Страница 43 из 63
Мне рассказала лилия долин... - 40
Ренсинк Татьяна
***
Осень с летом снова спорят,
Кто главнее, кто нужней,
Так и мы с тобою в ссоре,
В плену вечном у страстей.
Не догонит ветер правды,
Истина укроется,
Нет меж нами пониманья,
Без конца нам спорится.
Поступила не по праву,
Наложила сама крест,
Убеждаюсь, и не мало,
Что любви дороже нет.
Не простишь ты, и не надо,
Заслужила это я,
Нет меж нами пониманья,
Без конца нам спорится.
Может что-то и поможет,
Может как-то повезет,
Может правда и откроет
Нам глаза, и все пройдет.
Только снова я страдаю,
Снова буря-ураган,
Снова я тебя встречаю,
Только в снах еще пока.
Экипаж несли резвые кони, которыми управлял единственный кучер. Из окна экипажа время от времени выглядывала девушка, одетая в черное платье. На голове ее была белая шапочка с заостренными концами, которые были чуть приподняты вверх.
Девушка молчала и любовалась красотою вокруг. Никого вокруг. Лишь равнины, иногда холмы. Проехали и прекрасные предместья, мимо фабрик и загородных домов. А равнины, раскинутые поля — усеяны пасшимся скотом. Дорога шла порой по высокой насыпи, а потому можно было глазами «обнимать весьма обширное пространство».
Часто встречались и ветряные мельницы, превосходно устроенные, поскольку голландцы «механике мельниц обязаны своим существованием». Мельницы встречались и около плотин, да находились в беспрестанном движении.
Выглянув из экипажа вновь, девушка обратила свою заинтересованность на одну из мельниц, которая стояла поближе и на которой виднелась надпись: «A
o 1682».-Как она стара, а так прочна! - восхитилась девушка и поправила на себе шапочку.
Это была Варя. Глаза ее так и кричали о переживаниях в душе, но сияли рвением поскорее добраться к цели. Когда извозчик сообщил, что прибыли, Варя попросила остановиться и вышла, отдав ему из своего мешочка несколько монет.
Еще некоторое время стояла Варя на холме и смотрела на раскинутый за рекою красивый городок со сказочными башнями, изумительными мельницами и чужой жизнью.
- Вот и Арнэм. Где-то здесь, - тяжело вздохнула она.
Варя поплелась к причалу, откуда отплывали время от время лодки, переправляющие людей на другой конец берега — в город.
Вскоре и она дождалась очереди, заплатила перевозчику да вскоре ступила на дорожку, ведущую к возвышающейся на площади церкви.
Прогулявшись вокруг нее, Варя остановилась и, держа перед собою маленький мешочек, просто ждала, а пока что разглядывала пугливыми глазами все вокруг и всех.
Простоять пришлось ей долго, пока наконец-то прибывшая карета не позвала ее по имени супруга и не увезла на окраину в небольшой дом. Там все говорили на голландском, которого Варя не знала. Однако, сам хозяин на французском еще долго что-то объяснял ей, находящейся словно в полусне от усталости и тревоги. Понимая, улавливая что-то из его слов, Варя лишь кивала.
Когда ее провели в маленькую комнатку и оставили одну, она, так и держа свой мешочек, прижимая его все крепче к груди, просто села на краю кровати и разрыдалась...
Ранним утром, проснувшись от глубокого сна, Варя умылась от стоящего у окна таза с прохладной водой и вытерлась висевшим на стуле полотенцем. Расправив платье и одев сползшую с головы на подушку шапочку, она встряхнула распущенными локонами и взяла лежавший на полу у кровати свой мешочек.
Присев на мгновение и заглянув на спрятанную там книжку, Варя прошептала со вновь навернувшимися слезами:
-Да хранит нас с тобою Бог, милая моя лилия долин.
Варя прижала мешочек с книжкой к груди и вышла из комнаты. Мрачный и длинный коридор показался ей длиннее, чем вчера, а двери еще ниже. Сразу повеяло теплым воздухом, когда Варя оказалась на просторной кухне.
Там, за столом посередине, перед горящим очагом сидела полноватая старушка и чистила овощи в деревянные миски перед собой. Увидев вставшую на пороге Варю, старушка тут же расплылась в добродушную улыбку и кивнула.
-Вonjour, (Здравствуйте) - поздоровалась Варя, но старушка, как видно было, не знала французского, или не собиралась на нем говорить.
Она лишь указала на записку на столе и протянула ее Варе. Несмело приняв такое послание, Варя немедленно прочла и несколько растерялась, не зная, как теперь действовать.
Просидев еще некоторое время возле продолжающей свое дело кухарки, Варя наконец-то увидела хозяина. Он с порога заулыбался и протянул корзину, в которой лежала лопатка и еще записка:
-Vous serez amen; l;. Mettez des fleurs dans le panier. (Вас туда отвезут. В корзину положите цветы.)
Варя кивнула. Она понимала вновь все, как в тумане, но послушно отправилась следом за хозяином на улицу, где устроилась в телегу, которую конюх вскоре и повез через город.
Как долго продолжалась такая поездка, Варя не помнила. Она пришла в себя, когда уже стояла в каком-то парке. Оглянувшись, Варя достала лежащую на дне корзинки записку и стала сопоставлять рисунок на ней с пейзажем вокруг. Обнаружив нужное дерево, а их там не было так много, Варя села у его ствола.
-Что ж, - набрав побольше воздуха, Варя почувствовала прилив сил и лопаткой стала ковырять землю, отыскивая, где трава уже была отделена от почвы.
С большим удивлением она обнаружила через некоторое время аккуратный четырехугольник травяного покрова, который легко подняла и там, в неглубокой ямке лежал тряпичный сверток с новой запиской.
-Да что же это, - усмехнулась Варя, раскрыв записку, но строки новостей там вызвали восторженность души. - Вот почему все эти тайны... Почтой такие записки слать нельзя, да милых хозяев подставлять тоже. Илларион Константинович мудрен на выдумки!
На лице Вари тут же, вместе с сияющим на небе ласковым солнцем, нарисовалось счастье. Она скорее вернулась к телеге, которая так и ждала ее неподалеку.
Конюх ткнул пальцем на корзину и с серьезным выражением лица воскликнул:
-Bloemen! Bloemen! (Цветы! Цветы!)
Варя знала уже, что это означает и вспомнила тут же наказания хозяина дома, что в корзину, где лежала лопатка и записки, стоит положить цветы. Поскорее нарвав цветущие рядом тюльпаны разных цветов, довольная Варя устроилась на телегу.
С таким же парением счастья она и вернулась в дом, вскочив туда с полной корзиной цветов и с воскликом:
-Мишенька vа venir ! (Мишенька приедет!)