Страница 125 из 126
-Это частное мероприятие. Вы не знаете с кем связались, шайка....
-Отец. - Голос Эйдена, глубокий и спокойный, разнесся по церкви и заставил старшего из рода Батори замолчать и посмотреть на сына с нескрываемым раздражением.
Он явно винил во всем своего отпрыска. Что ж, доля правды в этом безусловно имеется. Эйден отдал свечу шаферу и подняв обе руки в жесте «сдаюсь» медленно пошел к нам, не сводя взгляда с моего лица. Приблизившись вплотную, он остановился напротив меня, заставив сердце бешено колотиться. Я думала, что оно просто вырвется из под плотного корсета или, не выдержав такой нагрузки, остановится.
-Элеонора. - Еле слышно проговорил он.
Опуская руки, он дернул ими, будто хотел дотронуться до меня, но не посмел. Трус.
-Эйден. - Ответила я, не желая начинать первая.
-Ты зря сюда пришла.
-Уверен? - На выдохе произнесла я и поняла, что мой голос стал еле уловимым шепотом. Он не ответил, то ли разочаровывая меня, то ли, наоборот, давая надежду. - Не делай этого, Эйден.
Я сделала маленький шаг вперед, заставив моих друзей сгруппироваться. Жених не двинулся с места. Он смотрел на меня с безумной болью и нежностью, будто ему физически плохо от всего происходящего. Но тут, буквально в долю секунды, выражение его лица изменилось на восковую маску высокомерного безразличия. Но это дорого ему давалось, я чувствовала это. Казалось, эта личина может поплыть и закапать каплями на песок, как многочисленные свечи, который плакали на алтарях вокруг нас.
-Я уверен, Элеонор. И, знаешь, я в тебе ошибался. Посмотри на себя. Влюбилась и так унижаешься? Пришла сюда, испортить мое событие. О чем ты думала. Что я выберу тебя? Без рода, без имени. Посмотри. - Он чуть отошел, показывая рукой на алтарь, рядом с которым все еще стояла Анжелика Эванс. Безупречная. - Она идеальная. Ты правда думаешь, что там тебе место?
Он лениво поднял руку и провел рукой по скуле, на которой красовался не заживший еще след от глубокой царапины. Затем он медленно наклонился. Со стороны, это могло смотреться как проявление ласки, если бы не слова, впившиеся мне ножом в сердце:
-Мне жаль тебя, маленькая лисичка. Ты выбрала ни того парня. Я использовал тебя, Элеонор. Ты была пешкой, и тебя выкинули с доски, за ненадобностью. Убирайся.
Он резко отвернулся, а я, повинуясь внезапному порыву, будто этого унижения было мало, схватила его за край пиджака и с силой дернула на себя.
-Ты врешь! Зачем ты лжешь! Зачем ты врешь сейчас, Эйден?! - Я поняла, что по лицу струятся горячие слезы, обжигая ссадину на щеке солью. Эйден не обернулся.
-Уходи, Эленор. Немедленно.
-Нет.
-УХОДИ!
Он дернул на себе руку, так что в моих пальцах осталась часть его запонки, а вторая часть со звоном упала на пол, прокатившись по нему. Я смотрела на спину Эйдена, на черную ткань пиджака. Также тихо, чтобы мог слышать лишь он, я прошептала:
-Я люблю тебя.
Спина окаменела, руки сжались в кулаки, но он все еще не обернулся. Вместо этого он наклонился к Брендану и что-то сказал ему на ухо. Что-то достаточно короткое, но наверняка оглушающее, потому что глаза моего друга расширились, а с лица моментально сошла вся краска.
Затем Эйден бросил взгляд. Один единственный взгляд в мою сторону, который даже не коснулся моих глаз, а так, бегло и безразлично скользнул по лицу. Я уже знала, что он скажет напоследок. Опять.