Теперь мне стало по-настоящему страшно: эта сумасшедшая девица, похоже, решила меня убить. Я сжала раненый локоть, изо всех сил терпя боль. Копье тем временем само вернулось к Элизабет, и, кажется, она собралась использовать его еще раз.
Замах, бросок… Однако копье внезапно зависло в воздухе, затем с грохотом упало на пол.
— Элизабет Майлз, — голос ректора в наступившей тишине прозвучал зловеще. — Вас ждет серьезное наказание, вплоть до исключения из Академии. Я не буду даже спрашивать, что здесь происходит. Мне достаточно того, что я успел увидеть.
Я чуть не вскрикнула, когда он, повернувшись к Элизабет, вдруг приподнял свои очки. На лице девушки отразился страх, но в следующий миг оно лишилось всякой мимики, а взгляд остекленел. Руки безвольно упали вдоль тела, о том, что она жива, напоминала лишь мерно вздымающаяся грудь.
Ректор тем временем вернул очки на место и направился ко мне. — Как вы? — спросил обеспокоенно. — Вы ранены?
Я посмотрела на него растерянно:
— Что вы с ней сделали?
— Ничего особенного. Успокоил на время. Что у вас там? — он протянул было ко мне руку, но в последнюю секунду так и не прикоснулся, словно передумал.
— Не думаю, что что-то серьезное, — тихо отозвалась я и отняла руку.
Однако на месте, которое задело копье, не было и следа, даже царапины. И боль исчезла. Что же это такое? Не могло же мне показаться. Что меня ранили?
— Действительно, ничего, — в тоне ректора послышалось облегчение. — Это хорошо. Если с вами и правда все в порядке, отправляйтесь ко мне в башню, я скоро подойду. Только определю курсантку Майлз туда, куда следует. А потом вы мне все расскажете.
Глава 22
— Что же произошло между вами и курсантом Майлз? — ректор открыл двери своего кабинета, пропуская меня внутрь. Жестом пригласил сесть.
— Как оказалось, она испытывает ко мне… неприязнь с первого дня, — ответила я.
— Неприязнь? — в голосе Мадейро проскочила ирония. — Из-за нее она вас едва не убила?
Я вздохнула.
— Она невзлюбила меня, потому что… ревновала ко мне Дейдарка. Оказывается, Элизабет была влюблена в него, — от волнения я не знала, чем занять руки, поэтому принялась теребить тесьму на мантии. — И сегодня я случайно узнала, что это она попросила тогда Гадриеля и его друзей украсть мою одежду… А вчера она каким-то образом смогла пробраться в мою комнату и испортить мой гардероб. Все обошлось! — поторопилась уточнить я, заметив, как при этих словах подобрался ректор, явно собираясь возмутиться. — Платья спасли.
— Почему вы не сообщили о вчерашнем происшествии мне? — все же спросил он.
— Не хотела вас отвлекать из-за таких мелочей…
«А еще пришлось бы выдавать Фреда и признаваться в соучастии».