Приключение

Шелестела перкуссия, едва слышно звенела дилэем гитара. Дорога не сворачивала, вела в темноту. Костя вновь посмотрел на Леру – теперь, похоже, она действительно спала. Ровно, спокойно дышала. Неужели он правда влюбился? Так просто, как в песне или фильме. Ну а как же иначе. Он думал о ней три дня, жил с нею вместе, и вот она появилась, робко, по-доброму, нуждающаяся в защите и поддержке, такая, какой он ее и представлял. Смотрела на звезды с ним вместе, сейчас сидит рядом, хрупкая, страдающая. Как же он мог не влюбиться. И как хорошо текли последние два часа, каким живым чувствовал он себя рядом с ней – и как сама она оживала вместе с ним. Это судьба, кивнув самому себе, подумал Костя. Пусть, пожалуйста, пусть дальше у них будет все хорошо. Как вот в этой композиции… Заканчивалась первая папка, как спокойно, как остро – до слез. Тем более сейчас, когда душа настроена так тонко. Костя утер краешек глаза, снова посмотрев на нее. Спит.

Сердце сладко щемило.

Вот и церковь, фары выхватили зеленые купола, сверкнувший золотом крест. Начиналась вторая папка, проникновенные печальные клавиши холодными дождинками капали по стеклу. Как-то раз в видеоряде, посвященном этой композиции, он видел прекрасный рисунок, картину: залитый солнечным светом, возвышающийся над миром – горами, долинами, реками и озерами – сиял золотом крест; раскинулся, отдавая всего себя и вбирая в себя все, вершиной, где лежали когда-то руки и нижним скошенным росчерком, куда вбиты были ноги Христа. Сейчас он вспомнил и ощутил красоту той картины как никогда раньше. Рядом с ней, наверное, он мог увидеть и ощутить прелесть в чем угодно. Кладбищенский холм с церковью остался далеко позади.

Музыка таинственно завывала, даже жутко местами, если бы завывания не вливались в светлые печальные струны. За освещенным ореолом машины властвовала безраздельная ночь, вокруг на десятки километров не было ни души, но о страхе он даже не помышлял. И один-то в таких поездках он был в блаженном спокойствии, а сейчас, с ней – даже не мог подобрать слов. Подумал, что грудь вскорости отзовется болью, если сердце и дальше будет так усиленно чувствовать. И это было прекрасно.

Вот и переезд. Сбавил скорость, легонько коснулся колесами бетонной плиты, расщелин рельс. Светофор ослепительно сиял зеленым.

Лера пошевелилась, открыла глаза. Взглянула в окно, на местность, увядающую в удаляющихся огнях переезда. Повернулась к Косте, улыбнулась, виновато.

- Я заснула.

- Конечно, если всю ночь просмотрела в окно, - кивнул он ей. – Но недолго спала. И часа не прошло.

Сдержанно потянулась, поправила на плече ремень.

- Хорошая музыка, - сказала, кивнув на дорожки буковок на стереосистеме. – Теперь понятно, почему ты такой.

Улыбнулась.

- Какой?

- Хороший. – Сказала и повернулась к окну.

Машина пошла чуть быстрее.

- А далеко еще до залива?

- Нет, пятнадцать минут.

- Так мы же ничего не увидим ночью.

- Вообще скоро уже рассвет, - взглянул на часы под красными стрелками. – Но можно сделать небольшой крюк, заехать сразу к заливу, не через город.

- Так страшно, - проговорила она, смотря за окно. – Я люблю иногда почитать что-нибудь жуткое, фантастику всякую.

- Кинга? - скривился.

- И Кинга тоже. У меня дома есть книжка, старая-старая, там рассказы. Например, как едет водитель ночью, дальнобойщик, а за ним вдруг лошадиная голова бежит, за машиной.

- Лошадиная?

- Да. Потому что он сгоревший конезавод проезжал. А дорога ну прям один в один как мы сейчас едем.

Он поглядел на нее, а потом протянул к панели управления руку. Щелкнули блокираторы на дверях. Миг они помолчали, а потом вдруг вместе рассмеялись. Представил со стороны, какой комичный получился момент.

- А что еще читаешь? – отсмеявшись, спросил он. – Кроме лошадиных голов?

Она тоже успокоилась, но плечи еще моментами вздрагивали.

- Не очень… много, - выдохнула. – У нас вообще на весь город один книжный магазин, и то там продаются открытки и календари. За книгами я хожу в библиотеку.

- Здорово.

Он готов был говорить это слово ежесекундно. Решил себя контролировать и сказать только раз.

- Но читаю не много. Что попадется, заинтересует. Вот Брэдбери прочитала недавно, понравилось.

- «Вино»?

- Ага.

Кивнул, довольный своей дедукцией. Хотя, в любом случае не приходилось бы особо выбирать, что прочитала какая-нибудь девочка, если она читала Брэдбери. И снова почувствовал сильнейшее желание позаботиться о ней, защитить. Рассказать о других книгах. О золотых яблоках солнца.

- Здорово.

Поздно поймал себя на мысли.

- А ты, наверное, много читаешь?

- Не много, - покачал головой, усмехнувшись. – Но книг целый шкаф. Покупаю про запас.

- А что прочитал в последний раз?