Страница 64 из 96
Он стоит на коленях подле нее и непрестанно целует руку, будто от этого зависит его жизнь. Первый шок отступает и в груди Тамары рождается странное, совершенно безумное чувство. Именно оно заставляет ее рвано выдохнуть и, приподнявшись, осторожно коснуться напряженного плеча мужчины.
- Эд…
Он резко поднимает голову и впивается жаждущим взором в ее лицо, словно пытается там что-то отыскать, а она трепещет, кусая нижнюю губу до боли, впиваясь пальцами в жесткое предплечье. Ощущение, будто весь мир перестал существовать и уменьшился до срывающегося от нахлынувших эмоций дыхания, до едва заметного касания твердых и осторожных губ к бешено пульсирующему виску.
Горячие пальцы скользят по мокрой, скользкой от пены коже и сердце Томы перестает биться на миг от взрыва дикой эйфории, когда губы сминают в отчаянно жадном поцелуе.
Тамара разбита и подавлена дикой потребностью в этом совершенно чужом мужчине. Сущность, которую она раньше совершенно не чувствовала толчками билась внутри, стремясь к нему. Желание затмевало разум, заставляло тело гореть и плавиться под его прикосновениями.
Ее рывком вынули из ванны и прижали к горячему, твердому телу. Прохладный ветер холодит обнаженное тело, и Тамара с каким-то отстраненным отчаянием понимает, что не может противиться этому безумному притяжению. Внутри все горит от неудовлетворенного желания и демоница беснуется, ощущая ответную реакцию своего мужчины.
- Нет, - раздается хриплый голос оборотня, и он неловко тянется к полотенцу, придерживая Тамару одной рукой.
То ли стон, толи всхлип вырывается из ее груди, когда он начинает медленно вытирать дрожащее тело, а потом закутывает в длинный махровый халат Лили и несет в постель.
- Полежи. Я сейчас, - нежно шепчет Эд и скрывается в глубине квартиры.
Тамара лежит, тупо уставившись в потолок, с трудом переводя дыхание, и в прояснившейся голове возникает только вопрос: что это только что было?
Рой ненужных, совершенно неприличных мыслей теснится в голове и Томка понимает, что нужно перестать хандрить и взять себя в руки. Слезами делу не поможешь. Эту простую прописную истину девушка вызубрила еще в детстве. Поэтому она решительно села в кровати и пошла в ванну за одеждой. Критически осмотрев ее, разочарованно покачала головой. Джинсы слегка пыльные, а толстовка и вовсе грязная.
Неуверенно покосившись в сторону большого шкафа, открыть его Томка так и не решилась. Лилиан была добра к ней, но это не значит, что она может без спроса брать ее вещи. Натянув джинсы и тонкую белую футболку, которая была на ней вчера под толстовкой, девушка пошла, искать стиральную машину.
Она нашлась на кухне. Тамара неуверенно замерла на пороге, переминаясь с ноги на ногу, совершенно не зная как теперь вести себя с Карлайлом. Он же напротив ничего такого, видимо, не испытывал. Развел бурную деятельность и вовсю хозяйничал на ведьмиской кухне.
- Голодная? – с улыбкой спросил он, заметив Тамару.
Было что-то особенное в его святящемся от счастья взгляде. Оно заставляет ее неуверенно улыбнуться в ответ и произнести:
- Голодная.
Лицо оборотня становится еще радостнее, и он кивком головы указывает на стул.
- Садись. Я сейчас что-нибудь придумаю.
Тамара, все еще чувствуя себя не в своей тарелке, неуклюже садится, нервно теребя замок на толстовке.
- Что там у тебя? – оборачивается на противный звук Эдвард, - Давай сюда.
Он забирает у нее одежду, быстрым и точным движениями забрасывает ее в машинку и моментально выбирает нужную программу. Оборотень подозрительно хорошо ориентируется в квартире ведьмы, и Томка невольно задается вопросом, который тут же озвучивает:
- Как ты сюда вошел? – выкать после того, что произошло в ванной, кажется глупым.
- Как и все – вошел через дверь, - уклончиво отзывается он и начинает рыться в пустом, на первый взгляд, холодильнике.
- То есть, у тебя есть ключ.
- Можно и так сказать. Мы с Лили друзья.
Девушка недоверчиво смотрит на него.
- Что? – с наигранным возмущением вскидывает бровь Карлайл, - Даже у таких нелюдимых типов, как я, есть друзья.
У Томки перед глазами вновь проносится картина всего, чем недавно они с Эдвардом занимались. Как неудобно получилось. Они, наверное, с Лили…
Додумать она не успела. Карлайл с грохотом поставил сковородку на плиту и с нажимом произнес:
- Просто старые друзья.
Ножом оборотень орудовал не хуже настоящего шеф-повара. Тамара невольно засмотрелась на него. Таким увлеченно-довольным она видела его впервые и это ей отчего-то очень нравилось. В груди разливалось приятное тепло. Она понимала, что все эти непрошенные чувства принадлежат вовсе не ей, но это было так неожиданно приятно, что им вовсе не хотелось противиться. Напротив, возрастало искушение встать подойти к Карлайлу и обнять, прижавшись щекой к теплой спине. Снова окунуться в водоворот острых ощущений, даже прекрасно понимая, что все это большая ошибка. Просто, такого с девушкой никогда не случалось.