Приключение

И вдруг раздался звонок.

Он поднял голову, взглянул на дверь. Жар в груди, на секунду пронзивший сердце, угасал – естественно, он никого не ждал. Очень редко в квартире раздавался дверной звонок. И когда такое случалось, всякий раз он испытывал неприятные ощущения. Конечно, всегда это оказывались или рекламщики, или желающие поговорить о боге.

Не стал дожидаться второго звонка и пошел открывать. Щелкнул замок, стрекотнула пружинка. Дверь мягко открылась.

На пороге стояла девушка.

- Здравствуйте… простите, что, наверное, разбудила… извините… но вот вы не знаете Теремешеву Любовь Николаевну, она жила на улице Печатной, это тут недалеко, я…

Он моргнул, попытался понять, о чем она говорит. Не о дешевом интернете и не о боге, от этого стало легко, можно было расслабиться. Как бы долго она сейчас не говорила, все равно закончится речь деньгами. Не раз уже были такие случаи, но он не мог сразу же захлопнуть дверь, как это делали, например, соседи – даже если в конце и качал отрицательно головой, говоря, что денег нет. И поэтому он слушал. Девушка говорила и говорила, спрашивала – и он ничего ей ответить не мог. Постепенно нить сюжета стала проясняться. Разработан этот сюжет был не на скорую руку.

- … бабушка умерла.

Он вышел за порог и прикрыл дверь. Из-за углов и с лестничной площадки никто не набросился, поэтому можно было успокоиться окончательно – девушка действовала сама по себе.

- Я приезжая, - сказала она и на миг замолчала. Прозвучало как приговор. Ну, так оно, в общем-то, и было. – Бабушка здесь давно жила, а я только на днях приехала. На операцию к бабушке. Она болеет, врачи говорят, что все нормально, операция не сложная. А бабушка умерла, говорят – тело забирать, а я… как… куда-что?.. Ничего не знаю. Вот…

Она пролепетала еще что-то и остановилась. Глядела на него огромными глазами. Не красивая. Обычная. Хорошо одета. На глаза бросилась витиеватая надпись татуировки, бегущая из-под ворота рубашки, откуда-то от плеча к шее. Современная. И такая сложная история. Почему бы прямо не попросить денег, он ведь не намного старше ее. Поначалу было решил, что ей нужны люди, знавшие Любовь Николаевну – в руках держала бумажку и карандаш.

- Я вот записываю, - уловила, наверное, взгляд, - квартиры, в которых была. Никто ничего... – покачала головой.

Ничего не знает, или ничего не дает, подумал он. В глубине, далеко-далеко, промелькнуло раздражение. Взялся за дверную ручку. Покачал головой. Нет, я не знал Любовь Николаевну.

Она заговорила что-то еще. Все-таки, не об этом хотела его спросить.

- … вот… можете как-нибудь помочь…

Просительный взгляд. Сразу бы так. Начинают вечно кружными путями.

С сожалением покачал головой. Искренне.

- Нет.

Подумал, как гадко прозвучал ответ. Пришлось объяснять.

- Наличных денег нет. Все на карточке.

Понимающий кивок. Приоткрыла рот, будто хотела что-то сказать. Не сказала.

Он пожал плечами.

- И даже никакой мелочи?

- Никакой.

Выдохнул. Действительно никакой, что ж тут поделать? Ну а так, если бы была мелочь, спасла бы она тебя? Хотя, скорее всего, он прослушал что-нибудь в ее монологе.

- Ладно… - Сделала шаг назад. – Простите, пожалуйста. А… - вскинула глаза, - не знаете…

Что-то сказала, указав на двери других квартир. Негромко и неразборчиво. То ли спросила, кто из соседей дома, то ли – кто из них согласится помочь.

Бред.

- Ну… вон в ту ходили? – Он указал на дверь в дальнем углу. Там жила почтенная чета пенсионеров, хотя сейчас, наверное, они были в парке на прогулке.

- Еще нет… - покачала головой.

Слабо вздохнул, пожав плечами. Наигранно, поймал на мысли себя. Чтобы показать разочарование невозможностью помочь. Она играет в свою игру, он в свою.

Собрался уже открыть дверь. Девушка собралась развернуться, пойти к двери в дальний угол.

-Тогда смотрите…

Он как будто видел себя со стороны. Заговорил уверенно, как на завтрашнем докладе. Девушка собралась.

- … с карточкой можно спуститься вниз, снять деньги, и…

Он видел себя со стороны. Фыркнул на себя самого. Двигается резко, жестикулирует. Как ребенок, который хочет казаться взрослым. Девушка кивнула, слабо улыбнулась. Он уже рассмотрел ее получше, вблизи – действительно можно было предположить, что она страдает из-за смерти бабушки. Может быть, даже плакала.

- Тогда я подожду вас на улице, у подъезда!

- Ага. Давайте.

Зашел в квартиру. Защелкнул дверь на один замок.

Как быстро она согласилась. Даже не пошла к пенсионерам. Хотя, правильно – не будет же он ждать, пока она обежит все квартиры. Достал из шкафа джинсы, рубашку. Кеды и легкий плащ. Пригладил рукой волосы. Неудивительно, что она подумала, будто разбудила его – лохматый, в затасканной одежде, вот как он выглядел перед ней. Стало даже чуть неудобно.