Волчица

М-м-м... Он знал, что на вкус Даринка такая же сладкая, как и её запах. Этот тонкий, лёгкий аромат вёл его, не давая расслабиться и подсказывая, где находится его жертва. А этот юный мерзавец смешивал это чудное благоухание, пятная его своим кислым жалким душком.

Как же он хотел подобраться поближе! Но был вынужден лишь наблюдать. Наблюдать, как этот парнишка наклоняется ближе, щекоча своим дыханием её бархатистую персиковую щёку, отбрасывая с ушка прядь шелковистых даже на вид волос, шепча какие-то глупости девчонке.

***

Благо сегодня был выходной, и она могла выспаться после бессоной ночи. Они вернулись домой лишь под утро, а ложились спать и вовсе под лучи восходящего солнца. 

Даринка просыпалась с улыбкой на устах: ей казалось, что жизнь налаживается, что хоть кто-то принял её в это городке, и пусть это был всего лишь немного напрягающий её двоюродный брат и его друзья. Она не замечала взглядов, бросаемых на неё Костей, переглядывающися и улыбающихся парней, у которых, казалось, есть своя тайна, в которую не посвятили маленькую наивную Дарьку.

А он, действительно, хотел её. Костю Печёрского завораживали колдовские глаза. Совсем такие, как и у его приёмной матери, мерцающие, манящие. Хрупкая фигура так и манила, чтобы девчонку подхватили на руки и уволокли в пещеру.

***

– Тёть Оль, я пойду проветрюсь! – задорно бросила Дарина, пробегая мимо отчаянно зевающей тётки. 

Ольга Вячеславовна очень уставала, пытаясь обеспечить себя, своего сына и племянницу. Да, сын помогал, подрабатывал после учёбы, а от родителей Даринки перепали кое-какие средства в наследство, но женщина не могла взять деньги у сына или племянницы, считала, что должна сама справиться, пусть и приходилось ей работать на износ, чуть ли не падая от усталости после смен, ведь работала она в больнице, а потом подрабатывала в поликлиннике.

А Даринка наконец-то выспалась, у неё было отличное настроение после дружеского отдыха, даже несмотря на то, что половину дня она просидела за учебниками, готовясь к предстоящим выпускным экзаменам, на душе у неё было светло. Она ждала чуда.

И чудо произошло. Точнее пришло на порог дома Печёрских.

Открывая входную дверь, она сразу же отскочила. Кто-то как раз занёс руку, дабы постучать, ведь дверной звонок не работал пару дней, а Косте всё некогда было посмотреть (ему не нравилось, когда мать вызывает специалистов; он считал, что мужчина в доме должен быть мастером на все руки, по крайней мере, так он говорил Ольге Печёрской). Подняв взгляд на лицо незванного гостя, её глаза столкнулись с тёмными омутами недавнего знакомого.

Она испугалась. Сама не знала чего, но испугалась. Ладошки мигом похолодели, а сердце громко забухало в груди, но при этом к лицу прилила краска.

***

– Дарина? – он старался выглядеть удивлённым и очень надеялся, что у него этого получилось. Не хотелось бы, чтобы девчонка поняла, что он уже многое знает о ней, Дарине Волковой. 

– Д... Даниил? А ты как здесь? – сердце продолжало бухать, но что странно, она поняла, что рада видеть этого мрачного типа. Хотя почему мрачного? Сегодня он был не в чёрном: синие джинсы и серая футболка под тёмно-зелёной кофтой.

Люпо хмыкнул. Знала бы она правду.

– Да вот решил с соседями познакомиться, –  улыбнулся Даниил, вслушиваясь в удары девичьего сердца, в её тяжёлое дыхание, наблюдая за пульсирующей жилкой на левом виске. –  И можно просто Дан. 

– С соседями? –  она словно и не слышала его последней фразы.

–  Ну, да. Мне дом достался в наследство, –  он махнул в сторону старенького, немного покосившегося дома. Он знал, что окна Волковой выходят как раз в сторону леса, вплотную примыкающего к его участку. – Я из-за этого и попал в этот городишко.

Он ей врал, хотя и не желал этого. Для появления в этом захолустье у него были иные причины, а дом... купил он его из-за неё. Не мог же он просто взвалить на плечо свою жертву и умчаться в своё логово, где всё было пропитано ненавистью и духом соперничества, да и не имел он никакого права возвращаться (вернуться-то он мог, но тогда сам себя бы перестал уважать), провозгласив себя одиночкой. А своё гнёздышко он так и не завёл, да и незачем было, кроме того он опасался, что брат всё же найдёт его и либо заставит вернуться в родные пенаты, либо убьёт.

– Дарин? Ты ещё не ушла? Кто там? – выглянула на голоса тётя Оля.

– Ой, тёть Оль, тут к нам новый сосед пожаловал, –  повернулась в её сторону Даринка. Она попыталась придать лицу беззаботное выражение, но Дан Люпо видел, что она нервничает и боится его. 

Так было всегда. Подобных ему чувствовали, их боялись, даже не осозновая этого. 

Даниил только не мог взять в толк, почему при первой встрече от девушке не исходило такого страха. Быть может, тогда она была под впечатлением от произошедших событий, и подсознание просто не среагировало на него. Он не хотел гадать – Дан знал, что они вместе преодолеют недоверие и страх девушки, ведь она была его жертвой.

Да даже если бы он и стал искать причины, всё равно ему бы и в голову не пришло, что девушка боится не его, а перемен, которые, как она чувствовала, принесёт в её жизнь черноглазый мужчина. 

В душе девушке постепенно расцветала надежда на лучшее, хотя разум кричал, что нужно бежать, бежать без оглядки, что ничего хорошо новый знакомец не принесёт. А Дан Люпо не знал, что совсем скоро его игра в прятки будет окончена и совсем не так, как он рассчитывал.