Страница 229 из 260
К одной руке присоединилась вторая, которой девушка вновь обхватила член парня, легко уравнивая темп обоих рук, сливая его, заставляя Морица дёргать руками, пытаться отодвинуть бёрда, но всякий раз руки девушки вновь находили его, продолжая пытку, которая казалась сейчас такой невозможно сладкой.
- Чёрт, Литтл, что же ты делаешь? – прошептал Мориц, шумно сглатывая и прикусывая губу. – Ты ненормальная…
- Да, я ненормальная, - согласилась Хенси, в эту же секунду ускоряя движения обеих рук, заставляя парня чуть ли не подлететь над кроватью, выгнуться.
Быстрее, быстрее… Движения девушки были сильными, ритмичными, они сводили с ума, заставляя краснеть от происходящего и, в то же время, желать, чтобы она не останавливалась. Это было бы слишком жестоким – бросить парня сейчас, на пике возбуждения, не дать ему перейти в оглушительную разрядку.
- Чёрт побери… - прошипел Мориц, чувствуя, что долго не продержится, что вот-вот наступит конец. – Хенси, ты… ты… Ах…
Хенси прикусила губу так, что её рот давно уже наполнился кровью, но она этого не замечала: были лишь движения рук, извивания пленника под ними, более ничего не попадало в фокус её внимания.
- Чёрт… - протяжно протянул Мориц, жмурясь так, что перед глазами стало красно.
В следующую секунду парень охнул, вздрогнув всем телом, когда девушка особенно метко двинула бутылкой и ещё более ускорила движения второй руки, хотя, казалось, быстрее уже некуда.
Прошло всего несколько секунд, в которые, казалось, Мориц уже и не дышал, чтобы не выдать то, насколько остро он переживал странное, нездоровое удовольствие, которое дарили ему руки его мучительницы. Красная пелена перед глазами парня провалилась во тьму, а в следующий миг взорвалась всеми огнями, всеми цветами, рассыпаясь искрами.
На несколько мгновений всё перестало существовать для Морица: оставалось лишь его собственное шумное, сбитое дыхание и оглушительный набат сердца. Его отпустило только через несколько минут. Открыв глаза, попытавшись сфокусировать взгляд на лице Хенси, Мориц хотел что-то сказать, но Хенси, обыкновенно, его опередила:
- Понравилось?
Морицу было стыдно ответить «да», но и игнорировать её вопрос было бы рискованным, потому парень кивнул, чувствуя, как краснеет. Он отвёл взгляд, смотреть в глаза девушки было невыносимым, потому что теперь их связывало нечто больше, чем просто обоюдная ненависть. И Мориц даже не знал, как это осмыслить и назвать…
- Отлично, - тон девушки изменился, она, будто бы, резко протрезвела. Или она и не была пьяной и просто притворялась?
Встав с постели, отстегнув парня от спинки, Хенси склонилась к его лицу и прошептала:
- Рада, что тебе понравилось, - в голосе девушки зазвенели издевательские нотки. – А представь, Трюмпер, как бы обрадовался твой отец, узнай он, что ты кончил от того, что тебя трахали бутылкой?
Наваждение парня, пелена, заслонившая его глаза и заставившая его несколько иначе взглянуть на девушку рассеялась, открывая её истинное лицо, давая понять, что всё было лишь очередной издёвкой, весьма изощренной издёвкой…
- Сука… - прошипел парень, садясь и сверкая глазами, в которых сейчас вновь появилось столько ненависти.
- А несколько минут назад ты говорил иначе, - ухмыльнулась Хенси, подбирая бутылку. – «Чёрт, что же ты делаешь?», - Хенси повторила слова парня, имитируя его интонацию, сбитое дыхание. – Впрочем, - девушка нахмурилась, - я всегда подозревала, что есть в тебе нечто… петушиное.
Схватив подушку, Мориц со всей силы запустил ею в сторону Хенси, промахиваясь и попадая в стену. Девушка рассмеялась и вышла за дверь, бросая при этом парню:
- Думаю, мы сможем развить в тебе эту способность…
- Иди к чёрту! – в сердцах крикнул Мориц.
Усмехнувшись, Хенси закрыла дверь и заперла парня. В жгучей злобе и бессилии зарычав, парень упал на кровать, отворачиваясь от двери.
«Я тебя ненавижу, как же я тебя ненавижу…» - думал парень, скрипя от злости зубами и стискивая кулаки. Больше всего в жизни ему сейчас хотелось сомкнуть свои ладони на горле девушки и задушить её...
Хенси ушла не далеко, прислоняясь спиной к двери и сползая по ней вниз, утыкаясь лицом в свои колени. Вопреки очередной победе над врагом, девушке не стало легче, скорее, наоборот. Ей было как-то особенно тошно сейчас и из головы никак не шла картинка его губ и чёртово ненормальное желание прикоснуться к ним.