Страница 56 из 152
- Интересно, что они едят? – Спросил Матвей у отца. – Кругом ведь никакой органики?
- Не знаю, сейчас вода, как бульон, сколько всего в ней намешано, может быть, ее пьют?
- Бе! – Матвей сделал жест, как будто его тошнит. – Мошкара просто обрадовалась живым существам, как и мы ей.
- Кто знает? Может быть, теперь нам вместе обживать землю придется?
- Да, нет, крысы остались, жуки всякие, мыши летучие.
- И Горбуновы.
- Как Ной с семьей в свое время. Тебе, кстати, не являлся голос бога. Почему ты вдруг решил поехать в пещеру именно в этот день? – Матвей пристально посмотрел на отца.
- Нет, голосов не было никаких. Хотел вас свозить, показать, где мы с мамой познакомились, ну, и красоту нашей природы показать. Вы же с сестрой кроме телефонов и компьютеров ничего и видеть не хотели.
- Удивительно, что тебе захотелось именно в этот день? Хотя, может и совпадение?
- Скорее всего. Удачное стечение обстоятельств. Случай.
- Случай – синоним бога. У меня статус такой был.
- По какому случаю?
- Ну, это, когда познакомился с одной девчонкой, как будто бы случайно, нашел это выражение и поставил себе в статус.
- С Юлей?
- Черт! Откуда ты знаешь?
- Мама сказала.
- А она-то, откуда узнала?
- Сам иногда удивляюсь, но мамы знают всё.
Матвей вздохнул. Наверно, освежились воспоминания о своей зазнобе. Часть пути отец с сыном прошли молча. Когда на небе снова началось движение, они нашли небольшой выступ и спрятались под него.
- И часы не надо, все по минутам. Когда же этот дождь небо-то промоет? – Егор выглянул из-под выступа.
В небе громыхнуло. Егор испуганно вжал голову. Через несколько секунд пелена дождя накрыла гору.
- А ты заметил, что перед дождем мошкара куда-то подевалась? – Спросил Матвей отца.
- Честно признаться, я заметил, что их нет, только после того, как ты спросил. – Признался Егор. – Чуют, черти, когда дождь начнется.
Как только дождь прекратился, отец с сыном продолжили подъем. До вершины оставалось совсем немного. Через час они стояли на ней и разглядывали окрестности с высоты. Дальше на восток и северо-восток виднелись еще две горы. На юг простиралась бесконечная ровная водяная гладь. Справа, под горой, на которой они находились, бурлил водопад, чуть не убивший их. Слева высилась вторая вершина двойной горы, соединявшаяся с их коротким хребтом. Если они не обнаружат ничего полезного тут, придется по хребту перебираться на соседнюю. Вид сверху не внушал оптимизма. Гладкий, блестящий камень до самой воды.
- Но мошки откуда-то берутся? – Егор рассчитывал увидеть сверху какую-нибудь нетронутую ветром экосистему.
Его внимание задержалось на хребте. Он расположился между гор как парус, натянутый между двумя реями, прямо поперек направления ветра. За его ровной плоской стеной вполне могла образоваться зона, где ветер почти не ощущался.
- Нам туда. – Егор махнул рукой в сторону хребта.
Спускаться к подножию необходимости не было Хребет, похожий на перепонку на лягушачьей лапе, начинался от середины горы. Сейчас им была видна наветренная сторона. Под основанием ее ничего необычного не было заметно, хотя она являлась препятствием всему, что нес в себе ветер. Егор решил, что предметы, отраженные хребтом, опустились на дно. Да и вряд ли то, что пережило такое столкновение, могло годиться в дело. Гораздо интереснее было исследовать, что находилось на обратной стороне.
Они обошли гору, чтобы разглядеть подветренную сторону «перепонки», и увидели то, что ожидали, но все равно оказались не готовы. Отец с сыном испытали примерно такой же шок, как герои Конан Дойла попавшие в затерянный мир. За хребтом находилось совершенно ровное пространство, издали казавшееся совсем нетронутым стихией. Оно было ниже вершины хребта метров на сто пятьдесят и не доставало до воды еще метров двадцать. По площади «затерянный мир» простирался на пятьсот метров в ширину, как раз от горы до горы, и метров на сто выдавался в сторону воды. И все это пространство было зеленым от деревьев. Человеческий глаз, уже отвыкший от любых цветов кроме серого, коричневого и черного, воспринял зелень, как какой-то неземной, фантастический цвет, привнесенный искусственно.
- Затерянный мир! – Довольно произнес отец. – Большое плавание стоило тех опасностей, которые мы с тобой пережили.
- Пошли? – Глаза Матвея горели предвкушением.
- Пошли.
Еще метров за двести до «затерянного мира» послышался шум. По мере приближения к нему, они с удивлением опознали в шуме нестройный лягушачий хор. Егор вспомнил, как в детстве, отдыхая на каникулах у бабушки, которая жила возле старицы, каждый вечер слышал эту лягушачью песню.
- Не все потеряно, Матвей. Как видишь и лягушки смогли выжить.
Матвей согласно кивнул головой. Он не мог понять, почему мошкара садится только на него. Отец как будто ее не замечал. Последние метры горы сменились ровной поверхностью «затерянного мира». Сверху она казалась нетронутой, но на самом деле почти вся ее поверхность была затянута густой грязью. Первая вода сошла с нее, и теперь жидкое состояние поддерживалось регулярными дождями. Из-под ног, в разные стороны, прыснули потревоженные лягушки. Матвей от неожиданности чуть не свалился в грязь. Отец присел и резко накрыл ладонью маленького лягушонка. Он перехватил его за лапу и поднес к лицу, прокручивая перед собой.
- Отлично, с собой мы наберем лягушек. Когда они размножаться, тоже будем их есть.
- Прям, как французы?
- Как французы, царствие им небесное.
Егор дотянулся до веток ближайшего дерева. Это был ясень.
Листья на нем выглядели так, будто их обгрызли черви. Видимо, во время урагана и здесь было несладко. На листьях лежал песочный налет, след от грязных дождей. Егор сорвал один листок, смял его и растер пальцами, поднес к носу и глубоко вдохнул его запах.