Страница 222 из 260
Жмурясь, изо всех сил сдерживая крики, а кричать с каждым движением девушки хотелось всё сильнее, Мориц пытался задерживать дыхание, надеясь, что потеряет сознание от кислородного голодания, но этого не происходило. Организм парня оказался куда выносливее, чем ему казалось, а проклятый рефлекс заставлял его всё-таки делать вздох, нелепо и шумно вздыхая при этом, что так забавляло Хенси.
- Готово, - произнесла Хенси, с характерным звуком покидая тело парня.
Мориц судорожно вздохнул и хотел было поменять позу, но тут же бросил эту затею, просто опуская согнутые в коленях ноги на кровать и замирая. В этот момент ему хотелось просто перестать быть. И менее всего ему хотелось видеть и слышать Хенси, но у неё были иные планы. Склонившись к уху парня, она прошептала:
- Мне понравилось, а тебе?
- Ты больная извращенка, - севшим голосом ответил парень, шумно вдыхая и не открывая глаз.
- Посмотри на меня, - тишина в ответ. – Открой глаза! – ответа вновь не последовало. Вцепившись в подбородок парня, стиснув его до боли, девушка прошипела: - Открой глаза!
- Нет…
- Хорошо... – ответила Хенси и встала, Мориц понял это по легкому скрипу кровати. – А как ты относишься, Трюмпер, к тому, что я вставлю тебе вот это?
Против своей воли Мориц открыл глаза, смотря на предмет – ту самую «биту», которой его избивала девушка. Во рту пересохло от одной мысли об этом.
- Не факт, что она в тебя влезет, но я буду очень стараться, - добавила девушка, демонстрируя парню «биту».
- Н… Не надо.
- Тогда, - Хенси подошла и вновь села, склоняясь к его лицу, заглядывая в помутневшие от пережитого глаза. – Тогда, не закрывай глаза, Трюмпер.
На этих словах девушка скользнула рукой вниз, касаясь раздражённого, окровавленного сфинктера парня и вставляя в него сразу два пальца. Мориц вскрикнул от боли, закрывая глаза, откидывая голову. Ему так хотелось умереть сейчас…
- Открой глаза, - прошипела Хенси. Парень всхлипывал, не отвечая. – Открой глаза, сука! – рявкнула девушка, резко вынув пальцы и вставив вновь.
Не видя иного выхода, Мориц открыл глаза, встречаясь с взглядом девушки: мутным, чёрным, пугающим. Это был уже не омут с чертями, это был ад со всеми дьяволами и демонами, которые плясали в её зрачках дикие танцы и смеялись над мучениями парня.
Ещё несколько раз двинув пальцами внутри тела Морица, Хенси вынула их, морщась и вытирая кровь об простынь.
- Мне больно, - тихо произнёс Мориц. Эта фраза уже вырывалась у него на автомате.
- Я рада, - ответила Хенси, вставая и складывая все вещи обратно в коробку. – Теперь ты смог почувствовать то, что чувствовала я. Теперь ты понимаешь, как больно, когда тебя трахают после того, как порвали? А вы мне порвали всё… Но вы ведь даже не заметили этого, насилуя меня? – спросила девушка. Мориц отвернулся, потому что его ответ не порадовал бы Хенси.
Не собираясь дожидаться ответа парня, не нуждаясь в этом, Хенси вышла из комнаты и заперла дверь.
Сейчас, лёжа здесь: избитый и растерзанный, парень совершенно иначе взглянул на то, что сделал в далёкие школьные года. Перед глазами вновь и вновь вставало лицо той девушки, которая так отчаянно просила пощадить ей, отпустить. Её слёзы, её глаза, полные боли и отчаяния, до последнего полные надежды и веры, веры в него, в Морица. Хенси до последнего не могла поверить в то, что он, они с ней так поступят. А ведь Мориц мог в любой момент остановить друзей, не позволить свершиться трагедии, сломавшей жизнь девушки. Мог, но не остановил.
А ведь именно Мориц, по сути, и был единственным виновником случившегося: он придумал проучить девчонку именно таким образом, он привёл её туда, где их уже ждали его друзья. Он воспользовался её доверием и не просто плюнул в душу, а вырвал её с корнем.
Постепенно слёзы и крики Хенси из его памяти смешались с его собственными, до сих пор не иссякнувшими эмоциями боли и отчаяния. И с каждой минутой парень всё больше понимал, что, по сути, сам виноват в том, что с ним сейчас происходит, потому что, почему его должна пощадить Хенси, если он её не пощадил? Принципы гуманизма? Человеколюбие? А где всё это было в тот момент, когда Мориц наблюдал за тем, как девушку насилуют его друзья, да ещё и процессом управлял; где они были, когда он сам её насиловал?
Этих моральных и духовных понятий не было в нём тогда, а в Хенси их не было сейчас. Трюмпер сам вырвал её душу, вытравил, уничтожил, а человек без души едва ли способен на сочувствие.
Мориц всхлипнул и перевернулся набок, подтягивая ноги к груди и пытаясь замереть, чтобы было хоть чуть-чуть не так больно, но попытки были тщетны. Слишком много повреждений было на теле парня, чтобы надеяться на избавление от боли, слишком болело всё внутри и слишком мерзко было в груди от осознания того, что, по сути, он не имеет права жаловаться, потому что сам во всём виноват, сам поступал так же…
Придя в спальню, Хенси бросила коробку на кровать и позвала Бруно, парень появился в комнате через двадцать секунд.
- Готовься, - сказала Хенси, доставая из коробки страпон и протирая его салфеткой, стирая кровь. – Скоро будет твоя миссия…
- Можно мне узнать, что же от меня требуется? – спросил парень, садясь рядом с девушкой.