Страница 48 из 104
- Неожиданно, если честно. Будет повод накупить побольше одежды. – обратилась я к Любомирскому.
- Извини, я вот так, не спросив. Просто пару дней назад, когда собирал вещи, понял, что мне некуда будет их сложить у тебя. Зашёл в магазин, и тут так удачно, шкафчик - сиротка.
- Прям вот совсем сиротка? И даже такого цвета, которого надо? – сощурилась я, и Николай потупил глазки.
- Ладно, тебя не проведёшь. Я его полторы недели назад заказал, сегодня привезли. Это тебе мой подарок, так сказать, в счёт будущих неудобств.
Я слегка напряглась, потому что о неудобствах раньше речи не велось.
- Это ты, прости, о чём? – выгнув бровь, полюбопытствовала я.
- Ну я образно! – сразу же ответил Любомирский. – Я же живой человек, тоже иногда могу носки под диван запихать, тюбик не закрыть, футболку грязную в комнате оставить.
- Чувствую, жить нам будет весело. – улыбнулась я, и зажгла конфорку под чайником.
Пока я погрела Любомирскому обед, пока мы поели, пока чаи погоняли, мастер закончил сборку и позвал нас в комнату смотреть результат. Я зашла и ахнула. Шкаф был нереально красивым. А самое приятное, что зеркала были в полный рост и очень стройнили. Мы по раскрывали все дверцы, осмотрели все полки, я заглянула в каждый уголок, шкаф был бесподобен. И самое главное – был полностью моим!
Любомирский рассчитался с мастером, и тот ушёл. А я думала, куда теперь девать старый шкафчик, ведь в комнате для него больше не осталось места.
- Коля, у тебя есть знакомые, которые могут отвезти к моей бабушке на дачу шкаф? Он практически новый, мне жалко его выкидывать.
- Может продадим? – предложил Николай.
- Зачем? Бабуля будет рада обнове, у неё как раз старый шкафчик на веранде развалился.
- Отлично. Значит, отправим его по адресу. – заключил Николай, и мы стали разбирать вещи.
Я протёрла новенькие полки и не без удовольствия переложила на них свои вещи. Николаю выделила полку и половину вешалок под форму. А потом вспомнила, что мне тоже выдадут форму, и вешалки не мешало бы подкупить.
- Алё, Семёнов! Ты на корыте? А сделай доброе дело, шкафчик старенькой бабушке отвези. Ага, адрес ща скину. – Любомирский уткнулся в телефон, набирая мой адрес, и заодно я продиктовала и бабушкин.
- У тебя что, совсем всё схвачено? – полюбопытствовала я.
- Ну не совсем, это просто должник мой, Вася. Вот и напрягаю иногда.
- Уголовник. – догадалась я. – И ты отправишь его к моей бабушке? Вот так, с чистой совестью? – Я уже была готова идти чуть ли не в рукопашную за такое.
- Нет, почему сразу уголовник. Штрафник, да, но не уголовник. Это одноклассник мой, я иногда его выручаю, а он меня.
- Мухлюешь со штрафами, нечестный полицейский?
- Нет, за таким замечен не был. Но кто без греха, тот пусть первым бросит в меня камень. – философски заключил Николай, и продолжил разбирать чемоданы.
Я пожала плечами. Он мужчина, ему видней. Минут через сорок, когда мы уже почти всё закончили, подъехал тот самый Вася. И вот тут было два варианта. В моём представлении, это должен был быть либо щупленький парниша, либо здоровенный лоб. А в итоге в коридор зашёл красивый молодой человек, подтянутый, ухоженный, приятно пахнущий парфюмом, и в джинсовом комбинезоне. Я в этот момент, приподнявшись на носочки, закидывала коробку на верхнюю полку нового шкафа, да так и осталась стоять, залипнув на этого «Васю». Он тоже с интересом меня рассматривал, потому что я была в домашних штанишках в облипочку, в короткой кофточке, и без бюстгальтера. Вася сально улыбнулся и обратился к Любомирскому.
- Это, что ли, твоя девушка? – Любомирский повернулся, мельком глянул на меня, не понимая, что не так.
- Да. А ты куда уставился? Там для тебя ничего нет. – Вася хмыкнул, но взгляд не отвёл. Достал телефон, и сделал гудок. Через минуту к нам зашли ещё двое молодчиков, легко вскинули на себя мой старый шкаф и унесли.
- Ну всё. – подал голос Любомирский. – Адрес ты знаешь, там по ситуации, поможете бабушке куда чего переставить. С меня причитается.
- Замётано. – зычно ответил Вася Семёнов, подмигнул мне и вышел из квартиры.
- Не обращай внимания. Он ходок по бабам.
- Я это поняла. И очень рада, что бабой не являюсь. – Николай понял, что сказал глупость, и продолжил молча заниматься своими делами. А я отзвонилась бабушке, чтобы принимала посылку.
Я разогрела Любомирскому ужин, а сама ограничилась овощным салатом. Во вторник я уже официально заступала на должность лейтенанта, и волнение охватывало меня всё больше. Первомай мы провели дома, а утро второго числа началось с того, что не прозвенел будильник.
И разбудил нас мой верный, замечательный пёс, у которого был свой распорядок дня. Я вскочила, как ошпаренная, и сунула сонному Любомирскому поводок. Ему времени собраться нужно было гораздо меньше, чем мне. Я побежала в ванную, приводить себя в порядок, руки тряслись, и зубная щётка водила по дёснам и больно царапала. Я попыталась взять себя в руки, но у меня не получилось. Я бросила это гиблое дело, не хватало ещё воспалёнными дёснами всем улыбаться. Жвачку пожую.
Пришёл Любомирский с прогулки, и пока я заправляла постель, тоже привёл себя в порядок. Надел форму, я оделась в обычную одежду. И мы двинули в сторону метро.
Нам подали пустой и холодный вагон, я села, а Любомирский остался стоять. На следующей остановке в вагон вошёл дедок с бабулькой под ручку, и встали рядом с нами. Они периодически поглядывали то на меня, то на Николая, шушукались и как мне показалось, бабка жаждала что-то спросить. Скоро наша остановка, и я привстала, а Любомирский взял меня под руку. И тут дедок подал голос: