Страница 14 из 29
- Что? Куда?! – пискнула я, испугавшись, что меня и впрямь понесли на улицу.
- Лучше закрой рот, иначе так и оставлю тебя в самой холодной комнате дома, - «по-хорошему» предупредил Шон, неся меня по коридору куда-то в другой конец крыла.
Так меня ещё и поселили в самой холодной комнате? Ну, спасибо! Киан просто душка – так обо мне заботится! Я аж прослезилась от его заботы! Да на его фоне хамство его младшего братика – милые недостатки! Этот меня из России нечестным путём не вывозил, по дороге не крал, жизнь не портил… ну, в общем и целом…
Так! А куда это меня несут?!
- В моей комнате есть камин, - процедил Шон, внося меня внутрь очень странного помещения…
Я даже не сразу сообразила, что это и есть его комната, и что меня, собственно, в неё и несли… без моего на то согласия…
Стены здесь были чёрные, мебель из дорогого дерева или кожи… всё натуральное… огонь в камине - натуральный… занавески на окнах – льняные, плотные, практически не пропускающие свет… никакой техники, кроме какой-то музыкальной установки с мощными колонками…
А у парня реально – депрессия!
Зачем он меня сюда принёс? У камина посидеть - погреться?
А Шон тем временем довольно грубо уложил меня на огромную кровать, отошёл на пару шагов, взял с тумбы открытую бутылку пива и опустошил её почти на половину, не отрывая от меня недовольных глаз.
И до меня, наконец, дошло…
Это он так вину свою «искупает»! Чтобы не напрягать себя муками совести за то, что я простыла, (хотя какое там?.. Шон?! И муки совести?!...), мне позволили провести эту ночь в царских хоромах! Не удивлюсь, если мне…
- Пей, - вручили мне стакан с какой-то горячей терпкой по запаху жидкостью.
Да он просто мысли мои читает!
- Думаешь, таким образом карму подправишь? – невзначай спросила я, даже не думая удобно располагаться на его шикарной кровати.
Да и сложно это было сделать – он умудрился так замотать меня в простынь, что практически лишил свободы передвижения.
Шон словно понял, о чём я говорю, и недобро прищурился, глядя на моё лицо. То, что мы разговаривали на разных языках – теперь было очевидно. И по какой-то причине его «ирландский» я понимала замечательно! Хотя никогда не баловала себя изучением иных иностранных языков, кроме английского…
- А как твоя ненаглядная девушка отнесётся к тому, что я здесь ночую? – даже не надеясь, что меня поймут, но продолжая изливать на него свой яд, так же невзначай спросила я.
Однако, что-то в моих интонациях навело Шона на верную мысль о моём подколе. Он подошёл к кровати, нагнулся надо мной и с предостережением прошептал:
- Даже не надейся, крошка. Ты здесь только на одну ночь.
В ответ на эти слова я готова была зашипеть, как кошка, - но сдержалась.
Отхлебнула дивной жидкости из стакана, оказавшейся каким-то донельзя любопытным отваром из неизвестных мне трав, имбиря, мяты, мёда и лимона, и, отставив кружку в сторонку, подтянулась на локтях, приближаясь своим телом к нему, и выдохнула в губы:
- Пошёл ты!
Прозвучало почти нежно. Шон нахмурился, пытаясь понять смысл фразы, а я безмолвно ликовала – теперь я могла крыть его с головой, абсолютно не переживая из-за перспективы быть понятой! О, как это тешило моё самолюбие!
- Сейчас ты, должно быть, думаешь, что я тебе сказала? – продолжила я томно, - Ломаешь голову, что за слова можно произнести с такой интонацией? – я немного отклонила лицо, касаясь тёплым дыханием края его губ, - Так вот иди ты к чёрту вместе со своей не сгорающей подружкой, - почти ласково закончила я.
Хотела сказать больше, но понимала – глаза и интонация выдадут меня с потрохами. А Шон словно почувствовал, что я на пределе (том самом пределе желания послать куда дальше, чем в просторы адова пламени): он отстранился от меня, продолжая вглядываться в моё лицо своими глазами с расширившимися (и совсем не от злости) зрачками, а затем и вовсе выпрямился над кроватью.
Ничего не говоря, взял с тумбы свою недопитую бутылку, подошёл к стене, вырубил свет и закрыл за собой дверь - с другой стороны.
Козёл.
Прошло несколько минут, прежде чем я, наконец, почувствовала, что мое тело расслабляется. Думать о том, когда оно успело так зажаться? - уж не от его ли близости? – совсем не хотелось. Но факт оставался фактом: каким-то образом этот невоспитанный ирландец умудрялся заводить меня одним своим присутствием. И заводить во всех смыслах – то есть злить, бесить, раздражать, вызывать желание и все связанные с этим недалёкие мысли…
Когда я, наконец, смогла задремать, а было это уже совсем поздней ночью, дверь в комнату открылась, и внутрь вошёл не совсем трезвый Шон. Он некоторое время стоял надо мной, словно вспоминая, как «это тело» оказалось в его постели, затем медленно разделся, обошёл кровать и лёг с другой стороны. Должно быть, наличие алкоголя в крови повлияло на него, заставляя забыть о наличие других спальных мест в доме, - никак иначе его приход сюда я объяснить не могла. С чего бы ему ложиться со мной? Да я была уверена, что он постирает постельное бельё с каким-нибудь дезинфицирующим средством, сразу же, как только пропоют первые петухи – вернувшись в спальню в самую раннюю рань и заставив меня встать и переться обратно к себе в комнату…
Однако, парень забрался под одеяло и быстро отключился, вынуждая меня напряжённо замереть, вслушиваясь в его равномерное дыхание.
И впрямь – спит. Лежать на невероятно удобной кровати сразу стало неловко.
Какого рожна?! Я и так с трудом смогла заставить свой мозг успокоиться – после всего, что сегодня произошло! Но как я смогу заснуть теперь, когда он рядом?! Я перевернулась на спину и… отключилась в следующую же минуту.
Должно быть, для моего истощённого всеми переживаниями организма, это был уже перебор.
Проснулась я с чётким ощущением, что мне нужно на улицу. Прямо сейчас. Мне просто необходимо направить Хозяина туда, где плачет, обливаясь кровавыми слезами, чье-то тоскующее сердце… Я даже сделала попытку приподняться, как ощутила на своей груди тяжёлую горячую руку. И нет, эта рука и не думала ласкать мою грудь – она просто тупо пригвоздила меня обратно к кровати, а сонное и хриплое: «Нет», окончательно убило надежду выбраться из плена. И, кажется, моя вторая сущность каким-то образом… впечатлилась действием Шона. По крайней мере, она послушалась его и заснула вместе со мной – до поры до времени…