Страница 23 из 139
- Эта девушка была моей женой, - просто сказал Антон.
- Удивительно красивая у вас жена, - сказала Таня, чуть смутившись. - Но почему вы говорите "была"? Ой, простите, я, кажется, перехожу грань дозволенного!
- Ничего тайного в этом нет. Она действительно была. Она погибла…
- Боже мой! - волнение Тани было искренним. - Но как же это?
- Произошла трагедия...
Таня видела, как нелегко Антону даются эти слова.
- Вам очень тяжело вспоминать, не нужно...
- Это долгая история, - махнул рукой Антон, вздохнув. - Это давно было…. Как-нибудь в другой раз... Но мы опять на «вы»?
- Мне трудно как-то сразу привыкнуть…
- Понимаю!
Таня вдруг почувствовала время. Чувство реальности вернулось к ней, и она, забеспокоившись, посмотрела на большие часы на стене, сделанные в виде теремка. - Простите, но я засиделась у вас. Мне ведь нужно идти.
- Подождите, - опомнился Антон. – Что же это я? Даже не предложил вам кофе. Через минуту все будет готово!
И он поднялся, направившись на кухню.
- Нет, нет, что вы, уже поздно, мне нужно домой, иначе родители будут искать меня, и перевернут весь город.
В её голосе была решительность, да и время было уже позднее, и Антон сказал:
- Погодите, я вас провожу, только наброшу пальто.
- А как же ваша рана? - забеспокоилась Таня. - Может вам лучше полежать?
- Да, пустяк это, царапина, заживет быстро. А чувствую я себя вполне сносно.
Антон помог Тане одеться, затем вынул из шкафа две большие книги с цветными иллюстрациями и положил в пакет.
- Возьмите, почитайте, если интересуетесь искусством... Здесь хорошие репродукции и немного полезной информации. Но главное – репродукции. Внимательно смотрите их, это многое дает…
- Большое спасибо, - обрадовалась Таня, быстро перелистывая тома.
Вышли вместе в промозглый осенний вечер. Дождя не было, лишь ветер по-прежнему ворочал озябшие листья. В лужах опрокинуто отражались серебряные холодные звезды, спокойная величавая луна, горящие желтые фонари.
Царь аккуратно обходил лужи, важно и неторопливо, с чувством собственного достоинства.
Таня все еще была под впечатлением картин и необычного знакомства, и поэтому думала о своем. Антон кутался в пальто, краешком глаза наблюдая за девушкой.
Когда они дошли до её дома, Таня повернулась лицом к Антону:
- Ну, что, будем прощаться. Вот здесь я живу. Спасибо вам еще раз за все, что вы сегодня для меня сделали. Спасибо тебе, собачурка, - она взлохматила шерсть Царю, вдруг испугавшись сама этой смелости и удивляясь тому, что Царь её не тронул.
Антон улыбнулся, догадавшись о причине ее удивления, и сказал:
- Он хороших людей не трогает. Умный пес.
А потом серьезно, глядя пристально в глаза Тани, сказал:
- Таня, послушай меня внимательно. Я чувствую, что ты не такая девушка, как другие. Ты особенная, душевная… (Таня смущенно махнула рукой). Таких, как ты - удивительно чистых, добрых, очень мало на свете. Я не знаю, увидимся ли мы еще... Но я тебя приглашаю приходить в гости, когда выпадет свободное время. Адрес ты знаешь. Если меня не будет, пиши записку и бросай в почтовый ящик, безо всякого стеснения. Помни, в моем доме никогда не обижают и никогда никого не унижают. У нас можно говорить, можно молчать, читать, петь, в общем - свобода! Я тебе многое покажу, познакомлю с друзьями. Приходи! Хорошо? Я видел, как ты реагировала на искусство, мне не хотелось бы, чтобы мы - люди, у которых общие взгляды и интересы, общие души - жили разъединенно в этом мире.
Антон чувствовал, что говорит отрывочно, бессвязно, не так, как ему хотелось бы, и в душе ругал себя...
А ветер играл нежными, пушистыми волосами Тани, и в темноте горели её глаза. Тане передалось волнение Антона, но она ещё не могла осмыслить важность этой встречи. Ей казалось, что впереди много интересного, увлекательного!
- Я обязательно приду. Вот только освобожусь.
И ее маленькая ручка исчезла в большой руке Антона.
Зайдя в подъезд, она остановилась на лестничной площадке первого этажа, потом, внезапно для себя, пошла вниз и тихонько выглянула из дверей подъезда.
Высокая фигура в пальто и огромный черный пес удалялись, шагая вдоль аллеи, забросанной охапками листьев. Она мгновенно вспомнила тот вечер в парке, когда она летала между звезд, трамвай, забрызганное изумрудными каплями окно и фигуру человека с собакой, насквозь промокших под дождем.
Она улыбнулась, и, освещенная какой-то небывалой радостью, даже не думая о неизбежном оправдании дома перед взволнованными родителями, быстро метнулась наверх.
____________________________________________________________